– Ну, как там было в Испании? – спросила она, глядя в свой стакан.
– Отлично. Все прошло хорошо.
Он закурил сигарету и сел на такой же огромный диван, напротив нее.
– Мне не следует находиться здесь, – сказала она. – Это опасно, видишь ли… для тебя…
И тут она расплакалась так, будто в ее голове лопнула какая-то труба. Кен подошел и сел рядом. Она посмотрела на него сквозь слезы, застилавшие глаза.
– Я боюсь за тебя, Кен. Я думаю, что ты можешь быть… думаю, что тебе следует быть очень осторожным.
– Осторожным, почему?
– Вокруг меня какая-то плохая энергетическая сила, – выпалила она.
Он обнял ее.
– Еще один сон? – мягко спросил он.
– Чувствительные антенны, – ответила она и рассказала ему о падении со строительных лесов и о своей поездке в Хэлл, рассказала обо всем случившемся, обо всем, что она смогла припомнить из сказанного Хэйром и Ласло.
Он внимательно слушал ее, потягивая пиво, потом загасил сигарету, выдохнул дым от последней затяжки в потолок на пухленьких голых херувимчиков.
– Ты полагаешь, доктор Хэйр был убит, потому что пытался помочь тебе? Что его квартира была разгромлена каким-то привидением в качестве предупреждения, а поскольку он проигнорировал это предупреждение, то его убили?
Сэм внимательно наблюдала за трепещущими языками пламени в камине, а потом кивнула.
– Я не уверена, смогу ли вынести еще что-нибудь такое.
– Тебе уже здорово досталось, да? Эти леса… события в Хэлле. – Он стиснул ее плечи. – Я думаю, нам надо попытаться посмотреть на все это спокойно. Я понимаю, что все выглядит ужасным, но человеческое сознание, Сэм, довольно странная штука: мы ведь очень впечатлительны. Так что вполне возможно, что многие события излишне драматизируются.
– Ты заговорил как Бэмфорд О'Коннел.
Он улыбнулся:
– Нет, не так все плохо. Я действительно верю, что у тебя были кое-какие предвидения – самолет, станция подземки, но вот балкон – это что-то совершенно неопределенное, Сэм. То, что доктора Хэйра переехал грузовик, – ужасно, но ты же сама говорила, какое опасное это шоссе, к тому же его развезло после бессонной ночи, да еще и кружку пива выпил. Нам надо попытаться сохранять спокойствие, только и всего.
Она плотно сжала губы и ничего не ответила. Кен откинул голову на диванные подушки.
– А не то я приму меры!
– Не поняла?
– А не то я приму меры!
– Ты примешь меры?!
– Аролейд? Ну, это слово, да? «А не то я приму меры» – это же его анаграмма.
– «А не то я приму меры»? Это ничего для меня не означает.
Он прищелкнул пальцами.
– Нашел! «Я перезаряжаюсь»!
– «Я перезаряжаюсь», – эхом отозвалась она.
– Этот Слайдер… на нем был зеленый мотоциклетный костюм, и он дал тебе какой-то авиабилет? «Чартэйр»?
– Да. Тот же самый, который он давал мне в такси после нашего с тобой ленча. Ну, ты знаешь, после той катастрофы у «Чартэйр». Я помню номер того места: 35А. И он сказал, напрасно, мол, я считаю, что упала со строительных лесов – по-настоящему.
Кен тоскливо посмотрел на нее:
– По-моему, это больше похоже на дурной сон, связанный с авиакатастрофой и твоим падением. Ты просто обречена продолжать думать об этом.
– С этим, полагаю, я могу примириться. Я могу с этим согласиться куда легче, чем…
Сэм вертела в руках свой стакан. Они помолчали.
– Ну хорошо. А что же мы теперь будем с тобой делать? Завернем тебя в вату, пока все эти сны не исчезнут навсегда? А может, поместить тебя в обитую войлоком палату в психушке, пожалуй, так будет безопаснее всего? – Он ухмыльнулся, а потом увидел, что она не улыбается, совсем не улыбается, а только кивает в знак согласия. Он коснулся ее щеки костяшками пальцев. – С тобой все будет хорошо, Сэм, – ты ведь прошла школу выживания.
– Ах, так?
– Послушай-ка… – Он закурил новую сигарету. – Я думаю, что ты, возможно, сделала ошибку, ринувшись в этот Хэлл сразу после падения.
– Почему?
– Возможно, это звучит жестоко, но я не это имею в виду. Я думаю, что ты просто паникуешь. Загнала себя в определенное состояние, и, думаю, ты должна помочь сама себе выбраться из него. Тебе необходимо уехать отсюда. Я говорил тебе еще на прошлой неделе: возьми отпуск. Попытайся забыть обо всем. Расслабься по-настоящему.
– Я уезжаю в субботу. Покатаемся недельку на лыжах с Ричардом. Я там разобрала все в конторе. Ну и как, это нам подходит?
– Ну, разумеется. Но ты должна расслабиться, хорошо? Обдумай все хорошенько, взвесь, а потом, вернувшись, посмотри, будет ли все это выглядеть по-прежнему… Увидишь, что нет…
– Надеюсь, ты окажешься прав, – сказала она.
– Вот и я надеюсь. Ну, пошли, я угощу тебя обедом. Бьюсь об заклад, что ты не ела. Ты голодна?
– Не очень.
– Тебе надо поесть.
– Я тебя приглашаю. Я буду тебя угощать.
– Идет. – Он встал и осушил свой стакан. – Ну и мудреное же это словечко.
– Какое еще словечко?
– «Аролейд». Из него можно составить уйму слов. Я вот еще один вариант придумал: «повторный набор номера».
– Но ты же не все буквы использовал.
– А разве твой мотоциклист в капюшоне сказал, что все буквы надо использовать?
Сэм посмотрела на него встревоженно:
– Ну, пожалуйста, Кен. Будь осторожнее.
Они вышли в прихожую, и он приподнял забрало на одном из рыцарей.
– Все в порядке, Сэм. Вот видишь, у меня тут есть свои собственные мужики в капюшонах с прорезями для глаз. Они из твоего Слайдера отбивную сделают, если только он попытается здесь хулиганить.
Он опустил забрало, и оно закрылось с громким лязгом.
36
АЭРОПОРТ ГАТУИК.
Его бело-голубой знак самолетиком-эмблемой промелькнул мимо них на автостраде.
– Прочь с дороги, засранец!
Ричард яростно жал на гудок, сверкал огнями, резко увеличив скорость, пока автомобиль впереди в конце концов не уступил им дорогу. Сэм наблюдала, как «дворники» БМВ смахивают холодный февральский дождь с ветрового стекла. Раздался громкий шлепок, и брызги из-под колес какого-то грузовика на мгновение ослепили их.
Тот же самый сон. Ночью в четверг, и снова он же в прошлую ночь. Вентилятор на потолке, вращающийся все быстрее и быстрее. Тот вентилятор, который снился ей в лаборатории. Вентилятор, похожий скорее на пропеллер. А потом она просыпается дрожа, вся в поту. И это все. Только это. И все время при ней и вчера и сегодня.
Она послала цветы на похороны Колина Хэйра. Хотела было написать записку, но в конце концов попросила просто поместить ее имя на карточке, и больше ничего.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
