Читаем без скачивания Бизнес - класс - Семен Данилюк

Через пять минут внутренняя дверь в конференц-зал распахнулась, и через нее, сопровождаемая двумя помощниками, вошла Шараева. Вид ее в сером приталенном костюме, деловом и женственном одновременно, был утомлен, - на запавших щеках установился лихорадочный румянец. Но помутневшие от привычного недосыпания глаза излучали лихорадочное нетерпение.

Она шла вдоль стола, давая на ходу отрывистые указания и одновременно приветственно улыбаясь членам правления. За прошедшее время Лариса досконально освоила этот стиль общения, так шедший ей, - непререкаемый и доброжелательный одновременно.

Проходя мимо Коломнина, она торжествующе прикрыла глаза. И он, один из немногих знавший о цели сегодняшних ее переговоров, понял, - "виктория".

В последние месяцы Коломнина крутило в потоке событий. Прежде он сам направлял их. Теперь, когда компания набрала ход, все стратегические вопросы замкнула на себя Лариса, и Коломнин все больше ощущал себя фаворитом при всевластной государыне. Судя по заискивающе-насмешливым жестам, таковым воспринимали его и окружающие. Это ранило. От приглашений в поездки он стал отказываться, представляя, как будут смотреть на него руководители других организаций. Поэтому все чаще на переговорах подменял его Богаченков, столь же деятельный и энергичный, как и Шараева. Правда, сама Лариса всячески тормошила Коломнина, стремясь возродить интерес к делу. Все новые идеи и планы она, как и прежде, обсуждала с ним. Планы эти переполняли ее. Порой, забывшись, она принималась проговаривать их прямо в постели. А он слушал, добросовестно пытаясь заново воспламениться. Но ничего не находил в душе, кроме опустошенности. Казалось, всю отведенную ему природой энергию выплеснул он на спасение тонущей "Нафты". Своего места в "Нафте", гордо вышедшей на океанские просторы, он не находил.

Лариса замечала эту апатию и страдала, не зная, что предпринять. В конце концов оба решили, что происходящее - естественный результат усталости Коломнина на фоне пережитой изнуряющей схватки, и месячное свадебное путешествие все вернет на прежние места. Приглашения на бракосочетание госпожи Шараевой и господина Коломнина были разосланы еще на прошлой неделе.

- Господа правление! - на ходу произнесла Лариса и нетерпеливым жестом отогнала помощников. Она подошла к своему креслу во главе стола, но не села. А напротив, придвинув его вплотную, встала сзади, облокотясь на высоченную спинку и как бы спрятавшись за нее. Сделала она это вроде непроизвольно, для удобства. Но именно теперь, глядя на соломенную шевелюру, не оттененную привычным деловым костюмом, сидящие мужчины заново увидели, как молода и чертовски привлекательна их руководительница.

Невольное оживление просквозило по залу. И Лариса сдержала довольную улыбку.

- Позвольте начать! Полагаю, сегодняшнее правление для всех нас имеет судьбоносное значение. Мы с вами приступаем к промышленной эксплуатации одного из самых перспективных месторождений России. Упущу цифры. В этой аудитории повторять их бессмысленно. Буду говорить о проблемах. Не так давно нами получена квота на вывоз нашего газоконденсата за границу и реализацию через собственного дистрибьютора - компанию "Руссойл". Таким образом, мы можем поздравить друг друга с вхождением в сонм российских энергетических экспортеров, - жестом оборвала хлопки. - Но увы! Выделенная квота ничтожно мала даже для наших сегодняшних возможностей. Чертовски мала! - послышался лопающийся звук, - Лариса в сердцах прихлопнула кожаную спинку кресла. - А ведь мы только начинаем расширяться. А стало быть, завтра попросту задохнемся без реализации. Потому для нас принципиально важно, чтобы в цепочке "добыча" "реализация" появилось третье, срединное звено - "переработка". Получив это звено, мы сможем акцентироваться не на торговле сырьем, как поступает большинство, а на продаже собственных нефтепродуктов. То, о чем мечтал родоначальник компании Салман Курбадович Фархадов.

И Лариса, а вслед за ней и остальные, ностальгически посмотрела на огромный, полтора на два метра, парадный портрет Фархадова на стене.

- Короче, мною принято решение, - Лариса не удержалась от эффектной паузы, - купить Белогоцкий нефтеперерабатывающий завод!

- Это ж какие деньжищи! - среди озадаченной тишины прохрипел кто-то.

- Немалые. Причем деньги на покупку - далеко не все. У завода изношенные мощности. Глубина переработки ничтожна. Стало быть, потребуется реконструкция. Да, таких денег у нас сегодня нет! - подтвердила Лариса. - Но и ждать, пока они накопятся, мы не можем! Тех, кто в бизнесе ждет, безжалостно обгоняют. Стало быть, настала пора менять структуру собственности "Нафты".

