Читаем без скачивания Пять «разбитых» сердец - Ева Никольская

Ну что ж, похоже, их снова будет трое. Вот только место Иты займет Адель. Нир, подавив нервную дрожь в пальцах, с силой стиснул почтовый медальон, который еще утром сам надел на шею своей девочки. Доигрался! Мастер расчетов допустил всего одну ошибку! Одну — зато такую, которая может очень дорого обойтись и ему, и его фее! Полвека прошло с тех пор, как он лично присутствовал на похоронах бывшего друга. Он и та странная женщина с изуродованным лицом, скрытым под густой вуалью. Именно она прислала сообщение о смерти Рина в замок Маркуса, а тот в свою очередь передал печальную новость Ниру. Его ассистентка, подруга или еще кто? — маг не уточнял. Со смертью алхимика обрывалась последняя ниточка, связывающая его с трагедией в лабораторном корпусе, и Нира это устраивало. Почти пятьдесят лет минуло, а Мастер Иллюзий по-прежнему отлично помнил, как стоял на старом кладбище и со странным чувством слушал стук земли, падающей на черную крышку гроба. В груди теснились грусть, сожаление, злость и… облегчение. Простить другу то, что он не предотвратил смерть его любимой сестры, Нир так и не смог. Он собственными глазами видел бездыханное тело алхимика, с которым не общался после той ужасной истории. Используя свой дар, маг убедился, что смерть Некроса — не иллюзия, а тело — не фальшивка с измененной внешностью. И только когда последняя горсть земли упала на свежую могилу — Нир почувствовал себя свободным. А еще пустым, словно высохший колодец, и усталым, будто прожил не тридцать три года, а все триста. Тогда он окончательно понял, что Ритэр Вестмар "умер" так же, как и все остальные, а его бледная копия по кличке Нир превратилась в тень, у которой нет ни дома, ни семьи. Только старый друг-тролль… но и его магу видеть не особенно хотелось. Оборвав все старые связи, не считая редких встреч с бывшим опекуном, Ритэр-Нир с головой погрузился в водоворот новой жизни. Он менял имена и маски, совершенствовал свои способности, приумножал состояние и развлекался, играя с людьми и нелюдями. А еще он продолжал исправно кормить Тритэру, наладить связь с которой смог только через несколько лет после взрыва.

И вот теперь, когда пришла пора выйти из тени, раз уж решил обзавестись собственной семьей, объявился покойный друг с непонятными претензиями. Значит, смерть была всего лишь уловкой, призванной усыпить бдительность Нира. Как именно это удалось провернуть Некросу — маг не знал. Впрочем фанатичный экспериментатор, которым всегда был рыжий, вполне мог что-нибудь придумать для спектакля с погребением. Но чем он занимался все эти годы?! Верить в то, что Рин настолько свихнулся, что решил лишить бывшего друга невесты так же, как был лишен сам, маг не хотел. И тем не менее он боялся за фею, попавшую в руки рыжего — настоящего рыжего, характер и помыслы которого так сильно отличались от его, Нировой, альтернативы. Если "воскресший" алхимик умудрился взорвать карету Маркуса, так что ему стоит убить Адель?

Мужчина передернул плечами, отгоняя мрачные мысли, сломал в сердцах толстую ветку и, швырнув ее под ноги, пошел дальше. До места встречи оставалось совсем немного — каких-то метров двести, не больше. Но густые заросли перекрывали весь вид на обрыв. Где-то там, за темной стеной из кустов и деревьев, его ждал старый друг, непонятно когда превратившийся во врага. Теперь Нир понимал, что след, по которому он шел в поисках своего убийцы, оказался ложным. Некросу не нужно было изучать записи Иты, чтобы доработать заклинание, привязанное к метке Эраша. Оно обездвиживало жертву, соприкоснувшуюся с предметом или существом, к которому крепились чары, и одновременно указывало на цель. Маркус перенаправил его на себя, сорвав часть кожи с меткой на груди Нира. Ему следовало просчитать вариант мнимой смерти алхимика, когда, получив дневник сестры, он обнаружил, что никто кроме мертвецов и дракона, его не открывал. Но вместо этого мужчина начал подозревать ящера, который ко всему прочему подбивал клинья к его фее, что сильно раздражало. В свое время Маркус, не пожелавший уничтожить тетрадь, передал ее Золотому Дракону с условием, что она не попадет в чужие руки. Признаком "не чужих" рук должен был служить тот самый семейный артефакт, с которым Нир явился в логово Арэта. Поэтому хозяин и отдал ему дневник для изучения без лишних вопросов. Впрочем нет, вопросы как раз были… по поводу того, сколько стоит этот самый семейный артефакт. Дррраконы… охота за диковинками у них в крови! Вот только поиск и покупка артефактов не то же самое, что убийство. И Арэт Эльт-Ма-Ри, как понял Нир впоследствии, не тот, кто ему нужен. Ведь кроме самого заклинания необходимо было знать рисунок метки — а его из ныне живущих знал только "воскресший" алхимик. Сегодняшнее послание, отправленное через медальон Ады, лишь подтверждало это. Знакомый почерк и подпись… Проклятье! Надо было рассматривать все варианты, даже самые невероятные.

Нир зажмурился, тряхнул головой и, резко распахнув глаза, вгляделся в темноту. Зрение мага не нуждалось в ярком свете, он четко видел очертания разросшихся кустов, за которыми маячил обрыв. Совсем немного… еще несколько шагов и… он снова встретится лицом к лицу со своим прошлым в образе Рина Нердока. Если бы еще это самое прошлое не покушалось на настоящее…

Подумав о том, каково сейчас его нежной девочке, Нир скрипнул зубами и, мимоходом спалив попавший под руку куст, ринулся через заросли. До назначенного похитителем времени оставалось всего несколько минут. А Мастер Иллюзий не любил опаздывать. Особенно когда речь шла о жизнях самых близких ему существ. То, насколько дорога ему маленькая фея, Нир по-настоящему осознал лишь когда получил посылку с ее локоном, фрагментом платья и тем самым медальоном, через который алхимик прислал записку: "Ничего не терял, приятель? Скажи адрес и, может быть, получишь назад свою пропажу. Твой старый друг, Некрос". Связь между брачными браслетами не работала, а Мурзика фея оставила в комнате, поэтому обнаружить ее местоположение мужчина не смог, как ни старался. В посылке лежало и приглашение на "ночную встречу в секретном месте" с целью обмена "пропавшей невесты" на "незатейливое украшение".

Зачем через столько лет этому сумасшедшему алхимику понадобилось кольцо-ключ? Решил обогатиться за счет Тритэры? Или мечтает уничтожить Игру, забравшую жизни наставника и любимой? Наивный! Впрочем, неважно — кольцо так кольцо. Тритэра всего лишь один из проектов, пусть и превосходящий все прочие начинания по размаху. Нир предупредил ее обитателей, а значит, они сумеют за себя постоять. И если Рин Нердок действительно думает, что, заполучив перстень, сумеет диктовать им свою волю, ему предстоит убедиться, как он заблуждается. Единственное, что сможет сделать этот псих — перекрыть Игре доступ к "пище". Но на ближайший год Тритэра уже насытилась, а за такой срок двуликий что-нибудь да придумает. А вот Адель… За нее Нир по-настоящему боялся. Это раньше Некросу не была свойственна бессмысленная жестокость. Но раньше он не взрывал кареты и не похищал людей.