крутыми поворотами и резкими подъемами, а иногда даже с опасными обрывами, — эта дорога требовала от водителя смелости, умения и внимания, но в итоге, — награждала всех нас, потрясающими видами и незабываемыми впечатлениями. Я завороженно смотрел на окружающее меня и ощущал, насколько-же я все-таки мал перед могуществом природы! Такое было у меня впечатление.
Время уже за полдень перевалило. Скоро уже база. Пара километров нам осталась! Вий, сам за руль сел. Васяка ранен, голова у него разбита, да щеку прорезали когтями. Глубоко! Замотали ему голову. Щеку — Вий шил. Три шва положил. Аккуратные такие, ровные! Его этому еще в армии научили, ага! Другие мужики, тоже пострадали: Толян снова свалился. Воспаление у него пошло. Занемог. Лежит на полу, так и не поднялся. Ногу баюкает. Херово ему! Вроде трясет его от озноба. И Петр — тоже ерзает, за руку держится. Разболелась. Махал-Махалыч все смотрел на Толяна, да на Петра, на Василия... Плохо им! Тогда он Васяке кивнул. — Давай! — говорит. Полез Василий в сумку свою. Молча полез. Не стал ничего говорить. Понимает, что друзей спасать надо! Вытащил сверток, размотал. Флакончики там маленькие, да ампулки. Шприц еще стеклянный лежал. Ясно... Антибиотики это. Те самые, что в машине забрали! Вот и пригодились нам. Взял это все Махал-Махалыч, поколдовал с ампулками, размешал, да в шприц набрал. Уколол мужиков. Одного, второго и третьего — по очереди. Каждому замешивал отдельно. Затем им перевязки сделал свежие, да моей мазью хорошенько все замазал им. Я печку растопил. Нормально, потихоньку едем. Не выдувает золу! Замотались мужики в одеяла, да коло печки улеглись. Все, стало быть, выздоравливать определились! Знаю я, что за штука такая — антибиотики эти. Сильная штука! День-два — и порядок должен быть. Аккурат перед походом в Славный уже очухаются. Ну и хорошо!
Я на переднее перелез. Вий на дорогу смотрит. Внимательно. Серьезный такой! Осторожно машину ведет. Ползет наш Урал. Воет мотор, раскачивается грузовик на ухабах. Так себе дорога... Но он все выдержит. Знаю, крепкая машина, добрая! Починились правда мы немного. Патрубок на радиатор, что ведет — замотали резиновой лентой. Подтекал маленько. Чудно так! Будто — тоже перебинтован наш «зверь». Ранение у него боевое! Вместо задних створок на будке — ветки попривязали. Чтобы не вывалились из нее мужики, да одеялами запасными занавесили, чтобы не дуло. Прохладно-же в горах! А так, колеса — целые, мотор — целый, значит все еще вполне неплохо! Едем.
Впереди нас — БТР ползет. Тот самый, что приехал к нам, когда я с гадинами бился! Монголы это. Они этот броневик с базы пригнали. К нам спешили, на выручку. Как увидали, что гнездо гадины свили на краю Дмитровки, так и ходу на базу! Поняли, что мы в беду попадем. Объехать-то там — никак! Пятеро их сперва было. Один погиб еще в пути. Там речка была. От дороги недалеко. Ну так, речка... Скорее ручей! Они лошадей напоить остановились, так там на них и напали сразу! Гадины две, прямо в воде сидели. Видать жарко им стало, или еще чего. Они прямо под водой были. Только лошади к воде той подошли, так сразу и атака! Одного парня — вместе с лошадью на дно уволокли. Лишь след кровавый по течению пошел... Так нам рассказали. А тут — оставили двоих, чтобы они нам на встречу поскакали предупредить, да рассказать, что да как. Вот только видать не добрались те двое до нас... А эти, на базе ворота открыли. Нетрудно оказалось! Там сторожка, да пульт в ней. Нету электричества только и не работает ничо. Расстроились сильно, что помочь никак не смогут! Да на их счастье, — один рукоятку нашел. В ящике сбоку, что под замком был. Сбили замок, открыли ящик, а там рукоятка та. Крутить ее начали, так ворота и открылись. Они туда ходу да скорее технику брать, чтобы на выручку! Много там техники той — говорят. В ангаре, что сразу за воротами. И грузовики, и даже танк есть! Новехонькое все стоит. Будто с завода только! И нет никого. Ни души в ангаре том! Взяли то, что с броней, да пошустрее. БТР-70 — это. Машина хорошая, мощная. Вот только не знал никто, как им управлять! Ну откуда им... Одногодки считай мои. Документы они там нашли — читали. Скумекали как-то, да к нам. Припоздали чутка, но и на том спасибо! Правда, так и не разобрались, как из пулемета того палить, что на башенке. Хоть и заряды есть в наличии. Они так придумали, давить гадин этих — броней! И задавили. Много передавили, пока ко мне подобрались! А я и не видел. Другое состояние у меня было. Я тогда вообще ничего, кроме тварей тех не видел. Будто в замедленном все двигалось. Такое дело...
Дорога немного на спуск пошла. Вниз мы спускались, в долину. Уклон хоть и небольшой, да затяжной очень! БТР замедлился. Потихоньку пополз. Вий пониженную передачу включил, тоже ползет за ним. А долина — все больше и больше нам открывалась, пока спускались. Красиво там. Зеленое все. Деревца, травка, цветочки разноцветные. Еще кусты по бокам дороги начались. Такие — густые и в цвете все. Синем. Будто сирень, что у нас, у магазина растет. Но присмотрелся — нет. Не она. Другие какие-то! И запах от них такой, сладковатый, да с кислинкой немного. Сидел, носопырки растопырил — принюхивался все. Запахи новые. Непривычные. Нету таких цветов в степи. Там по-другому все пахнет. А тут, — влажность выше, воздух холоднее, и даже ветер пахнет по-другому. Необычно и приятно!
Думал вот еще о чем: — Про Дмитровку! А вот, если бы мы, сюда сразу сунулись, ну с обозами, чтобы людей всех эвакуировать?! Была же такая мысль у нас с Вием, когда еще в «штабе» его обсуждали поход наш. В Дмитровке этой, на нас же внезапно напали! А до этого, ведь все спокойно было. Ехали-ехали, и тут — на тебе! Откуда и взялись... И гнездо это, еще дальше. Вообще караул! Целое кодло змеиное, гадское... А если бы тогда так внезапно, когда с бабами, да детьми, со стариками?! Ох... Много бы народу полегло думаю. Паника бы началась скорее всего. Палить бы начали беспорядочно! У нас-же, что второй то —
