отдельно. Спасибо, что напомнила, какой я слабак.
— Почему слабак? Мы любим друг друга…
— Слав, здесь нет Лили и Сани, не надо играть.
Славка вспыхнула:
— Я не играю!
— Не кричи, Дашка уже спит.
Славка вмиг потухла, зажала рот ладонью. Вечером в беседке она не притворялась. Ну, разве что чуть-чуть переигрывала, чтобы Лиля не заметила, что Рыжик ещё тлеет прежними чувствами. Пусть видит, что у него есть пара и начхать ему на первую любовь.
Славка не трогала Рыжика, пусть стелет себе хоть в шкафу, хоть в подъезде, всё равно она ночью к нему придёт. И он её пустит. Никуда не денется. Вернувшись после турслёта, она совершенно точно решила вычеркнуть Криса из своей жизни. Он неудобный, как узкий башмак, он страшный, как смерть ребёнка, он непонятный, как высшая математика, а ещё он сероглазый. И вообще, нужно удалить его номер.
Славка взяла мобильный, пролистала список контактов. Он блуждал в её телефонной книжке набором цифр. Она задумалась, уже приготовилась стереть историю звонков, но вместо этого добавила в контакты и подписала «Шинук». Пролистав вниз, увидела, что все её постыдные тайные звонки, сделанные на этот номер, тоже обрели имя. Она резко поднялась, едва не отбросила телефон.
Рыжик удивлённо на неё посмотрел:
— Что случилось?
— Чисто гипотетически, если кто-то тебе звонил с незнакомого номера, а потом ты записал этого человека, предыдущие звонки тоже высветятся с именем? Или они останутся цифрами?
— Вроде везде будет имя.
Славка упала на кровать, закрылась своими волосами, а сверху ещё до самой макушки натянула одеяло.
— Блин.
Лука ухмыльнулся.
— Чисто гипотетически.
Ночью она пробралась к Луке, обняла его со спины и уткнулась носом в тёплую макушку. Лука заёрзал, но не оттолкнул. А утром они оба проспали. Открыли глаза, когда комната наполнилась светом, и сразу поняли, что бежать сломя голову на пары уже поздно. Славка потянулась и прислушалась к звукам квартиры.
— Твой папа уже точно на работе. Странно, что они нас не подняли.
— Шпингалет, — напомнил Лука и нащупал телефон, — семинар пропустил. Чёрт.
Славка нахмурилась.
— Дашка стонет.
— Проснулась, наверное.
Они снова прикрыли глаза и переплелись руками и ногами. Спустя десять минут Славка обеспокоенно приподнялась.
— Громче хнычет. Нет, уже плачет.
Они одновременно подскочили и ринулись к двери. Славка схватила со стула рубашку Рыжика и накинула поверх сорочки. Лука остался в трусах. Дашка лежала в переноске, но почему-то на полу и на боку, уже не плакала, а ревела в полный голос. Андрей Викторович действительно ушёл на работу ещё рано утром, но в комнате вообще никого не было. Людмила Георгиевна никогда не оставляла дочку вот так одну, да ещё голодной. Славка подняла Дашу, прижав к себе, попыталась успокоить, но та разревелась ещё сильнее, начала захлёбываться истерикой с икотой. Лука чуть отодвинул её голову от плеча Славки.
— У неё пятно красное на лбу.
— Думаешь, ударилась?
Лука перевёл взгляд на валяющуюся переноску.
— Может, она упала, — он ринулся в спальню, уже оттуда крикнул: — Одевай Дашку, поедем в детскую больницу.
Славка часто гуляла с Дашей, хорошо знала, где лежат её вещи, и справлялась с одеванием легко и быстро. Обычно девочка не капризничала, и Славка напевала песенку, проговаривая каждую часть тела: «обуваем ножку, прячем в рукав ручку».
Вручив одетую Дашу Луке, Славка надела вчерашнее платье. Влезла в ботинки на босу ногу и, не расчёсываясь, ринулась к вешалке с верхней одеждой. Лука вызвал такси, ещё когда одевался сам, ждать машину не пришлось. Даша плакала, но уже тише и как-то устало, а потом и вовсе уснула. Лука и Славка встревоженно переглянулись.
— Это нормально?
— Я откуда знаю?!
— Позвонил маме?
Лука нащупал в кармане телефон.
— Звонил, она трубку не берёт. Я ей сообщение оставил.
— А папе?
— Папе не сказал. Пока не сказал.
В больницу они влетели взъерошенные и перепуганные, регистратуру проигнорировали, пока неслись по коридору, узнали, как попасть к детскому врачу и сразу же влетели в толпу ожидающих. Славка устремилась к двери, но её одёрнули за пояс пальто.
— Девушка, тут, вообще-то, очередь.
— Нам срочно! Ребёнок упал!
— У нас тут у всех срочно.
— Ага, упал, спит ваш ребёнок.
Лука пригвоздил ответившую женщину взглядом, Славка добила своими чёрными глазищами, и та уже не так строго сказала:
— Ну, если срочно, идите.
Едва из кабинета вышел пациент, Славка чуть ли не вбежала туда, а Лука захлопнул двери. В спину им понеслись неприятные слова:
— Нарожают, а потом не знают, что с детьми делать.
Врач не стал выяснять, где документы и почему без записи, взял спящую Дашу и переложил на пеленальный столик. Покачал из стороны в сторону, заставляя проснуться. Даша открыла глаза, увидев незнакомое лицо, сначала скривилась, но потом перевела ещё сонный взгляд на Луку и улыбнулась.
Славка указала пальцем на красное пятно на лбу.
— Она ударилась.
— Вы не видели как?
— Как ударилась — нет, увидели уже пятно.
Доктор понаблюдал за Дашей, осмотрел голову. Она сначала улыбалась, но потом снова захныкала. Лука взял её на руки и обеспокоенно спросил:
— У неё сотрясение, да?
— На данный момент я не вижу поводов для беспокойства. Понаблюдайте за ней. Если будет после кормления обильно срыгивать, часто плакать, плохо спать или если набухнет родничок, то сразу же приезжайте в больницу.
Славка зябко потёрла ботинком голую голень, запахнула пальто.
— А почему она так плачет?
— Голодная потому что, эх вы, родители, — он кивнул в сторону Луки, Даша присосалась к его руке и громко чмокала на весь кабинет.
Домой они вернулись озадаченные и возбуждённые. Лука то и дело звонил маме, но она так и не взяла трубку. Славка качала Дашу, та тыкалась в плечо и елозила влажным ртом, явно искала грудь. Влетев в квартиру, они замерли на пороге, едва не столкнувшись с Людмилой Георгиевной, снимающей куртку. Она посмотрела на них каким-то затуманенным рассеянным взглядом, собственную дочку вообще не заметила и прошла в спальню.
Славка побежала на кухню, готовить смесь, а Лука побрёл за мамой. Вернулся расстроенный и озадаченный.
— Я не знаю, что с ней. Говорит, ушла в магазин, захотелось погулять, подышать осенью.
Славка так и стояла в пальто, кормила Дашку на весу, поджимая то одну, то другую босую ногу.
— Она забыла про Дашу?
Лука забрал у неё сестру. Сам продолжил кормить.
— Ты вся продрогла. Иди переоденься и надень носки.
Славка заглянула в комнату и увидела Людмилу Георгиевну у окна, та задумчиво рассматривала голые деревья и плавно дирижировала рукой, будто слышала мелодию. Славка вздохнула.
