– Что-что? Я что-то не понимаю, мистер Тобиас.
– На подушке в гостевой спальне была засохшая кровь, – объяснил он. – И прямой черный волос… Я думаю, у вас был полковник Харт. Я не ошибся?
Но она не пожелала ни подтвердить, ни опровергнуть его слова.
– Я читал материалы, собранные детективом Лоусономг – продолжил Тобиас, видя, что она молчит. – Я знаю, что вечер накануне убийства вашей сестры Харт провел с нею. Были ли они знакомы до этого?
– Материалы Лоусона – у вас? Я думала, дело закрыто и сдано в архив.
– Полагаю, я могу вам сказать: я возобновил расследование по этому делу. Официально.
– Ах вот как…
– А в чем дело? Вы что, против?
– Н-нет. То есть… В общем, я вам еще позвоню. – Она быстро выключила телефон и отшвырнула от себя с такой поспешностью, словно маленькая коробочка обожгла ей руку.
– Что случилось? – заботливо спросил Харт, но она видела – он напряжен, как сжатая пружина.
– Они не хотят оставить Джиллиан в покое! – воскликнула она с горячностью, какой сама от себя не ожидала. – Слава богу, я успела кремировать тело, иначе бы они потребовали эксгумации, повторного вскрытия и бог знает чего еще! Между прочим, Тобиас знает, что мы вместе…
– Хорошо, пусть знает. – Харт миролюбиво кивнул. – А кому ты звонишь сейчас?
Действительно, она снова взяла аппарат в руки и начала набирать номер.
– Одному местному старьевщику…
ГЛАВА 23
– Я их обнаружил, – докладывал Джем Хенкоку. – Мои люди следят за ними постоянно. Пожалуйста, передайте брату Гэбриэлу, что ситуация под контролем.
Он чувствовал легкую досаду от того, что его не соединили непосредственно с братом Гэбриэлом и что ему приходится действовать через секретаря.
– Я все сообщу брату Гэбриэлу, как только он освободится, однако я думаю, он не очень удивится, когда узнает, что у вас, снова все в порядке. Он очень высоко вас ценит, мистер Хеннингс.
– Но это, так сказать, хорошая новость… – Джем не договорил, надеясь, что доверенный секретарь брата Гэбриэла заметит удрученные нотки в его голосе. Так и произошло.
– Значит, есть и плохая? – спросил Хенкок.
– Я бы не сказал, что она такая уж плохая, но… Есть обстоятельства, которые брату Гэбриэлу лучше иметь в виду прежде, чем он решит действовать дальше.
– Что же это за обстоятельства?
– Кристофер Харт все еще с ней… – Джем Хеннингс сделал многозначительную паузу и добавил: – В настоящее время они снимают однокомнатный номер в придорожном мотеле для водителей-дальнобойщиков. Думаю, этого достаточно чтобы брат Гэбриэл пришел к тем же выводам, что и я. Мелина Ллойд осквернена. Она не годится для нашей Программы.
Секретарь заверил его, что непременно передаст эти сведения брату Гэбриэлу.
– Я отнюдь не оспариваю принципы, которых придерживается брат Гэбриэл, – добавил Хеннингс, – и не имею ничего против здорового консерватизма, однако порой мне кажется, что мы могли бы проявить большую гибкость.
Некоторое время назад Джему пришлось докладывать о втором промахе Джоша. При этом он не посмел умолчать о том, что астронавт провел ночь в доме Мелины Ллойд и что именно из-за Харта Джошу с напарником не удалось довести дело до конца. Брат Гэбриэл велел Джему установить Наблюдение за обоими, но не предпринимать никаких шагов. Очевидно, интерес, проявленный ФБР к этому делу вообще и к Мелине Ллойд в частности, заставил проповедника проявить повышенную осторожность. Джем прекрасно понимал разумность такого решения, однако его просто раздирала жажда мести. Он хотел отомстить Харту за то, что тот переспал с его невестой. А теперь еще и Мелине, отвергнувшей его ухаживания, следовало преподать хороший урок.
Неизвестно было, понял ли Хенкок, о чем шла речь, однако его ответ легко было предвидеть.
–Как только брат Гэбриэл решит, как следует поступить в данном конкретном случае, вас немедленно известят, – сказал секретарь сухо.
–Хорошо, буду ждать его звонка, – ответил Хеннингс и дал отбой. У него было такое ощущение, что он почти добился своего. С Хартом разберутся – в этом он был уверен, – хотя, возможно, и не так скоро, как того хотелось Джему. Но главное, он сумел посеять в сердце брата Гэбриэла семена сомнения относительно Мелины Ллойд. Возможно, в конце концов он откажется ее использовать, и тогда…
Правда, в физическом плане она подходила для Программы идеально. Но ее моральные качества делали Мелину мало пригодной для той роли, которая была ей уготована. В отличие от сестры она вела беспорядочную сексуальную жизнь. Джем своими ушами слышал, как она намекала, что у нее было множество любовников – в том числе и среди ее знаменитых клиентов, так что, даже если Мелина до сих пор не переспала с Хартом, ждать этого оставалось недолго.
Джему было невыносимо даже думать о том, что она и этот индеец могут спать вместе – в особенности после того, как прошлым вечером Мелина выставила его за дверь, дав понять, что по крайней мере в одном они с Джиллиан не похожи друг на друга. Она явно не понимала чувств сестры к его персоне. А может быть, Мелина прогнала его потому, что ждала Харта? Что ж, тем хуже для нее… Джем Хеннингс это переживет, а вот переживет ли она? И не придется ли ей горько пожалеть, что она предпочла ему какого-то грязного индейца?
Как бы там ни было, сообщив брату Гэбриэлу о ее поступках, он только исполнил свой долг – долг человека, который считал себя истинным последователем Церкви Благовещения. Он бы согрешил, если бы промолчал и избавил Мелину от наказания. А наказание за моральную нечистоту и распущенность было быстрым и неотвратимым, ведь брат Гэбриэл действовал не сам по себе, а осуществлял на земле волю господа всемогущего! И Мелина, и Харт – оба скоро на своей шкуре почувствуют, что такое гнев божий!
Скоро… Пока же нужно следить за ними, чтобы они не попытались сбежать и тем самым отодвинуть возмездие на более поздний срок.
Харт слегка прищурился и поправил на носу темные очки.
– Откуда ты знаешь, что она выйдет?
– Ничего такого я не знаю, – ответила она. – Мне известно только, что с часу до половины третьего в клинике бывает обеденный перерыв. Конечно, она может носить обед с собой, но это маловероятно. Почти все сотрудники клиники обедают в кафе за углом.
Харт и Мелина сидели на чугунной скамье под раскидистым кленом, который осень уже украсила багрянцем и золотом. Трава под деревом еще оставалась зеленой, хотя в клумбах среди цветов уже застряли первые опавшие листья. Дорожки парка были чисто выметены и даже, кажется, промыты водой из шланга – об этом можно было догадаться по темным от влаги швам между декоративными бетонными плитами. Сам парк представлял собой почти идеальный квадрат, по сторонам которого высились совершенно одинаковые корпуса медицинского комплекса. Второй и третий этажи одного из них занимала клиника «Уотерс».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
