Читаем без скачивания Моя профессия ураган - Люда и Игорь Тимуриды

— Быстрей!

— Не спеши впереди тэйвонту в пекло! — сказал он известную пословицу и оправил мою прическу, внимательно оглядев, будто это был брат, выпускающий сестру в свет. — Я расстреляю их сверху.

И приказал мне, исчезая среди колонн, мягко и неслышно, как кошка:

— Жди здесь!

Только когда он ушел, я перестала чувствовать себя ребенком и осознала всю наглость его поведения. Это, впрочем, не помешало мне хладнокровно приблизиться к выходу, игнорируя его приказ и подняв валявшееся тело, как щит, сканируя обстановку. Ведь с тех пор, как они ворвались в Храм, прошло от силы около минуты. И когда там раздался тихий вскрик, а затем звон стрелы о камень, какой бывает, когда уворачиваешься от стрелы, а она пролетает мимо, я швырнула в воздух за угол большое тело убитого тэйвонту, сама прыгнув за ним, как за щитом.

Четыре бойца, контролирующих выход, раскрывших себя, ибо вели сейчас перестрелку с тем, кто наверху. Одного мгновенного поворота мне было достаточно, чтобы в воздухе засечь их всех.

В прыжке ласточкой я расстреляла один арбалетик под прикрытием тела, а потом резко рванула в воздухе труп так, что он задрожал от стрел, выстреленных в меня с другой стороны. Но я уже закончила работу двумя выстрелами в этом развороте — только одна стрела ударила меня потом, и то в плащ. С шумом я грохнулась на левую больную руку плашмя, ибо выпрыгнула под прикрытием такого тела головой вперед, то есть ляпнулась набок. Ведь я стреляла в этом полете…

Я даже не заметила боли, когда перекатилась, закрывшись телом, разряжая последнюю стрелу в оставшегося черного бойца, сидевшего под козырьком вверху, и которого нельзя было опознать до этой поры, ни подстрелить сверху — он был скрыт… Закрепившись там, наверху, уйти от стрелы, хоть расстояние было и приличным, он не успел… Как кукушонок, он выпал из гнезда, и я, сменив арбалет, дострелила его, пустив стрелу параллельно полу ему в череп, когда он грохнулся на гранитный плац…

Странно — этот человек был в широкой накидке, с настоящим аэнским мечом за спиной. Мгновение — и я накинула на голову накидку, скрыв лицо и одежду — я отлично отдавала себе отчет, что этот абсолютно ровный плац просматривается со всех сторон на несколько километров! Отделить мечом головы всего пятерым было не так долго — пять взмахов! Аэнский меч — это чудо остроты и гибкости! Аэнцы — мастера во всем; их оружие — редкость на вес золота. Теперь у меня снова было два меча, только непонятно было, как Эльсинор попал к черным опять. И я, конечно, постаралась, чтоб то, что я им отделяю головы, было не видно со стороны — чтоб взмах меча был виден только со стороны Храма, а с той стороны не было видно…

И побежала, спотыкаясь, как обычная девушка, к далеким зданиям (плац радиусом был почти километр вокруг Храма), подальше от этого Храма.

Ничего удивительного в том, что тетка или девушка со всех ног мчится отсюда так, что спотыкается — может, ляпнулась в обморок себе, а потом оглянулась, увидела и удирает…

Может быть, мне и не то сошло бы с рук — мне еще и не то сходило, если бы, когда я была на середине, сбоку не появилось несколько сот скоординированных молодчиков в черной униформе… Часть из них бежала к Храму — я думаю, исповедоваться, а несколько человек направилось мне наперерез.

Любопытство — порок. Я думаю, им просто хотелось заглянуть мне в лицо. Они же не ждали там такое увидеть! Девушка, лицо которой скрыто, всегда привлекает — хочется узнать, какое лицо у нее. Нам всегда кажется, что скрыто нечто необычное, красивое, наверно… И увидеть меня это, наверное, неприятный сюрприз…

Они окружали Храм с видом хозяев… Вид наглый и самоуверенный. Мне он не понравился. Тем более что тот тэйвонту в белой одежде как раз мог и выйти…

Не задумываясь, что из этого выйдет, я свистнула во все горло сигнал опасности для брата Радома характерным свистом тэйвонту. Черные идут!

Все это вызвало шквал стрел в мой адрес, заставивший меня покатиться по земле.

