Я ненавидела это состояние.
Шла, и обломки паркета скрипели под сапогами. Нужно было навести порядок, но меня тошнило при мысли о том, сколько времени и магии понадобится на возвращение всем предметам нормального состояния. Проще заказать новый ремонт, но я не хотела просить у Элора разрешение на доступ в его башню мастеров.
И это моё отвращение, нежелание действовать – всё это проявление слабости и недисциплинированности. Дедушка бы приказал исправить поломки немедленно и не позорить род. И привёл бы ещё один аргумент: если кто-нибудь заглянет сюда, он поймёт обо мне слишком многое, а это недопустимо для моего положения и целей.
И я остановилась.
Сосредоточилась.
Занялась починкой, борясь с диким внутренним желанием разнести здесь всё ещё сильнее, разломать даже стены, впитавшие отголоски моих чувств. И да, все эти отголоски нужно было стереть, чтобы другой менталист не уловил и не увидел лишнего.
Восстанавливающее заклинание то и дело срывалось, паркет снова разлетался в щепки, а пламя внутри полыхало, требуя изничтожить всё в пыль и пойти искать себе достойную цель для приложения сил. Драконесс, например.
Желание выйти и сотворить с ними что-нибудь казалось всё соблазнительнее.
Но я сдержалась. Опять. Я вспомнила занятия с дедушкой, как он учил меня дисциплинированности и кропотливой работе, как в родовом замке я точно так же восстанавливала пострадавшие от всплесков телекинеза вещи.
Я снова и снова активировала восстанавливающее заклинание, не обращая внимания на то, сколько раз щепки не складывались в цельную доску и снова осыпались. Я запретила себе думать о постороннем. О чувствах. Центром вселенной стали эти проклятые обломки паркетных досок, которые я должна воссоединить, чтобы ещё раз показать себе – я Сирин, я могу всё.
К тому моменту, как за окном забрезжил рассвет, я сумела восстановить целых два метра пола, но это так пугающе мало в сравнении с остальным, что я даже обрадовалась, когда поняла: странное тянущее ощущение – это призыв через метку. Я позволила ему пройти в сознание и получила мысленное послание дежурного ИСБ.
У меня появилась уважительная причина перестать доказывать себе свою выдержку и заняться нормальным делом.
Глава 45
Стоило мне только перестать сильно концентрироваться на каком-то деле – вернулись страхи и дикое раздражение. Ожидание нападения Неспящих вынудило бесшумно выйти из зала телепортации в ИСБ и особо пристально вслушиваться в малейшие отголоски эмоционального фона.
И фон этот с каждым шагом по коридору от телепортационного зала к проходной становился всё агрессивнее и жёстче.
Я остановилась в полумраке, мысленно потянулась к охранным чарам: посторонних в ИСБ не было. И всё же эмоциональный фон настораживал. Он нёс в себе отпечаток неприязни ко мне, и у меня отросли когти и клыки.
Драконы.
Иногда с нами так много проблем.
Сдержав рык, я развернулась и так же бесшумно отправилась обратно в телепортационный зал. Во мне с новой силой полыхало пламя, оно будто освещало всё вокруг своим яростным светом, искажало, заостряло.
Просить о помощи я не хотела, наоборот, жаждала того, что должно произойти.
Телепортировалась в ИСБ соседнего города. Здесь драконов не было – все ещё заняты в патрулях. Оставшиеся существа и не думали доставлять мне хлопот: бледный дежурный сразу объяснил, где у них тут склад. Кладовщика ждать не пришлось: второй дежурный бегом отправился туда и, весь красный от натуги, принёс целый ящик с тонкими каменными браслетами. Чёрный камень с вкраплениями кристаллов блокировал магию, даже одного такого браслета толщиной с палец хватало для задержания мага.
– Берите, берите, – судорожно бормотал дежурный, пытаясь всучить мне в руки весь ящик, но я взяла только десять браслетов и, ничего более не сказав, отправилась к телепортационному залу.
Нужно было расписаться за браслеты, оставить какой-нибудь документ, но сейчас я не смогла бы спокойно заполнить бланк, я бы даже перо не удержала своими когтями.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Снова оказавшись в столичном ИСБ, я сразу принялась расстёгивать браслеты и прикладывать к ремню, а умница Многоликая цепляла их отрастающими из её тела усиками. Я смогу легко выхватывать их и использовать.
