Там он узнал, что достичь плато отнюдь не просто.
Молодой турок, по имени Дасан АН, нанятый им, сопровождал в качестве слуги других белых ровно столько, чтобы научиться презирать своих соплеменников. Ему нравилась одежда белых, и на отвратительном английском он разговаривал с Брентом так, словно они были единственными цивилизованными людьми в этой деревушке.
— Боюсь, эти невежды не захотят быть проводниками, — доверительно говорил он Бренту. — Они слишком боятся Плато Ветров.
— Что там может быть страшного? — спросил Брент, на что Дасан АН улыбнулся покровительственно.
— Они невежественные люди, сэр. Они страшатся ветров. Они говорят, что Плато — священное место ветров и ветры убивают каждого, кто попытается проникнуть туда. Они думают, что ветры — живые существа, а не просто воздух. Они говорят, ветры не беспокоят людей нигде, но убивают любого, кто приходит на их священное плато, поэтому они не ходят туда.
— Предложи им еще денег, — раздраженно сказал ему Брент. — Скажи им, я плачу двойную цену.
После недолгих переговоров со своими смуглыми собратьями Дасан АН вернулся к Бренту. Лицо его выражало полное презрение.
— Они не пойдут, сэр. Двойная плата ни к чему человеку, которого убивают ветры.
Брент выругался. Некоторое время он размышлял, а затем, придя к решению, повернулся к Дасан Ану.
— Хорошо, мы пойдем без них. Каждый оседлает верблюда и одного поведет. Четыре верблюда смогут нести всю воду и все необходимое снаряжение.
— Вы хотите сказать, что мы пойдем вдвоем, без проводников?
— спросил турок, храбрость которого поубавилась.
— Именно так, — сказал Брент и добавил: — Почему нет? Ты ведь не боишься ветров?
Турок принужденно засмеялся. — Вы любите шутить. Дасан АН не из этих, неотесанной деревенщины. Я был слугой белых людей и доходил до Тегерана.
— Отлично. Купи верблюдов. Мы выходим сразу, как будет готово снаряжение.
Оно было готово через два дня. Под уже слепящими лучами рассветного солнца они покинули Юрган верхом на фыркающих верблюдах и направились на запад в белизну соленой пустыни.
Через четыре дня далеко впереди смут но обрисовалась огромная, во весь горизонт, стена Плато Ветров. Этой ночью они расположились на ночлегу самой стены, — отвесной коричневой скалы в тысячу футов высотой, уходящей на много миль на север и на юг. И этой же ночью они услышали, как ветры задувают на плато.
Они смотрели вверх, в темноту, в сторону плато.
— Ветры там дуют очень сильно, — сказал Дасан АН. Брент кивнул.
— Без сомнения, плато является центром воздушных потоков, которые, сталкиваясь здесь, формируют устойчивые ветры. Поэтому твои люди считают его священным местом, где собираются ветры.
— Послушай, как они завывают! — добавил он. — Я рад, что нас нет там ночью.
Действительно, на плато дули сильные ветры. Их отдаленный рев, завывание доносились сквозь ночь до Брента подобно гвалту, создаваемому могучими, переговаривающимися между собой голосами, как добродушные крики веселой свары ветров-гигантов.
Они слышали ветры всех типов в этом подвижном реве высоко на плато: ветры трубящие, ветры завывающие и ветры визжащие, ветры-карлики и ветры-гиганты; будто все ветры собрались здесь и резвились, толкаясь и гоняясь друг за другом.
А затем меж голосов резвящихся ветров вклинился еще один, не похожий звук — высокий серебристый свист, пронзительный и радостный. Он походил на свист ветра, но было в нем странное качественное отличие. Он поднимался и падал, снова поднимался и падал, и, как только он прекратился, хор диких ветров зазвучал еще громче.
Они слушали, пока рев не ушел к северу, постепенно стихая.
Стало тихо.
— Довольно ветрено там, — нарушил тишину Брент. — Надеюсь, завтра будет лучше.
— Может быть, стоит подождать, пока уляжется ветер, — быстро предложил Дасан АН.
— Чепуха, я не собираюсь пасовать перед слабым ветром, — сказал ему Брент. — Чем скорее мы взберемся на плато, тем лучше.
