на его спинку, всем своим видом давая понять, что это теперь ее территория.
— Я снял квартиру.
— Ты что? — растерялась Лиля.
— Я ведь не дурак, Лиля. Мы просто не можем быть вместе. Это ненормально! Я не стану гробить твою жизнь.
— Ты угробишь ее, если уйдешь!
— Прости.
Он взялся за ручку двери и уже собрался уйти, но Лиля вскочила с дивана. Рану на бедре больно дернуло, а от резкого движения в глазах потемнело. Все же Лиля устояла, но к тому времени, как к ней вернулось зрение, Макар уже натягивал куртку. Она смотрела на него и не могла проронить ни слова. Она смотрела, как он уходит, как закрывает дверь.
Она смотрела, как из ее жизни уходит последний луч солнца.
И не могла найти сил даже пошевелиться.
Он уже ушел минут пять назад, Сергей Александрович за это время дважды проходил мимо Лили. А она все стояла и смотрела на входную дверь.
Эпилог
Вторник, 8 октября 2019 года.
Весь день моросил неприятный дождь. Зонт было не открыть, потому что в этом не было смысла, но капли так и норовили попасть в глаза.
Прошел почти год. Лиля посетила каждое судебное заседание. В итоге судья вынесла приговор. Восемь лет. Когда он выйдет, ей будет двадцать шесть. Три года как она закончит университет. Пять лет, как поймет, что знает, чего хочет от жизни. Ноль лет как сможет просыпаться и не думать о нем.
Когда дело получило огласку, Дениса, конечно, отчислили. Ему предстояло отсидеть чуть больше. Вальтеру, как ни странно, удалось сбежать. Шахиму досталось больше остальных. Когда конвой уводил его, скрутив руки за спину, Лиля почувствовала удовлетворение от мысли, что он не остался безнаказанным за все, что сделал.
Она уже не была той девчонкой, что вздрагивала от каждого шороха за дверью.
За этот год многое изменилось. Дора сменила как минимум пять парней, при том не забывала участвовать во всех учебных и внеучебных мероприятиях. Виталик, слава богу, к ней охладел. Они с Лилей были хорошими друзьями, и никто не испытывал друг к другу ненужных чувств.
Самое главное изменение случилось у Олега. За долги его больше не трясли, но и вернуться к прежней жизни у него не получилось. В течение полугода он исчезал на глазах. Пить он уже не мог. От вида водки его тошнило. Не пить также не выходило. В итоге, Лида уговорила его сходить на лечение, но Олега хватило только на полтора сеанса (со второго он слинял).
Когда до Лили дошло известие о его смерти, она не удивилась. Ее лицо не выразило ни единой эмоции. Она понимающе мотнула головой Лиде и поблагодарила ее за все. Та ушла в смешанных чувствах, будучи неуверенной в том, что до Лили дошло значение ее слов.
— Он задохнулся сегодня утром. Я была на роботе, а он, видимо, допился до такой степени, что поперхнулся апельсином. Он застрял у него в горле. Выплюнуть не смог. Так врачи сказали, — она утерла носовым платком слезы.
Закрывшись в комнате Макара, которая теперь стала ее комнатой, Лиля уткнулась носом в подушку и ревела так громко, насколько подушка позволяла пропустить звук. Он уже давно для нее умер, но она никогда не желала ему смерти. Каланхоэ, который он ей подарил на первое сентября, стоял на подоконнике и, казалось, что цветок тоже плачет.
Вся ее семья теперь существовала только на фотографиях.
Лиля собиралась на свидание с Макаром. Звучит смешно.
Свидание.
На самом деле, она даже не надеется, что он выйдет.
Она провела у зеркала три часа. Пришлось несколько раз переделывать макияж, потому что она не могла удержать слез. В итоге выбор остановился на несмываемой туши, иначе она сидела бы перед ним с лицом панды.
С одеждой тоже были проблемы. Лиля хотела надеть свою любимое зеленое платье с запахом, которое досталось ей от мамы, но погода не располагала. Она сменила три водолазки, двое джинсов, и пять футболок. Откуда вообще столько вещей, и почему при таком их количестве нечего надеть? Она снова расплакалась, сидя посередине комнаты, заваленная кучей вещей. В дверном проеме появилась голова Сергея Александровича.
— Я здесь не советчик, конечно, но думаю, ты будешь прекрасна даже в мусорном мешке.
Они засмеялись, Лиля вытерла слезы. Тушь прошла испытание водой. Теперь можно было смело плакать.
На КПП ее тщательно осмотрели, разве что не раздели. Лиля прошла в зал, где было много стульев. За стеклом было место для заключенных. Кроме нее там была одна женщина. Она уже разговаривала с заключенным, они смеялись, обсуждали какие-то бытовые проблемы и своих родственников. Лиля села на свободное место. Макар еще не пришел. Она теребила подол своего платья, ее ладони вспотели. Они не разговаривали с тех самых пор, как ее выписали из больницы. Она лишь стояла рядом с Сергеем Александровичем после судебных заседаний, и подслушивала их разговор.
Все же он пришел. Лиля чуть ли не подскочила со стула. Она хотела броситься ему на шею, но это все равно было невозможно из-за дурацкого стекла.
Они неловко обменялись приветствиями и замолчали. Конечно, им было отведено четыре часа, но похоже Макар задерживаться не хотел.
— На самом деле это первое и последнее свидание, на которое я прихожу к тебе, так что лучше говори сейчас все, что хотела.
Его голос звучал твердо и холодно. От такого тона Лиля пожалела, что вообще пришла.
— Значит, прощаемся?
— Да. Я слышал о твоем отце. Соболезную.
Лиля мотнула головой, не зная, что ответить. Она пыталась запомнить каждый изгиб черт его лица. В мыслях носилось: «Он больше не придет. Вы больше не увидитесь».
