этого не откажется, поэтому Савьеру ничего не оставалось кроме как кивнуть и попытаться не выдать того, насколько на самом деле он расстроен.
– Когда я должен буду отправиться?
– Завтра же. И, Савьер, не думай, что я бросаю тебя на растерзание львам.
Лаверн встал, обошел стол и приблизился к брату. Он некоторое время рассматривал Савьера, затем сел на край стола и продолжил:
– Я прикажу жрицам сделать что-нибудь, чтобы девчонка Оррена не добралась до Солнечного Пика. Тогда тебе останется только убедить старых лордов склониться передо мной, пообещав защиту и покровительство.
– Если они все еще не примкнули к тебе, не думаю, что мои слова их убедят.
– А ты сделай так, чтобы убедили, – с нажимом произнес Лаверн. – Ты ведь не хочешь подвести меня?
Савьер не хотел. Теперь ему хотелось жить как никогда прежде и не последнюю роль в этом сыграло то, что произошло минувшей ночью.
От воспоминаний о горячих руках Хести по телу разлилась приятная истома. Савьер тряхнул головой, прогоняя наваждение и ответил:
– Я не подведу тебя.
– Отлично! Это то, что я хотел от тебя услышать. Я запишу список моих требований и передам его тебе. Завтра утром экипаж будет ждать у ворот.
– Хорошо.
– Эмпуссии будут тебя сопровождать.
– Это обязательно? – Савьер поморщился. – Люди будут беспокоиться.
– Мои солдаты уже привыкли к ним и тебе тоже пора. Я хочу показать старым лордам, что держу их под полным контролем.
– Это так? – осмелился спросить Савьер. – Ты на самом деле полностью контролируешь демонов?
– Не я, жрицы, – нехотя ответил Лаверн. – Но когда Столпы будут возведены мне передадут ключ и тогда я стану их полноправным хозяином.
– Это жрицы тебе сказали?
– Я тоже не доверяю им, потому и велел тебе сблизиться с девчонкой. Ты преуспел?
«Ночью мой язык был у нее во рту, если ты об этом» – подумал Савьер, но вслух сказал:
– Все осталось по-прежнему.
– Плохо, братец, очень плохо! Я ведь рассчитываю на тебя. Старайся лучше.
Савьер кивнул и медленно встал. Оставаться в кабинете ему не хотелось.
– Я могу идти?
– Да. – Лаверн кивнул. – И, Савьер, если ты решишь…
– Если я решу предать тебя, ты насадишь мою голову на пику, – перебил Савьер. – Я помню.
– Скорее, посажу тебя на кол, – со сладкой улыбкой на лице поправил Лаверн.
Спускаясь по лестнице, Савьер думал только о том, что скажет лордам и леди Больших и Малых домов. Как убедить их склониться перед Лаверном? Не лучше ли будет предупредить их, рассказать о планах брата и примкнуть к восстанию?
А что на счет Хести?
Савьер остановился на середине лестнице и привалился спиной с прохладной каменной стене.
Очарование момента длилось недолго – все, что произошло между ними ночью, теперь казалось сном. Что если ее тоже убедили шпионить за ним? Что если и ей нельзя доверять? Тогда кому можно?
Он криво усмехнулся и продолжил спускаться.
Проклятая лестница. Проклятый замок. Проклятая война.
Глава 30
«Она не может доверять ему. Он приведет нас к ледяным вратам Фаты и отдаст на растерзание эмпуссиям».
Райордан отложил огрызок пера и уставился на портрет брата, который появился на бумаге будто бы сам собой. Он даже не пытался нарисовать именно его, просто руки сами собой вывели на бумаге до боли знакомые черты.
– А здорово у тебя это получается.
Рай вздрогнул и выпрямился. Рядом стоял Латиш – крысомордый пройдоха, заслуживающий доверия не больше, чем трижды проклятое чудовище, которое называет себя их союзником.
– Спасибо. – Райордан поспешил спрятать портрет в карман.
– А кто это? Твой друг? – Латиш многозначительно приподнял брови.
– Оставь меня в покое, – попросил Рай.
– Будет тебе. Я всего лишь пришел сказать, что наша леди приказала собирать манатки и убираться отсюда.
– Хорошо, скоро буду.
– Там это, внизу ждут лошади, ага? И поторапливайся, тебя одного ждать никто не будет.
Райордан дождался, пока Латиш оставит его одного, поднялся со стула и потянулся. Впереди долгий, трудный путь и он надеялся преодолеть его целым и невредимым. Умирать в его планы не входило, по крайней мере до тех пор, пока он не увидит отца.
Отец… Да, их встречу вряд ли можно будет назвать душевной. Интересно, он вообще приедет? Скорее всего, нет. Он уже склонился перед Лаверном и ввязываться в сомнительную авантюру не станет.
Где-то в глубине души Райордану хотелось увидеть отца, посмотреть ему в глаза, потребовать извинений за то, что тот выгнал его, но он знал, что скорее замерзнут все реки Фаты, чем лорд Дома Ледяных Мечей снизойдет до признания своей вины.
Увидеть брата Рай даже не мечтал. С тех пор, как по замку поползли отвратительные слухи, отец запер беднягу Демиана в его покоях и не выпускал оттуда до тех пор, пока не вышвырнул старшего сына из Хладной Крепости.
Де-ми-ан…
«Каким ты стал, братик? Превратился в уменьшенную копию лорда Абботта? Сломался под ледяным взглядом Мартильды? Остался собой? Что, конечно же, маловероятно».
Райордан спустился по крутой лестнице и вышел из Воющего Дома. Порыв ветра сорвал капюшон и растрепал светлые волосы. Нагруженные лошади стояли впереди, переминались с ноги на ногу, Латиш суетился вокруг, Фэй отдавала приказы слугам.
Монстр, натянувший на себя человеческую шкуру, стоял неподалеку, его глаза светились инфернальным огнем. Ромэйн наблюдала за ним, пытаясь скрыть это. Рай хмыкнул и подошел к ней.
– Что делает твое ручное чудовище?
– Он не чудовище, – ответила девчонка. – Прекрати так его называть, он помогает нам.
– Пока ему это выгодно.
– О тебе я могу сказать то же самое, – огрызнулась Ромэйн.
– У меня более благородные причины.
– Да, ты пытаешься спасти свою шкуру и Хэль, кстати, помогает тебе в этом.
– Он не человек, – тихо сказал Райордан. – Клянусь, в ту ночь, когда я…
– Когда ты пришел ограбить меня? – перебила Ромэйн. – Или ты надеялся перерезать мне горло?
