– Наконец-то, – проворчала Клара. Напор опаляющего ветра стихал, и только тут она осознала, сколько же было отдано сил в этой борьбе. На серьёзную схватку могло и не хватить...
Стены вокруг прекратили свою безумную пляску. Клара очутилась в правильной формы овальном зале. Под ногами – шероховатые, грубо отделанные каменные плиты, над головой – невысокий потолок. Волшебница оглянулась – никакого входа в этот зал не было. Как не было и выхода.
«Иллюзия, – заставила Клара произнести про себя. – Просто иллюзия, и ничего больше. Я такое уже видела. Что, разучилась взламывать мороки?..» Правда, эти слова дались ей не так легко, как хотелось бы. По правде говоря, очень даже нелегко.
В противоположном конце зала из ничего медленно сгустилась человеческая фигура – дым обретал плоть. Клара увидела чёрно-жемчужный высокий шлем со странным тёмным плюмажем, по которому пробегали цепочки молочно-белых вспышек, багряный плащ до пят, алую рубаху – незнакомец не носил доспеха, подобно самой Кларе. Честный бой.
– А это именно ты? – с некоторым подозрением в голосе осведомилась чародейка. – Или прислал вместо себя призрак?
– Нет, это именно я, – последовал ответ. Незнакомец слегка усмехнулся. – Не стану лгать тебе, это не моё истинное тело. Но оно точно так же испытывает боль, по жилам так же течёт кровь... и оно точно так же может умирать.
Хозяин пещеры мягким движением выдернул из ножен меч – обычной длины и вида тёмный клинок, правда, с нанесёнными на него какими-то рунами. И, соответственно, магией.
– У тебя шпага ведь тоже не простая, – ответил противник на невысказанный вопрос Клары. – Приступим.
Что-то в этом голосе заставило сердце Клары дрогнуть. Знакомые нотки... знакомые интонации... не может быть!
– Покажи лицо. – Голос чародейки звучал, словно надтреснутая жесть. – Покажи лицо, враг, слышишь!
– Покажу, – согласился воин. – Но сперва оговорим условия. Если я побеждаю, ты... поворачиваешь назад. Ещё раз, я не хочу никого убивать. Тем более что тебе нет особенного дела до слёз и тревог этого мира. Несмотря на то что одна из твоего отряда послужила причиной многих нынешних бед.
– А если я беру верх? – поинтересовалась Клара, вытаскивая рубиновую шпагу и становясь в позицию.
– Я отвечу на твои вопросы. Клянусь Источником!
– Мутная клятва, враг мой, мутноватая, но сойдёт и такая. А теперь – покажи лицо!
– Охотно. – Воин изящным движением снял с головы шлем.
Клара охнула. Левая ладонь, в которую чародейка ещё не успела взять кинжал, судорожно сжалась, едва не разорвавшись, скрипнула кожа перчатки.
– Сволочь, – выдохнула волшебница. – Гад ползучий. Мразь. Мерзавец. Зачем ты это сделал?
– Подумай, – ответил до боли знакомый голос. – Ты всегда была умницей, Клариче, так подумай ещё разок до того, как мы скрестим клинки.
– Чего ж тут думать... – Губы Клары тряслись, лицо побелело. – Порылся в моей памяти, украл... подсмотрел... – При мысли о том, чтоещёмогподсмотретьэтот непрошеный провидец, бледность на лице Клары сменилась густым румянцем.
– Мысли, что я – это он, ты не допускаешь? – спокойно осведомился противник, не делая попыток поднять клинок.
– Гад... – простонала Клара. – Хватит! Ты меня хотел разозлить – поздравляю! Тварь, мне плевать на вопросы и ответы – биться будем насмерть! Никому не позволю поганить мою... память...
– И твою великую любовь, – без тени усмешки, серьёзно и печально сказал враг. – Я знаю. Доказательств не существует. Всё, что я скажу сейчас, ты истолкуешь как извлечённое из твоей памяти. Я перечислю все до единой родинки и шрамы на твоём теле – те, которые ты получила, будучи... со мной, но ты решишь, что я просто обладаю способностью видеть сквозь одежду. Ну вот, теперь ты покраснела ещё больше. Мне грустно, Клариче. О да, я должен повиниться перед тобой...
– Ты сказал – это не твоё истинное тело! – зарычала Клара.
– Верно, – кивнул враг. – Это тело... Ты любила не настоящего Аветуса... его тогда уже не было в живых. Не веришь?.. Что ж, наверное, ты права. Приступим. На прежних условиях. Для меня они не изменились. Ты – как знаешь.
Он легко, мягко перетёк в позицию. Клара вздрогнула – всё было похоже как две капли воды. Но если эта подгорная тварь способна читать в её разуме, как в открытой книге, – что ей стоит скопировать и эти воспоминания?
– Ну, держись, – прошипела Клара. – Посмотрим, на что ты годишься, выползок!
Они сближались одинаковым плавным шагом, Клара держала готовыми к бою шпагу и дагу, её противник удовольствовался одним мечом. Собственно говоря, шпагой клинок Клары можно было называть лишь с изрядной натяжкой, скорее это был палаш, да такой, что подняла бы далеко не всякая мужская рука. Во всяком случае, рубить и колоть этим можно было с одинаковым успехом.
Противник сдёрнул и отшвырнул в сторону плащ. Чёрный рунный меч, показалось Кларе, чуть ли не застонал в кровожадном ожидании.
– Твой выпад, Клариче, – улыбнулись губы до рези в сердце знакомой улыбкой.
Она не ответила. Это просто морок, вырванный из её памяти, самое дорогое, что есть у неё, память о действительно большой любви, единственной в её долгой жизни. Ну ничего. Попробуем прикрыться как следует. Пусть пробивается сквозь эту защиту... если только не успел всё выбрать, что очень похоже на правду.
«Мой выпад, подземная тварь. Мой выпад, и я никому не отдам этого права. Ты силён, если так легко читаешь в моей памяти, но посмотрим, хватит ли у тебя запала на боевого мага Долины!»
Она проверила его защиту. Так, слегка, чуть-чуть, стремительным уколом в левое плечо, раскрутом, срывом расстояния и ударом даги под рёбра. Молниеносная атака, очень действенная против даже очень опытного мечника – но с одним клинком против её двух. Клара двигалась быстрее, много быстрее обычного человека, какой мир ни возьми. С ней не потягался бы ни эльф, ни Дану, непревзойдённые мастера лёгких клинков из мира Мельина.
Он отбил. Но не просто отбил – когда сталь соприкоснулась, с рунного меча рванулось какое-то заклятье, пробившее Кларину защиту, так что чародейка даже вскрикнула от резкого, болезненного нервного укола. Правая рука едва не повисла, наполовину парализованная.
– Ах вот ты как, – рявкнула чародейка. – Ну, держись, приятель! – Вмешалась её собственная магия, высасывая боль, вливая новые силы; остриё рубиновой шпаги дрогнуло и опустилось только на долю мгновения. Враг не воспользовался этой возможностью. Напротив, отступил на пару шагов, по-рыцарски ожидая, когда противник оправится.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