Зал предвкушающе загудел.

- Как вы знаете, на сегодня сто процентов акций нашего открытого акционерного общества принадлежит моей дочери. Я как опекун принимаю решение: часть акций передать другим лицам. За собой мы оставляем пока пятьдесят процентов плюс одна акция. Десять процентов я передаю, - Лариса помолчала, Сергею Викторовичу Коломнину!

Коломнин непритворно вскинулся, - ни о чем подобном разговора меж ними не было. И - начал пунцоветь.

- Это собственно не дар! А лишь ничтожная цена за оказанные услуги, торопливо произнесла Лариса. - Всем вам известно, что само существование компании было спасено в огромной мере благодаря усилиям Сергея Викторовича.

Коломнин хотел возразить. Но его уже похлопывали по плечам ближайшие соседи, другие потянулись с рукопожатиями. И он понял, что всякое негодование будет выглядеть неудачливым жеманством, - для присутствующих Коломнин и Шараева давно означали единую семью, и каждый про себя просто прибавил эти десять к предыдущим.

Лариса кашлянула и тем тотчас восстановила тишину.

- Еще порядка десяти процентов будут со временем переданы ведущим менеджерам компании, - сидящие принялись переглядываться со скрытой ревностью: мысленно начался дележ. - А теперь главное: в Москве среди прочих у меня состоялась встреча с президентом крупнейшей российской нефтяной компании "Паркойл". Как вы помните, в свое время "Паркойл" предоставил "Нафте-М" товарный кредит на сумму сорок миллионов долларов. Мне был задан вопрос, готова ли компания вернуть долг. Я со своей стороны напомнила, что формально новая компания не является правопреемницей прежней "Нафты", а значит, не несет ответственности по ее обязательствам.

Правление одобрительно закивало: необходимость сбросить с себя тяжкое ярмо казалась очевидной.

- Но кредит этот давался под честное слово Салмана Курбадовича! И я подтвердила, что долг непременно будет возвращен.

Вздох разочарования был ей ответом. Лариса улыбнулась: ей нравилось раскачивать ситуацию.

- Однако предложила нашу схему расчета. Президент "Паркойла" взял тайм-аут и сегодня утром на повторной встрече принял наше предложение. Отныне долг перед "Паркойлом" конвертируется в двадцать пять процентов акций "Нафты", которые я ему передаю. Таким образом, у нас появилось то, чего так остро не хватало нашей молодой компании - мощный стратегический партнер. И более того! - теперь Ларисе приходилось кричать, чтоб перекрыть общее возбуждение. "Паркойл" берет на себя авансовые платежи по покупке завода!

Кто-то в порыве захлопал в ладоши. Кто-то подхватил, от полноты чувств вскочив на ноги. И вот уже конференц-зал, стоя, загремел аплодисментами.

Лариса стояла раскрасневшаяся, радостная, торжествующая. Упоение успехом смыло усталость, и ее васильковые глаза заполыхали, как прежде, так что у восхищенного Коломнина защемило сердце.

- Но и этим наше сотрудничество с "Паркойлом" не исчерпывается! выкрикнула Лариса. - Отныне все поставки буровых труб на месторождение будет осуществлять дочерняя компания "Паркойла".

Общий гул стих и раскололся на отдельные звуки.

- Как это? - послышался недоумевающий голос Коломнина. - У нас уже есть такой поставщик - господин Резуненко.

- Речь идет о крупнейшей специализированной российской фирме. Мы вступаем в новую эру, Сергей Викторович.

- Да причем тут?!.. Контракт на поставку труб у нас подписан с Резуненко.

- Если на то пошло, хочу напомнить: контракт подписан прежней фирмой.

- Прежней, - согласился Коломнин. - Но нами. Я не понял, Лариса?

Выкрики тотчас утихли. Теперь собравшиеся сладко вслушивались в первый в истории "Нафты" семейный производственный скандал. Общее настроение уловила и Лариса, - от нее ждали решительности.

- Это хорошо, когда первый вице-президент вникает в экономические вопросы, - принялась чеканить она, взглядом пытаясь осадить не к месту заупрямившегося жениха. - Но, может быть, мы организуем ликбез в другое время и в другой обстановке?

- В другой обстановке - пожалуйста. Но - немедленно, - Коломнин тоже закусил удила. Кожа на скулах его натянулась. Глаза недобро сузились.

- Что ж, - Лариса поколебалась. Но она слишком хорошо знала его таким, как сейчас, чтобы продолжить публичную пикировку. - В таком случае, господа, предлагаю прерваться минут на пятнадцать. У членов Правления будет время переварить новую информацию и подготовить вопросы.