– Чем вызвана такая внезапная перемена? – тихо спросил он.
Джулиана услышала недоверие в его голосе. Она не винила его за это. Он не мог знать, как сильно последние два дня изменили ее.
– Ты… и я…
Она вздохнула, пытаясь подобрать слова. Представляя их примирение, она думала, что он все поймет и так. Глупо, конечно. Ей придется все объяснить.
Айан ждал. Его лицо по-прежнему было неподвижным и резко очерченным, как у ястреба. Джулиана боролась с желанием подбежать к нему, обнять и поцеловать. Но сначала придется объясниться.
– Я была рядом с папой, когда он получил твою записку. Тот факт, что ты готов был отказаться от всего, что тебе дорого, хотя я отвергла твое предложение, полностью убедил меня, что ты меня любишь.
– Я говорил тебе об этом с самого первого дня на борту «Хоутона».
– Это так, – согласилась она. – Я слишком боялась довериться тебе, чтобы по-настоящему поверить в это. И я заблуждалась.
Пробормотав себе под нос ругательство, Айан устремил взгляд на выстланный сеном пол.
– Знаю, я никогда не давал тебе повода доверять мне, Джулиана. Я думал, что лучше знаю, как сделать тебя счастливой. Я предполагал, что моей любви достаточно, чтобы ты была довольна. – Из его груди вырвалось что-то среднее между приглушенным ругательством и самоуничижительным смешком. – Ты сильная женщина с твердыми убеждениями и острым умом. Мне давно следовало бы понять, что ты намного лучше меня знаешь, что принесет тебе счастье.
– Но ты был прав, – запротестовала она. Джулиана пересекла помещение и, взяв его лицо в свои ладони, заставила посмотреть на себя. На его лице проступило страдание.
– Нет…
– Да, черт побери! Ты был прав, а я не хотела ничего слушать.
Она погладила большими пальцами впадинки на его холодных щеках, с волнением ощущая под своими руками его кожу, слегка поросшую темной щетиной.
Айан закрыл глаза от ее ласки.
– Джулиана, мне вообще не следовало требовать от тебя обещания проводить со мной время и ответить на мое предложение к сегодняшнему дню.
– Возможно, это так, но я не жалею о своем слове. Я узнала тебя намного лучше, чем могла бы, не уговори ты меня дать такую клятву. И отсюда вытекает другая вещь, которую я поняла, – продолжила она. – Я сама сделала выбор, согласившись дать это обещание, как и сегодня, когда решила найти тебя. Может, ты и добивался всеми немыслимыми способами, чтобы я вышла за тебя замуж, но, в конце концов, решение было и остается за мной. Всякое решение, которое касается моей жизни, я принимаю сама. Где-то в глубине души я приписывала тебе слишком большую ответственность за свое будущее и поэтому считала, что злилась на тебя по твоей вине. Я спорила с тобой, потому что боялась, что ты прав, а не потому что знала, что ты ошибаешься. Мне следовало бы больше верить в тебя. Можешь ли ты простить меня за то, что я была так упряма?
– Простить тебя? – В голосе Айана слышалось изумление. Покачав головой, он устремил на нее полный искреннего раскаяния взгляд. – Я вообще не должен был заключать эту подлую сделку с твоим отцом. Я жалел об этом с той самой секунды, как мы ударили по рукам. Я сожалею. Я просто очень сильно хотел, чтобы ты была со мной. Хилфилд-Парк и Брюс, сказочный чистокровный жеребец, которого я хотел приобрести, были причиной моей достойной сожаления жадности. Я вел себя отвратительно.
– Ну, ты не всегда вел себя по-джентльменски, добиваясь моей благосклонности, но я прощаю тебя. – Она улыбнулась. – В действительности, я немного польщена, что ты вел себя как деревенщина, чтобы завоевать меня. Снова друзья?
– Да, навсегда.
Но его пристальный взгляд говорил о неизменном желании.
– Больше чем друзья? – осмелилась спросить она. Его глаза стали темнее ночи, блестящими, пронзительными.
– Тебе решать, но лучше отойди, а не то я поцелую тебя.
Джулиана почувствовала, как смех поднимается откуда-то из глубин ее существа и вырывается наружу. Счастье захлестнуло ее, заструившись по ее венам мерцающей, словно золото, рекой.
Отбросив всякую осторожность, Джулиана нетерпеливо прильнула к его губам, тут же растворившись в его тепле и желании. Она упивалась пряным вкусом его губ, кофе, сидра и чего-то, присущего только Айану. Она погрузилась в поцелуй, вздохнув, когда он с новой силой припал к ее губам.
По обоюдному молчаливому согласию их губы раздвинулись, чтобы они могли ощутить вкус друг друга. Их языки встретились, дыхание переплелось. Будущее расстилалось перед ними во всем своем сверкающем великолепии, суля впереди много дней, осиянных золотой россыпью счастья, обещая, что ничто не сможет разрушить узы, связывающие их.
Джулиана прижалась к Айану. Ее переполняло блаженство от сознания, что она жива и находится в Англии рядом с ним, что у них впереди много лет, и безоблачная радость сегодняшнего дня повторится не один раз, что ее сердце наконец нашло свою вторую половинку.
Айан оторвался от ее губ, и, разочарованно вздохнув, Джулиана выпустила его.
Он уперся лбом в ее лоб, часто и прерывисто дыша.
– Я люблю твой вкус, – простонал он. – Люблю тебя.
Шумно выдохнув, она почувствовала, как нежность волной прокатилась по ее телу, искрясь пониманием и любовью.
– Прекрасно. Женись на мне, Айан. – Айан потрясенно уставился на нее.
– Ж-жениться на тебе? – Он засмеялся и приподнял ее, крепко прижав к себе. – Ты делаешь мне предложение?
– Именно. И каков будет ответ? Не уверена, что приму что-то, кроме «да», – признала она, напустив на себя суровый вид, и обняла его. – Так ты согласен?
Он сделал серьезное лицо, чтобы поддразнить ее.
– Думаю, меня можно уговорить. Да.
Джулиана засмеялась. Вихрь восторга пронесся по ее телу, смешавшись с праздничным настроением.
– Когда? Скоро? На этой неделе? Сейчас?
Лицо Айана расплылось в широкой улыбке – нечто столь же совершенное, как редкий сверкающий самоцвет. Затем он запечатлел крепкий, страстный поцелуй на ее истомившихся от ожидания губах. Радость на его лице отражала ее душевные переживания, и Джулиана поняла, что их сердца по-настоящему слились воедино.
– Как только сможем, любимая. Некоторые брачные законы изменились, пока ты была в Индии, но я сделаю все, чтобы к Новому году с полным правом называть тебя своей женой.
– А как же твой жеребец Брюс? Ты сможешь заниматься коневодством без него?
Он заколебался:
– Я найду способ добыть деньги на его покупку. Я в лепешку разобьюсь.
Да уж, так и будет. Джулиана поклялась обязательно поговорить с отцом. Если ни одной паре в Линтоне никогда не дарили на свадьбу призового жеребца, значит, они будут первыми. Брюс станет отличным подарком, которым Джулиана потом собиралась удивить Айана.
