— Или вмешиваясь в чьи-то дела, — добавил он. — Но если именно я оказался первопричиной этих страданий, Мэд?
— Послушай, Дом, — Мадлен чуть отстранилась и заглянула брату в глаза, — ты скомпрометировал Александру, сделал ей предложение, и она отказала тебе. Насколько я понимаю, ты также извинился перед ней. На этом все твои обязательства заканчиваются. Тебе придется это признать. То, что потом произошло между ней и Эдмундом, — их личное дело, и оно никого не касается. Если там и есть какая-то проблема, то это его проблема. И ее. Не твоя и не моя, даже если мы оба любим этих двоих и от всей души желаем им счастья. Мы не отвечаем за них. Они взрослые разумные люди, Дом. И сами разберутся.
Брат набрал воздуху в легкие и раздул щеки.
— Дон Кихот, говоришь? И ты еще будешь утверждать, что дело не в моей незрелости!
— Дон Кихот просто душка, — улыбнулась Мадлен. — Он мой любимый литературный герой. А ты просто мой любимый герой, Дом. — Она чмокнула его в щеку.
— Ну ладно, Мэд, мировых проблем нам с тобой все равно не решить, согласна? Может, лучше пойдем поглядим, не готов ли обед? Мне кажется, звонок должен раздаться с минуты на минуту.
— Прекрасная идея! — Мадлен встала и аккуратно свернула свою вышивку. — Когда мир рушится, идите есть. Разумная мысль. И какая заманчивая!
Днем леди Эмберли и леди Бекворт решили нанести визит леди Грейс Лэмпман, и Александра согласилась сопровождать их. Сэр Седрик также изъявил желание присоединиться к компании, и за обедом лорд Эмберли сказал, что не позволит ему заполучить трех дам на весь день.
Тяжелые утренние облака испарились без следа, солнышко смилостивилось и соблаговолило согреть продрогшую землю, и в конце концов вместо экипажа было решено отправиться в путь в ландо. Правда, продувало в нем гораздо сильнее и леди Бекворт начала было сомневаться, но леди Эмберли безапелляционно заявила, что теплый бриз полезен для здоровья. Лорд Эмберли поехал верхом.
Александра сидела рядом с сэром Седриком спиной к лошадям.
— Ну, мисс Парнелл, — с улыбкой потрепал он ее по руке, — порадовали вас сегодняшние новости?
— Да, конечно, — выдавила она улыбку. — Я буду счастлива снова увидеть отца.
— Я так рад за вас, моя дорогая! Хорошо, что он передумал и решил приехать в Эмберли на пару недель. Присутствие близких всегда поднимает настроение, так ведь?
— Так, — коротко согласилась Александра.
— Я передать не могу, насколько я рада приезду Бекворта, — вмешалась леди Бекворт. — Это такое облегчение! Видите ли, я никогда не разлучалась с ним, если не считать тех случаев, когда он уезжал из дома по делам. Мне трудно принимать решения без мужа.
— Мы все счастливы, что он попадет на бал Эмберли, — улыбнулся ей сэр Седрик. — Событие действительно потрясающее.
— Это один из тех редких случаев, когда открывают парадные комнаты, — пустилась в объяснения леди Эмберли. — Боюсь, мы действительно ведем себя немного расточительно, но нам нравится украшать наш дом. И конечно же, — она тепло улыбнулась Александре, — свадьба — идеальный повод для этого. Возможно, нам не придется ждать целый год, чтобы дать обед в парадной столовой. Но я вас смущаю, Александра. Мое поведение непростительно. Лучше посмотрите вниз, дорогая моя, дом и сад так чудесно выглядят с высоты. Я всякий раз смотрю, смотрю и не могу насмотреться.
Утром Александра уже получила выговор за то, что во время пикника позволила лорду Эмберли увести себя на прогулку, тогда как следовало бы отправиться вместе со всеми вниз, к реке. К тому же они целый час отсутствовали, возмущалась мать, и позже всех явились. Что о ней люди подумают?
И вот теперь отец прислал письмо, сообщает, что собирается приехать. И мать испытала величайшее облегчение, как она сама выразилась несколько минут назад. Она не преминула сказать об этом Александре, когда они собирались выходить из дома. Отец позаботится о ее добропорядочном поведении, заявила леди Бекворт. При нем дочь не посмеет отлучаться со своим женихом более двух раз в неделю.
Приходится признать, что дело осложнилось, причем сильно. Сможет ли Александра противостоять отцу и защитить свои взгляды? Она могла сколько угодно повторять себе, что ей двадцать один год и она официально помолвлена. Она не позволит ни отцу, ни какому бы то ни было другому мужчине указывать ей, что говорить и что делать. Если, конечно, не выйдет за него замуж. В таком случае она станет собственностью мужчины, он будет отдавать ей приказы и даже наказывать, если пожелает. Но она вовсе не обязана покориться судьбе. Общество, в котором они живут, может окружить женщину всевозможными барьерами, но оно не в состоянии заставить ее выйти замуж против воли.
Легко сейчас рассуждать о том, как она возьмет в руки свою собственную судьбу и станет распоряжаться ею по своему усмотрению. Александра прекрасно знала, что сделать это в присутствии отца будет намного сложнее. В силу многолетней привычки она беспрекословно выполняла каждое его распоряжение — даже часами стояла в своей комнате на коленях и читала Библию, хотя никто не приходил к ней с проверками и она вполне могла бы обмануть его, посидеть в кресле или полежать на кровати. Александра покорно принимала эти наказания всего несколько недель назад. Она и замуж за лорда Эмберли согласилась выйти только потому, что так велел отец, ведь он пригрозил снова прибегнуть к розгам, если дочь осмелится ослушаться его.
Но ей вовсе не обязательно безропотно принимать порку или бесконечные часы, а то и дни, молчаливого заключения. Еще утром Александра наслаждалась своей свободой, возможностью освободиться от всего ненавистного и жить собственной жизнью. Но приезд отца станет для нее настоящим испытанием. Хватит ли у нее сил сделать то, на что она, по ее мнению, имеет полное право? Как знать. Остается только надеяться, что она сумеет выстоять.
Александра взглянула на скачущего за ландо лорда Эмберли. Она прекрасно понимала, что ей захочется обратиться к нему за помощью, если отец начнет давить на нее. И она чувствовала, что он поможет ей. Каким бы ни был он добрым и гостеприимным, она ощущала его внутреннюю силу. Он уже проявил себя тогда, в салоне у леди Шарп — стоило ему захотеть, и он заставил сливки общества выразить ей свое почтение. Причем без всякого скандала, без грубых слов и поступков.
Граф не позволит отцу давить на нее. Он непременно вступится за Александру. Он бы даже женился на ней без дальнейших проволочек, если бы не ее сопротивление. Как хорошо иметь защитника в лице графа Эмберли! Эдмунда. Как хорошо расслабиться, позабыть про все проблемы, позволить ему взвалить на свои плечи все ее заботы и знать, что в будущем ей не надо будет менять одного тирана на другого. С ним жизнь будет легкой и спокойной. Граф может стать не только ее защитником, но и другом. И любовником. Отцом ее детей. Детей, с которыми он будет карабкаться вверх по самой опасной части обрыва. И она пойдет с ними.
