стоит отметить — многие люди с доходом ниже среднего действительно будут способны проникнутся его речью. Ведь людям всегда будет достаточно показать врага.
— Вы знаете этого Гогена? — спросил я у сира Яна.
— Нет, — покачал он головой, когда мы вышли на одну из свободных улиц. — Хотя про его движение я слышал в тавернах. Это так называемые «Гогениты», или же «свидетели истинных ценностей». Они выступают за возвращение тех времён, когда один из рыцарских орденов — Орден Розы мог обвинить тебя в нарушении религиозных законов и сжечь на костре во Славу Альтаны.
— Я думал в Империи наоборот отошли от этих практик, — произнёс я.
— Хмф. Отошли-то отошли, — хмыкнул сир Ян. — Но про такое вспоминают, когда им выгодно. Гоген говорит людям то, что они хотят услышать. Он кому-то выгоден.
— И разве в Звёздном Дворе, — именно так называют центральный орган управления Церковью Альтаны, — его просто так терпят? Он ходит по городам Империи и кричит про свои идеи.
— Это дела Церкви, — пожал плечами сир Ян, — вдобавок в самом Звёздном Дворе тоже найдутся его сторонники. А пока он напрямую не требует сбросить власть не церковную, то и аристократам будет на него всё равно. Некоторые может даже помогут ему деньгами в его путешествиях.
Через каких-то минут двадцать, сир Ян вывел меня на широкую улицу, вымощенную камнем.
— Вот она, — кивнул он на здание, которое стояло во дворе. — «Великая Пика», одна из лучших таверн этого города. Готовят тут лучше всего. Идём, Люцион. Снимем комнаты. Надеюсь, Марта всё ещё там работает и сможет порадовать нас своими перепелами.
Глава 24
Путешествие в Империю (4). Ридермарк (3). Таверна «Великая Пика»
Здание «Великой Пики» было выстроено из камня. Добротная, трёхэтажная таверна возвышалась над нами. Мелкий дождь моросил и честно мне хотелось быстрее войти внутрь. Наконец мы подошли ко входу в здание и сир Ян толкнул дверь. Внутри было шумно, светло и тепло. Внутреннее убранство было сделано полностью из дерева. Справа стояла стойка, за которой стояла невысокая, зрелая женщина с чёрными волосами, которые были скрыты за простенькой шапочкой, кажется она называется «чепчик». Одета она была в алое платье, поверх которого была синяя накидка, чем-то напоминающая фартук. Она протирала пивную кружку и с любопытством осмотрела нас. За её спиной можно было рассмотреть ход на кухню. В остальной же части сидел обычный народ, который пил, ел и веселился. Мой взгляд зацепился за несколько людей явно бандитской наружности, их было пятеро.
Марта
У них проглядывались рукояти мечей. Так же можно было обнаружить и обычных воинов, судя по всему, из какой-то компании наёмников. Стоило нам войти, как на нас обратили внимание. Но если обычные люди мигом потеряли к нам интерес, то вот те, что были с оружием — следили внимательно. Наёмники, что усердно надирались, по крайней мере один из них, так и буравил нас взглядом. И люди с лысыми головами, которых я определил в бандиты. Последние были при оружии и смотрели как-то даже слишком нагло. Сир Ян, скорее всего, тоже отметил эти две группы, но ему они были интересны лишь с той точки зрения, что у них есть оружие. Посмотрел, запомнил и пошёл к стойке.
— Ян Дорап, — произнесла женщина, окинув нас взглядом. — Живой и здоровый. Пять лет прошло, а язык Кхандра, небось, так и не выучил.
— До сих пор не могу понять что ты там лопочешь, Марта, — повинился сир Ян.
Я тяжко вздохнул. Опять мне в переводчика играть. Надо бы всё же насесть на сира Яна с его обучением языков. Вроде бы и договаривались об этом, но как-то забылось… Или он меня раньше в рыцари посвятит? По-моему он дарует мне право сделать копьё тотчас же, как узнает, что я хочу обучить его языкам.
— А ты, — посмотрела женщина на меня. — Кто такой? Ходишь с этим недоноском, по недоразумению являющимся рыцарем.
— Эм, вы должно быть Марта, — она кивнула, — добрый день. Я Люцион. Люцион Гранд из Фловеррума.
— То-то волосы, как снег, при этом явно моложе старца, — кивнула она. — Слышала я о фловеррумских людях, будто их предки с кем-то там любились и теперь дети щеголяют со странными волосами. Однако ты явно младше этого бездельника, но знаешь наш язык?
— Ну, до того, как меня взял в оруженосцы сир Ян, меня обучал всему человек из Империи — Майрус. Он обучил меня вашему языку, лидерольонскому, рикужскому и даже альдаральскому.
— Да ты, я погляжу, прям академикус, — похвалила меня женщина. — Умнее уж моих детишек. Уж сколько раз я сыну говорила, да и дочери — учитесь, станете уважаемыми людьми. Нет, всё таверной хотят заведовать. Будто это так просто, — она поставила деревянную кружку на стойку и выудила из-под стойки бочонок. Он был небольшим с рукоятью. Она налила его в кружку. Пиво? Но похоже что тёмное… Не люблю тёмное, по мне так светлое в разы лучше. — Будешь, мальчик?
Прежде чем я принял какое-то решение по данному вопросу, сир Ян схватил кружку и залпом его выпил.
— Ха! Хорошее пиво, — похвалил он Марту. — Но рикужский эль, сделанный из ячменного солода, что произрастает на наших холмах — в разы лучше.
— Эй, я не тебе наливала! А ну да… Он же не поймёт, — вздохнула женщина. — Ну чего пришёл этот старый кобель?
Я с любопытством посмотрел на Марту. Насколько я правильно помню — кобелём женщины могут назвать мужчину если с ним разочаровались в отношениях. Хотя… Утверждение не верное. Верное — фиг поймёшь этих женщин.
— Снять комнату и отведать перепелов, — пояснил я мотивацию сира Яна.
— И в этот раз даже без Рулина? — спросила Марта.
— Сдох Рулин, — произнёс сир Ян, уловив знакомое имя. — В той самой Святой Войне. Мы набрели на караван Пустынников, разграбили его, пленили женщин. Рулин полез к одной из них, а там оказалась шлюха из сестринства Азы. Она с ним уединилась и перерезала глотку.
— Что опять он сказал?
— Про печальную судьбу некого Рулина. Не выдержал испытание… страстью от сестры из сестринства Азы во время Святой Войны.
— И