Плана не было. Только злость, подстёгнутая агрессивным ментальным фоном.
По коридору я шла уже не таясь, уверенно, постукиванием каблуков оповещая собравшихся в холле рядом с проходной о своём прибытии. Амулеты окутали меня невидимой защитой.
Их было четверо: делегация старейших драконов, кроме будущего пенсионера. Но старый не значит спокойный, как показывает практика.
И пятый – нейтральный наблюдатель на проходной. Впрочем, он вызвал меня сюда сообщением, что известно имя преступного менталиста, и ни словом не упомянул о готовящемся маленьком перевороте.
Эмоции драконы не скрывали и сейчас воспринимались как сгустки: двое справа – огненные – были сплошным концентратом агрессии, ало-чёрные, гордые, сильные. Крайний левый – воздушник – сомневался и потому был не готов к сражению, но любое проявление агрессии тут же перевело бы его в ранг противников. Дракон рядом с ним – земляной – был готов сразиться, но он признавал авторитет огненных.
Я остановилась, усиливая защиту амулетов собственным щитом от огня и земли. Мне ещё удавалось сдерживать бушующие внутри эмоции – это дикое пламя ярости, и снаружи оставаться спокойной, как глыба льда. Мои оппоненты не понимали, насколько обманчиво это спокойствие, иначе отступили бы прямо сейчас.
Жаждущий крови тихо заурчал в моих мыслях. Ему нравилось, что они стоят прямо в ряд – так их можно срезать одним ударом.
– Мы узнали, что за менталист воздействовал на тех существ, – величественно произнёс самый правый и самый интенсивный сгусток агрессии – Авардан.
– Вы узнали? – я скептически приподняла бровь. – У вас проснулись ментальные способности, и вы заглянули в память объектов-пострадавших? – в последний момент исправилась я.
– Нет, – ответил Авардан. – Но мы, получив портрет, отправили запрос в Академию драконов, узнали имя менталиста и нашли информацию о его текущем месте проживания. И прежде, чем мы пойдём его брать, надо решить одну проблему.
– С этим я точно согласен, – я не шевелилась, отслеживая их эмоции.
Я хотела, чтобы они сказали это сами, чтобы не могли потом всё списать на то, что я как-то неправильно их поняла.
– Похищение и убийство младшего принца Арендара показывает, что Аранские не всесильны и тоже ошибаются, – заговорил самый наглый и агрессивный Авардан. – И твоё назначение, то, что ты управляешь нами – это тоже ошибка. Ты слишком молод и неопытен, ты не смог защитить свой род, а значит, не можешь нами управлять. Ты должен уступить свои полномочия тому, кто достоин их получить по праву силы и опыта.
Слова были сказаны. Эти драконы с самого начала пылали эмоциями, пытаясь на инстинктивном уровне меня продавить, но моих эмоций они не ощущали, потому что те скрывались под «коркой льда».
Влив магию в мышцы, я рванулась вперёд, ускоряя и усиливая себя телекинезом, выхватывая браслет-блокиратор. Цель – крайний левый воздушник, потому что он сейчас не готов. Удар усиленного кулака раскрошил ему зубы, отшвырнул. Тело проломило перегородку и врезалось в стену, а я развернулась. Я оказалась на его месте, и между мной и двумя огненными был земляной дракон – второй по опасности. Миниатюрные заготовки големов уже сыпались на пол и разворачивались, он ударил, но я поднырнула под кулак, вскидывая руку с раскрытым браслетом, и едва тот защёлкнулся на его запястье, вбила кулак в печень. Усиленные магией мышцы и импульс телекинеза дали промять броню чешуи, дракон взвыл. Его големы осыпались, так и не сформировавшись до конца.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Я просела ниже, толкая его на огненных драконов, но те расступились, и я пружинисто вскочила, бросилась к ближнему, замахиваясь кулаком. Он ждал удара в лицо, вскинул руки, а я толчком телекинеза ушла вниз и впечатала усиленный кулак в пах. У драконов там в опасных ситуациях чешуйчатый щиток нарастает, прикрывая уязвимое место, но у этого он не успел сформироваться, и рассчитанный на броню усиленный удар смял там всё, мгновенно вырубив огненного.