— Абсолютно, абсолютно верно, — торопливо согласился турок.
— Мы цивилизованные люди и не боимся ветров.
На следующее утро они нашли зигзагообразную тропинку, ведущую вверх на плато, менее чем в миле от лагеря и начали подъем. Когда они тянули верблюдов вверх с уступа на уступ, Брент заметил, что его компаньон постоянно посматривает вверх, в направлении ближайшего выступа.
Ближе к вечеру они преодолели последнее препятствие и встали, тяжело дыша, на краю. Плато Ветров лежало перед ними — коричневая, бесплодная равнина. В нескольких милях возвышались две остроконечные скалы, но в остальном поверхность была ровная, пыльная, голая.
Там, где они стояли, ветров не было. Только в нескольких тысячах футов от них были заметны песчаные вихри, уносимые в разных направлениях.
— У тех скал должна быть вода, — сказал Брент, щурясь против солнца. — Надо ею воспользоваться.
Но Дасан АН смотрел на далекие песчаные вихри. — Видите, маленькие ветры. Будем надеяться, они к нам не приблизятся.
Брент посмотрел на них тоже. — Что, эти порывы? Они не могут нам повредить.
— Надеюсь, они к нам не приблизятся, — повторил турок, не отводя от них глаз.
— Пошли, попытаемся достичь скал до темноты, — сказал ему Брент.
Они тронулись, но Дасан АН продолжал пристально смотреть на маленькие удаленные вихри. Брент смотрел вперед на скалы и прикидывал шансы найти легендарные сокровища, как вдруг услышал испуганный крик Дасана:
— Маленькие ветры! Они приближаются!
Он повернулся и увидел, что, действительно, поднятые маленькими ветрами песчаные вихри скользили сейчас в их направлении. Они походили на маленьких песчаных джиннов, и казалось странным, что они способны двигаться вот так, группой. Нахмурившись, Брент повернулся к компаньону.
— Поторапливайся. Дасан, — сказал он сердито. — Эти слабые ветры не доставят нам беспокойства.
— Они идут! Они идут! — бормотал турок в панике.
С глухими проклятьями Брент повернулся, чтобы привести его в чувство, и в этот момент маленькие ветры настигли его.
Глаза его засыпал песок, и он, ослепленный, остановился. Стоя и протирая глаза, он чувствовал и слышал, как маленькие ветры шмыгали вокруг них, продувая все уголки их отряда, словно изучая его.
Вдруг все переменилось. Слабый шепот стал громким и сердитым. Ветры стали толкать людей и верблюдов к обрыву!
Брент крикнул Дасану Ану сквозь летящий песок, чтобы он удерживал верблюдов. Единственное, что они могли сделать, — это задержать животных, пока слабые порывы тщетно пытались отбросить их назад.
Эта небольшая буря прекратилась так же внезапно, как и началась. Маленькие ветры развернулись и помчались назад через плато в сторону остроконечных скал — группа быстро скользящих песчаных вихрей.
Дасан АН издал сдавленный крик. — Они видели нас. Они знают, что мы на плато, и сейчас призовут на помощь большие ветры, которые нас убьют!
— Большие ветры чепуха! — ответил Брент. — Просто несколько порывов ветра, и тех уже не г. Неужели ты такой же суеверный, как и твои соплеменники?
Но апелляция к тщеславию Дасана Ана оказалась тщетной, поскольку весь его скептицизм улетучился из-за охватившей его паники.
— Это не суеверие. Ветры — живые существа, хоть я и отрицал это! — заныл он. — Они видели нас, знают, что мы здесь и убьют нас, если мы не уйдем.
— Забудь об этой чепухе и займись верблюдами, — властно приказал Брент. — Потом опять тронемся в путь…
Он замолчал, глядя на меняющееся лицо Дасана Ана, которое превратилось в перекошенную маску неприкрытого страха. Его глаза наполнились ужасом.
Брент повернулся, посмотрел в ту же сторону и ощутил холодок в области сердца. Небо на западе потемнело от туч песка, поднятого сильными ветрами. Быстро усиливающийся вой наполнил воздух.
Он бросил поводья и прыгнул в направлении ближайшей ложбины в груде камней, крича: — Прыгай ко мне! Мы не сможем удержать верблюдов — оставь их!
