Читаем без скачивания Комнаты страха - Антон Орлов

Но те не спешили бросаться на штурм. Видимо, Лейла велела им дожидаться за порогом. Жаль… Познакомившись с сюрпризами Комнат, они бы начали метаться, как охваченный паникой скот, и ее бы в этой давке сбили с ног. В Комнатах с толпой справиться проще, чем с одним человеком, обладающим выдержкой и волей. Была здесь пара таких экспериментиков.

Только зачем она притащила с собой этих двух слабаков, Мориса и Бланку? На Морисе лица нет, того и гляди хлопнется в обморок.

Лейла добилась своего: чертова дверь открылась. Но Анджела уже успела и запаковаться в бронекостюм, и прикинуть, чем ее можно пронять.

Когда Лейла, Бланка и почти сомлевший Морис ввалились в ее убежище, она крикнула:

– Дина Вански!

Противоположная дверь тоже распахнулась – уже не в наглую, а по воле хозяйки. «Заказывала» она больницу с запахом лекарств, инвалидной техникой, пробирками с кровью для анализов и всем тому подобным антуражем. Еще умник Груша – недоброй памяти психолог, подбивший Маршала на вьянгасианский эксперимент, – когда-то учил: чтобы вывести врага из равновесия, используй уязвимые места, которые у каждого свои.

Комнаты не проштрафились, помещение в точности такое, как требуется.

Больничные предметы, мешая друг другу, хлынули в проем – и блестящие медицинские инструменты, и струящиеся ленты использованных бинтов в засохших желтоватых пятнах, и похожие на долговязых насекомых экзоскелеты, и эмалированное судно с вонючим полужидким содержимым.

– Знай свое место! – Побольше экспрессии, чтобы наверняка подавить неприятеля. – Дина Вански, вот ты кто на самом деле!

Никакой реакции. Большие синие глаза Лейлы, окруженные размытыми серебряными тенями – из-за этого они казались огромными, – смотрели с ироническим удивлением.

Морису было нехорошо, и вряд ли он отражал, что происходит вокруг. Бланка возмущенно хмурилась. Эти две пешки не в счет, настоящий противник только один – Лейла. Свистопляска медикаментов не произвела на нее впечатления.

– Дина Вански – ну и что?

Вопрос был задан спокойным тоном. На Анджелу это подействовало, словно в лицо плеснули холодной воды.

– Ты Дина Вански, а не Лейла! – Не ослаблять напора, тем более что эмоциональная буря хорошо маскирует недовольство и растерянность. – Видишь, это все твое!

– О, я в этом давно уже не нуждаюсь. Возьми себе!

Уф, успела увернуться от больничного эмалированного сосуда, и все равно брызги попали на броню… Лейла думает, что деморализовала ее этим грязным приемчиком? А вот и нет, если бывшего бойца Организации окатить дерьмом – ему это будет нипочем, у нас на тренировках еще не то бывало.

Все предметы попадали и приросли к полу, то же самое и кровать, и тронутая ржавчиной металлическая тумба под окном – напоминание о шималийском рыбзаводе. Лейла владеет телекинезом, но Комнаты все равно принадлежат Анджеле, и по ее приказу любой здешний хлам может пустить корни, после чего никакой силой его с места не сдвинешь. Попробуй теперь, пошвыряйся больничными горшками! Анджела ухмыльнулась: после этого ее хода Лейле не удалось сохранить безмятежную мину, между бровями появилась складочка. Поняла, что слабо!

Но зачем она привела сюда Мориса и Бланку?..

Этот момент Анджелу тревожил. Определенно, какой-то подвох в этом кроется.

– Интересно, знаешь ли ты, что представляют собой Комнаты?

– Я знаю все, что мне нужно знать, – глядя на нее с жестким прищуром, отрезала Анджела.

– Вижу, что врешь. Бывает, что даже хорошо выдрессированная собака кусает своего хозяина. Не боишься, что Комнаты сделают то же самое?

– С чего бы?

Она внутренне напряглась, и Лейла, заметив это, усмехнулась.

– Ты связалась с бродячим животным неизученной природы и думаешь, что находишься в безопасности? Потрясающая беспечность! Разве этому вас учили в Конторе? А если учесть, что эту неведомую зверушку ты натаскивала на людей, приучала играть в кошки-мышки с теми, кто сюда попадал, ты вдвойне сумасшедшая. Представь, вдруг в один прекрасный день Комнаты отобьются от рук и устроят такую же трепку тебе?

– Комнаты не животное.

– Думаешь, они что-то вроде компьютера? Ошибаешься, они живые. Неразумные, но со своим набором инстинктов и условных рефлексов, со своим характером. Ты на них дурно влияешь. Ты заставляла их мучить людей, рано или поздно это повернется против тебя.

