куры, овцы, пара ангорских коз, а также несколько гуанако. Распространение земной фауны на других планетах противоречило имперской политике колонизации; считалось, что при ведении хозяйства колонисты должны обходиться местной флорой и фауной. Однако некоторые животные использовались человеком так долго, что заменить их экзотическими видами было непросто. На гамма Леонис VI(б) — Новом Марсе — гигантские ящерицы, известные местным жителям как «смешноголовые», сумели успешно заменить тяжеловозов-першеронов в качестве тягловых животных, причем оказались более сильными и требовали меньше ухода; но людям они почему-то не нравились. Между ящерами и людьми не было взаимного доверия, издавна существовавшего между лошадьми и людьми; представлялось наиболее вероятным, что если между ящерами и людьми не установится более тесный контакт и взаимная любовь, — а в это слабо верилось, — то в конце концов ящеры вымрут и их заменят лошадьми.
Среди других обитателей зверинца были английские воробьи. Максу так и не удалось выяснить, зачем и кому понадобились эти маленькие, неопрятные, шумные, питающиеся отбросами птицы, да и сложные математические уравнения, на основании которых было решено, что воробьи где-то необходимы, казались ему недоступными. Впрочем, Макс не слишком задумывался об этом. Он просто кормил их и старался содержать клетку в чистоте.
Кроме того, на «Асгарде» жили кошки. Большинство этих животных были свободными гражданами и членами экипажа; на них была возложена задача бороться с крысами и мышами, пробравшимися в космос вместе с людьми. Одной из обязанностей Макса было регулярно менять ящики с песком на каждой палубе и относить грязные ящики для переработки в отделение, где стояли окислительные аппараты. Несколько кошек принадлежали пассажирам и были несчастными обитателями зверинца. Жили здесь и собаки пассажиров: им не разрешалось бегать по кораблю.
Максу хотелось взглянуть на исчезающий диск Земли, но это была привилегия пассажиров. То короткое время, когда это еще было возможно, он провел, таская охапки зеленого сена тимофеевки из гидропонического огорода корабля, одновременно служащего источником кислорода и поглощающего углекислый газ, и занимаясь чисткой зверинца. Нельзя сказать, что Максу нравилась порученная работа; он был к ней равнодушен. По чистой случайности юноша занимался тем, с чем был хорошо знаком с раннего детства.
Его непосредственным начальником был старший корабельный стюард мистер Джиордан. Хозяйственные заботы на борту корабля он делил с мистером Дюмоном, старшим пассажирским стюардом; граница между их участками проходила по палубе «В». Таким образом, в сферу деятельности мистера Дюмона попадали каюты пассажиров и офицеров, служебные помещения, службы связи и управления, тогда как Джиордан нес ответственность за все, находящееся ниже, ближе к корме, за исключением машинного отделения, — кубрики экипажа, столовая и камбуз, складские помещения, зверинец, палуба, где размещались гидропонические сады и огороды, а также грузовые трюмы. Оба старших клерка подчинялись корабельному интенданту, который в свою очередь исполнял распоряжения первого офицера.
Организация жизни на межзвездных лайнерах во многом походила на распорядок военных кораблей и океанских лайнеров далекого прошлого. В значительной степени, однако, на это влияли обстоятельства, возникавшие во время межзвездных перелетов. Первый офицер руководил кораблем, и капитан — особенно опытный — не вмешивался в его деятельность. Капитан, являющийся по закону полноправным повелителем своего крохотного мира, устремлял свой взгляд за пределы корабля, тогда как первый офицер занимался внутренними делами. Пока все шло хорошо, капитан интересовался лишь управлением корабля и астрогацией, а первый офицер — всем остальным. Даже астрогаторы, связисты, вычислители и программисты подчинялись первому офицеру, хотя на практике они не имели к нему ни малейшего отношения, потому что на вахте в «беспокойной дыре» руководствовались указаниями капитана.
Старший инженер корабля тоже подчинялся первому офицеру, но на деле он тоже был почти независимым повелителем. На космическом корабле с отличной дисциплиной и отработанной системой командования его машинное отделение находилось в таком превосходном состоянии, что первому офицеру не приходилось заботиться о нем. Старший инженер нес ответственность не только за исправность корабельного двигателя и импеллеров Хорста-Конрада, но и за функционирование всех вспомогательных систем независимо от их местонахождения — например, вентиляторов и насосов гидропонических устройств, несмотря на то что гидропоническими фермами и сбором урожая руководил корабельный интендант со своими старшими клерками.
Такой была обычная организация жизни на грузопассажирских лайнерах, совершавших рейсы между звездами. Она несколько отличалась от распорядка на военных кораблях и уж никак не походила на жесткую дисциплину мрачных транспортов, используемых для пересылки заключенных и нищих на отдаленные колонии — здесь интендантский отдел состоял из одного или максимум двух клерков, а всю остальную работу делали пассажиры — убирали, грузили контейнеры, готовили пищу и так далее. На борту «Асгарда» находились пассажиры, оплатившие свой проезд, причем состояние некоторых измерялось миллионами, поэтому они вправе были ожидать роскошного обслуживания, даже если бы пришлось провести в космосе несколько световых лет. Из трех главных отделов на «Асгарде» — астрогационного, механического и интендантского — последний был самым большим.
Первым офицером можно было стать, пройдя различные служебные ступени — старший механик или корабельный интендант, но занять должность капитана мог только человек, являющийся по профессии астрогатором. Все офицеры были главным образом математиками, менеджерами или физиками, тогда как капитан обязательно должен был обладать математическим талантом астрогатора. На «Асгарде» первый офицер Уолтер, как это обычно бывало, занимал раньше должность корабельного интенданта.
«Асгард» представлял собой маленький мир, крошечную двигающуюся планету. Ее королем был капитан, бесполезной знатью — пассажиры, у нее были правящий и технический классы, а также угнетенные, которые носили воду и рубили дрова. Экологический баланс поддерживался с помощью гидропонической флоры и находящейся на борту фауны, а в машинном отделении сияло миниатюрное солнце. По расписанию кораблю предстояло находиться в пути всего несколько месяцев, но «Асгард» мог оставаться в космосе неограниченное время. У шеф-повара могли кончиться запасы икры, но корабль никогда не будет испытывать недостатка ни в пище или воде, ни в воздухе, тепле или свете.
Макс вскоре понял, как ему повезло, что он оказался под начальством мистера Джиордана, а не старшего клерка Кайперса. Мистер Кайперс следил за каждым шагом своих подчиненных, тогда как мистер Джи редко заставлял свое жирное тело покидать комфортную каюту, служившую ему и офисом. Он был добродушным боссом — при условии, разумеется, что все шло так, как ему хотелось. Ему было нелегко заставить себя спускаться в зверинец; как только мистер Джи убедился, что Макс заботится о животных должным образом и поддерживает в зверинце чистоту и порядок, он перестал проверять его и лишь требовал, чтобы Макс ежедневно докладывал ему о том, как идут дела. Таким образом у мистера Джиордана