Но около двух сотен метров между ближайшими ко мне тэйвонту, и мой рывок в момент их синхронного выстрела всех сотен… Ужас, что это было!!! Каждый разрядил арбалет на три стрелки… Ураган на три стрелки…

Как я пережила этот дождь! Я сама не знаю — так металась! Еще хорошо — я поняла их намерение в момент выстрела и вырвалась вбок, перпендикулярно к своему бегу, страшным рывком. Я чудом вышла из зоны обстрела, выложившись вся… Но этого было мало…

Если б не обостренная тренировкой реакция, тотальное зрение, автоматически отмечающее сразу всех, направление оружия всех и просчитывающее уже привычкой сразу, как у счетчиков направление стрел, направление полета стрел и делающее из этого выводы не в словах (движениях языка), а в движениях тела, то не знаю, что со мной бы было. Лишь многолетняя привычка мастера предугадывать направление и траекторию пролета стрел, умение засечь их взглядом даже в полете, а не только по выстрелу, но и по свисту и виду, и сразу работать их общую картину, позволило мне увернуться. Только семь стрел достало меня в плащ, швырнув на землю… Сказать, что я ощущала себя избитой — ничего не сказать. Ляпнуть банальность. Настроение адское было, пока я драла, корчась и дергаясь из стороны в сторону, пока они во второй раз не перезарядили арбалеты.

Зато теперь за мной гналось не четыре, как вначале, а четыре раза по четыре…

Они все-таки самодовольны. Я видела, как самоуверенно и буквально хохорясь от сознания собственной силы такой мощи — четыре сотни тэйвонту боевым порядком! — они заглянули в Храм. Ну-ну!

Они непобедимы!

Я драла, убегая, как можно быстрей… Уже не корча из себя девочку-православку… Только краем глаза видела, как они вплыли, как павлины, в Храм…

— Чьи вы? Чьи вы… — прочирикали мимо меня стрелы этих четырех…

— Естественно, не мои, — хмыкнула я, кувыркнувшись от удара под лопатку…

— Попа-ал!

Именно в этом положении и догнал меня бешеный рев негодования и ярости, будто ишаку под хвост вогнали кактус. Ужасно, если кто поступил так с бедным животным. А тут же четыреста!

Мои преследователи на мгновение замерли и обернулись… А я дернула прочь, пока они колебались, со всех ног…

Видимо, те ослы увидели внутренность Храма — испуганно подумала я, такой был рев!

По счастью — мои преследователи слегка притормозили, — очевидно, попавшая под лопатку стрела успокоила их, а из-за того, что они отвернулись… В общем, я рвала так, что пятки горели…

Неприятно, когда в тебя стреляют, как на учениях, мгновенно взводя арбалеты.

Да и кувыркаться по гранитному плацу редкое удовольствие! Мгновенно оказываясь снова на ногах даже не замедлив бега, просто словно развернувшись на земле снова на ноги, кидаясь из стороны в сторону… Но делать нечего. Шестнадцать тэйвонту действуют очень согласованно… Я даже не огрызалась выстрелами, чтоб не привлечь остальных к себе никого, кроме этих шестнадцати. Пусть думают, что это просто девчонка, в чем-то виноватая… Ах! А лавки, окаймляющие ровный плац, все ближе и ближе… Эй, павлины, больше дуйтесь, побольше! Задержитесь дольше! Дайте только пройти плац!

…Дальше начинался базар с его бесчисленными перегородками. Сейчас пустой…

Но сколько в нем заворотов, лавок, ходов… Ужасно, что такие трущобы находятся рядом с Храмом!

Первый ряд домишек все ближе… Только б скрыться за ними — ищи меня потом в городе!

Честно сказать — мне досталось порядочно — я боялась, что ребра на спине сломаны… Руки двигались трудно… Хорошо еще, что я пригибала голову вперед, и там еще не торчало никакой дурной стрелы. Дурная слава пошла бы… Не хочу бальзамироваться… Мне казалось — если б не теплый аэнский плащ Радома, так толстивший меня как платье, ведь мне пришлось взять и подбить его в несколько слоев во все стороны, то… Мне было бы плохо… Хотя сейчас трудно было бы сказать, что это было бы хуже — они теперь стреляли по ногам, и мне приходилось бешено прыгать, точно в классики играла… Одна нога болела, как перебитая — стрела все же ударила ее, хоть и задержанная "платьем"… Попади хоть одна стрела точно в позвоночник или в шею, никакой бы аэнский плащ не спас… Но пока Бог миловал…

— Взять ее живьем! — раздалась жестокая четкая команда сзади.

Глава 48

Правильно. Я бы тоже так сделала. Взяла меня живьем. Не надо меня убивать…

Впрочем, похоже, меня взяли на дурную удочку — синхронный залп шестнадцати арбалетов, выстреливших сорок восемь стрел, чуть не убил меня, хоть они были в метрах пятидесяти… Похоже — взять живьем — это значило не убивать меня на месте, когда я упаду.

Я не уворачивалась от стрел — я оказалась в мертвой зоне, рассчитанной инстинктом — чуть задержанного взгляда в полуобороте назад мне было достаточно, чтоб увидеть сетку. Я ее не рассчитывала — я просто видела сетку траекторий, как человек видит окружающее. И то и другое есть работа Сознания… Видела словно вне времени, то есть все сразу — все траектории и то, где и когда будет какая стрела в какой момент сразу, то есть видела в один момент весь отрезок времени, также как и свои возможные действия в них — все это охватывалось в одной точке… Время охватывалось Сознанием как точка, точно так же, как сложнейший смысл — все сразу…