Почему не закрывается дверь, за которой топчется на снегу дожидающаяся своего часа группа захвата? Если бы она закрылась, все было бы намного проще… Понятно, что какой-то пакостливый робот ее удерживает, но это не причина, чтобы дверь в Комнаты не закрывалась! Уже проверено.

Ведь на самом деле та дверь, к которой подсоединяются Комнаты, словно бы раздваивается, и одна из пары, настоящая, остается на месте, а другая, ирреальная копия, открывается и закрывается независимо от первой, сама по себе.

На этот странный фокус Анджела с Сафиной обратили внимание еще в первый период своего знакомства с Комнатами. Для Сафины на все вопросы был один ответ: чудо, тут и размышлять не о чем, надо радоваться и с благодарностью пользоваться, пока оно есть. Анджела поначалу добросовестно ломала голову и пыталась понять, почему оно так, а не иначе, но потом махнула рукой на загадку – главное, что работает.

Сейчас оно почему-то не работало. Видимо, стараниями Лейлы.

Обезвредить ее, вытянуть, в чем загвоздка, и заставить снять блокировку. И не забивать себе голову тем, что она тут наговорила насчет животного. Это она специально, с целью напугать. Комнаты – компьютер. Комнаты – компьютер. Комнаты – компьютер! Они просто не могут быть ничем другим…

«Зыбучка» – эту возможность Анджела обнаружила случайно, когда организовала испытания очередным посетителям.

Пол под ногами у Лейлы и ее спутников стал зыбким и податливым, словно был сделан из размягченного пластилина. Сейчас они утонут в этой массе по колено, и после поверхность снова затвердеет, поймав их. Ага, Бланка вскрикнула… Анджела чуть не упала, потому что пол неожиданно начал содрогаться, как гелевый батут.

Лейла, Морис и Бланка даже по щиколотку не увязли, только переступали с ноги на ногу, чтобы сохранить равновесие. Им все нипочем! Разве что Морис слегка покачивается, будто пьяный.

Как же Лейле удается противодействовать Комнатам?!

Анджела все-таки догадалась, в чем дело. Недаром Маршал хвалил ее за сообразительность.

Лейла – энергетический вампир! Почему же она не пытается использовать это против Анджелы? Интересный вопрос… Наверное, потому, что в Комнатах этот номер не пройдет, те защищают свою хозяйку.

Что ж, спасибо за информацию, усмехнулась про себя Анджела, раньше не знала, теперь учтем.

Следовательно, Лейла захватила с собой пару живых аккумуляторов – запас для подзарядки, на случай, если собственных сил не хватит. Умно. То-то она сумела сохранить такое великолепное спокойствие, встретившись лицом к лицу со своим прошлым!

Ей уже пришлось воспользоваться энергией Мориса, потом наступит черед Бланки, потом она окажется один на один с Комнатами, без всякого резерва, и в конце концов сломается. Надо постепенно измотать их, взять измором, а для этого снова и снова посылать Комнаты в атаку, больше ничего не требуется.

Вот теперь Римма-Анджела воспрянула духом: преимущество на ее стороне.

Пол, стены, потолок – все это содрогалось и дребезжало. За окном сменяли друг друга день и ночь, да и вид то и дело менялся. Кровать из незийского борделя, наполовину погрузившаяся в то вещество, которое находилось под ногами и до поры, до времени казалось твердым, поплыла к Лейле, гоня перед собой волну – изношенный серый линолеум в синих и бежевых ромбиках, – но на полпути забуксовала. То ли увязла окончательно, то ли села на мель. Вздыбившаяся волна тоже так и не добралась до цели – застыла в метре от неприятеля. Зато Морис на этом иссяк – упал на колени и даже не делал попыток подняться на ноги. Один выбит!

Лейла не выпускала его вялую руку – то ли выкачивала последние крохи жизненной силы, чтобы добро понапрасну не пропадало, то ли опасалась, что он утонет в обманчивой тверди, которая притворяется линолеумом. В Космополе действуют такие же правила, как везде: пострадавших не бросать, если имеется возможность организовать их спасение не в ущерб боевой операции.

Мелькнула горькая мысль: эх, пошла бы в Космопол, предварительно поменяв взгляды и признав ошибки, так ведь не возьмут! У них другое на уме: устроить показательный процесс над выжившей участницей вьянгасианского теракта – в этом они нуждаются больше, чем в еще одной человекоединице. Так что надо драться, другого выхода нет.

И не задумываться об этой ерунде, будто бы Комнаты – животное. Такого просто не может быть. Комнаты – это компьютер с персональной привязкой, признающий одного-единственного пользователя, и пользователь этот – Анджела. Что бы там Лейла ни болтала… У компьютера нет ни инстинктов, ни характера, одни программы.