В помещении караулки было довольно прохладно. Я поплотнее укутался в тёплый, подбитый мехом плащ, накинул капюшон на голову, сложил руки на груди и закрыл глаза. Чего зря время терять, входить в транс можно и сидя.
***
Магистр Гилто шагал по коридорам административного корпуса Третьей Городской Тюрьмы широким шагом, несмотря на свой невысокий рост. Я шёл чуть сзади и слева от магистра, Флавио – справа, новый зам Флава, Ром се Марильо, замыкал шествие.
Бывший чистильщик оказался вовсе неплохим человеком, как на мой взгляд. Одного со мной роста, но комплекцией пожиже, с коротко остриженными русыми волосами, крупным носом и волевым подбородком. Характер у него был добродушный, но со стальной жилкой внутри. Люди такого типа никогда не юлят и не унижаются, сохраняя достоинство даже в самых сложных ситуациях.
В ночной операции у него была своя роль: он должен был запугать тюремное начальство, гарантируя нам полное сотрудничество. Как бывший чистильщик, он справился с этой задачей на все сто. Тюремщики были предельно услужливы и исполнительны.
– Что так и сказали: хотят видеть именно меня? – спросил магистр, повернув голову в мою сторону.
– Только вас, магистр, и никого более, – ответил я, – Видимо, мы с Флавио для них невелики птицы.
Гилто хмыкнул и сказал:
– Не думал, что весь этот ваш маскарад сработает.
– Но разрешение дали, – сказал Флав.
– Нужно было что-то делать, а других идей не было. Мне Отто уже плешь проел, надоело ходить к нему на ковёр.
– Сюда, магистр, – сказал я, указывая рукой поворот.
Мы свернули и увидели дверь в конце тупика, перед которой стояли мои стажёры. Несмотря на бессонную ночь, выглядели близнецы довольно бодро. Они козырнули, увидев магистра. Флавио сделал знак Рому, и тот остался с близнецами, а мы вошли в большую, почти пустую комнату без окон.
Там нас ждали два героя нашего ночного представления. Лица обоих магов выглядели осунувшимися и усталыми. Полненький и невысокий обладатель тонкого голоса нервно ходил возле дальней стены, нахохлившись и засунув руки в карманы. Услышав звук открываемой двери, он остановился и перепугано уставился на нас. Но, увидев, кто вошёл, успокоился.
Второй маг, с неприятным морщинистым лицом и огромными мешками под глазами, сидел за столом, ссутулившись и оперев подбородок на ладонь. Он никак не прореагировал на наше появление.
Магистр подошёл к столу, отодвинул стул и сел. Флав остановился позади него, а я прошёл дальше и остановился возле заложенного кирпичами оконного проёма, чтобы видеть лица всех участников беседы. Гилто принялся рассматривать магов, переводя взгляд по очереди с одного на другого. Те молчали. Магистр удовлетворённо хмыкнул. Это хмыканье выдавало его отличное настроение, как лакмусовая бумажка.
– Вы заявили, что хотите меня видеть. Надеюсь, не для того, чтобы получше рассмотреть? Думаю, вы что-то хотите мне рассказать, хотя ещё вчера не соизволили произнести и слова, – сказал он.
– На нас ночью было совершено нападение! – прокричал сорванным голосом нервный толстяк.
– И что? Вижу – живы, здоровы. Охрана была на высоте, как мне сказали, – магистр говорил неторопливо и с ленцой.
– Это было Серое Братство! Им не хватило совсем чуть-чуть, чтобы убить нас! – продолжил калечить свои голосовые связки толстяк.
– Заткнись, Тим. Твой крик делу не поможет, – сказал сидевший за столом маг. – Почему нас перевели сюда? Почему не оставили в Канцелярии? Туда Братство полезть не посмело бы.
На лице магистра появилась улыбка доброго дядюшки, которого только что чмокнула в щёку любимая племянница.
– А зачем вы мне сдались? – спросил он ласковым голосом. Затем его лицо посуровело, и он продолжил: – Показаний вы давать не хотите. Какой смысл возиться с вами дальше? Все виновные схвачены, судить вас и остальных шестерых будет городской суд. Вот вас и доставили в городскую тюрьму. Всё логично, не находите?
– Мы не доживём до суда, – окончательно севшим голосом тихо пропищал толстяк.
– Доживёте, если вдруг станете нужны мне, – добрая улыбка опять вернулась на лицо Гилто.
Толстяк подошёл к столу и сел рядом с товарищем. Они переглянулись и толстяк кивнул. Второй маг повернул голову, посмотрел на Гилто и сказал:
– Мы хотим жить. Если вы дадите нам гарантии, что нас не осудят на смерть и не отправят подыхать на каторге, и защитите нас от наёмных убийц, то мы дадим интересующие вас показания. И повторим их в суде, если понадобится. Поверьте, эта информация стоит многого. В деле замешаны очень серьёзные люди, гораздо серьёзнее таких пешек как мы. Вы не останетесь в проигрыше.
– Я магистр Пятой Палаты, а не Единый. Могу лишь пообещать, что постараюсь сохранить ваши жалкие жизни. Если, конечно, оно того будет стоить, – произнёс Гилто.
– Если вы поклянётесь в этом именем Императора, то нас вполне устроит ваша защита, – сказал маг.
Толстяк согласно кивнул. Магистр откинулся на спинку стула, скрестил руки на груди и глубоко вздохнул, пристально глядя на этих двух людей.
– Почём мне знать, что игра стоит свеч? Назовите имена, – сказал он.
– Пусть ваши помощники выйдут, – пропищал толстый маг.
– У меня нет от них секретов в этом деле, – ответил Гилто.
Маг с морщинистым лицом покачал головой и сказал:
– Вопрос не только в жидком огне, будь он проклят Единым.
Затем он поднялся со стула, обошёл стол, наклонился к уху Гилто и что-то прошептал. Я прислушался, но к несчастью, стоял слишком далеко и не с той стороны. Зато я увидел, как затвердело лицо магистра и как сузились его глаза. Любопытство сразу принялось терзать меня. Я бросил взгляд на Флава. Тот еле заметно подмигнул мне правым глазом. Значит, услышал. Слух у него даже острее моего, да и стоял он в гораздо более выгодной позиции.
Маг отошёл от Гилто и вернулся на своё место. Пододвинутый им стул скрипнул ножками по полу. Магистр сидел неподвижно, по его застывшему взгляду я понял, с какой скоростью сейчас крутятся мысли у него в голове. Тишина сохранялась в комнате минуты две. Затем магистр ожил и произнёс:
– Я, Гилто Ферелас кА Ферелас, приложу все усилия и использую все доступные мне средства, чтобы сохранить ваши жизни. Клянусь в этом священным именем: Иллий Гоус, как верный слуга его, в присутствии свидетелей.
Худой маг удовлетворённо потер щёки пальцами, на секунду разгладив морщины на своём лице. Толстяк открыл рот, закрыл, потом снова передумал и сказал:
– Мы хотим ещё, чтобы нас…
Гилто не дал ему закончить:
– Торговаться будете потом. Сначала расскажете мне всё, от начала и до конца. Парни, – сказал он, не поворачивая головы, – оставьте нас наедине.
Мы с Флавом вышли и закрыли дверь за собой.
– Ну, что, шеф? Мы не зря всю ночь тут торчали? – спросил один из близнецов.
Ром и второй близнец тоже смотрели на нас, ожидая ответа.
– Птички запели, – ответил я и улыбнулся.
– И так сильно, что только уши магистра могут выдержать их сладкие
