***
Если говорить о песенном творчестве Высоцкого, то и в нём ОН советским патриотизмом особо не выделялся. Я навскидку (с ходу) могу припомнить пока лишь пару произведений, исполняя которые, Владимир Семёнович выглядел как патриот своей Советской Страны. Это песня 1967 года про футбол «Профессионалы»:
«…А наши ребята (за ту же зарплату) Уже пятикратно выходят вперёд! Пусть в высшей лиге плетут интриги И пусть канадским зовут хоккей — За нами слово, до встречи снова! А футболисты — до лучших дней…».
И второе произведение — шуточная песня «Письмо рабочих тамбовского завода китайским руководителям» (1963 г.), помните:
«В Пекине очень мрачная погода… У нас в Тамбове на заводе перекур — Мы пишем вам с тамбовского завода, Любители опасных авантюр! (……………………………………………)
Когда вы рис водою запивали — Мы проявляли интернационализм. Небось когда вы русский хлеб жевали, Не говорили про оппортунизм! Вам не нужны ни бомбы, ни снаряды — Не раздувайте вы войны пожар, — Мы нанесём им, если будет надо, Ответный термоядерный удар. А если зуд — без дела не страдайте, У вас ещё достаточно делов: Давите мух, рождаемость снижайте, Уничтожайте ваших воробьёв! И не интересуйтесь нашим бытом — Мы сами знаем, где у нас чего. Так наш ЦК писал в письме закрытом — Мы одобряем линию его!».
Правда, в этой песне смешными выглядят не только китайские руководители, распорядившиеся уничтожать воробьёв, но и советские рабочие с тамбовского завода, которые во время перекура решили написать своё политическое послание в Китай.
Вообще-то такие письма в СССР писались с подачи партийных органов, с которыми, как известно, спорить было — себе дороже. Говоря открытым текстом, такие письма советские рабочие «подписывали» не задумываясь и не вникая в суть послания, по принципу: подпишу, только отстаньте! Так что, кого Высоцкий высмеял в этой своей песне — китайских руководителей или советскую традицию «политических собраний» и «написания коллективных писем» — это ещё вопрос. Я так полагаю: ОН высмеял и тех, и этих!
Возможно, есть что-то ещё, что можно с натяжками и оговорками подогнать под «советско-патриотическое» в творчестве Высоцкого, но я пока припомнил только эти две песни. Зато сколько у НЕГО песен, высмеивающих советскую систему!
Мне могут возразить:
— У Высоцкого есть целый цикл военных, очень даже патриотических песен!
Я отвечу так:
— Военные песни не в счёт! Это совершенно отдельный разговор и совершенно отдельная тема, я касался её в своей предыдущей работе. Так же я указывал тогда и на один факт, связанный с «патриотизмом» Владимира Семёновича. Хочу процитировать то, что я уже писал в книге «Подделки под Высоцкого»:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
«Ссылаясь на военные песни Высоцкого, многие высоцковеды объявляют ЕГО великим патриотом своей Родины. А Вы, уважаемый мой Читатель, задайте этим «высоцковедам» один вопрос: Сколько раз в песнях Владимира Высоцкого встречается слово «Родина»?! Я могу припомнить лишь одно произведение, в котором Поэт применил это слово. Вот куплет из ранней блатной (или полублатной) песни «Все ушли на фронт» (1964 г.), в котором Высоцкий упомянул Родину:
«За грехи за наши нас простят, — Ведь у нас такой народ: Если Родина в опасности — Значит, всем идти на фронт». Возможно в нескольких сотнях песен и стихов Поэта есть что-нибудь ещё, где упоминается слово «Родина», но я пока ничего найти или вспомнить не могу, как не силюсь. Ещё это слово встречается в исполняемой Владимиром Семёновичем песне «Девушка из Нагасаки»:
«Он капитан и Родина его — Марсель!»
Но авторство этой песни принадлежит не Высоцкому. (Текст песни «Девушка из Нагасаки» написан в конце 20-х годов поэтессой Верой Инбер, музыку сочинил молодой тогда композитор Поль Марсель.)
Так что, на «шкале ценностей» Владимира Высоцкого слово «Родина»… Ой, простите! Я хотел сказать, в творчестве Владимира Высоцкого слово «Родина» не доминирует. Хорош патриот, неправда ли? Получается, что те, кто объявляет себя людьми, воспитанными на песнях Владимира Высоцкого, взрастили себя на Поэте, в творчестве которого слово «Родина» встречается лишь однажды, да и то в полублатной песенке. Теперь мне понятно, почему сегодня слово «Родина» для многих наших сограждан превратилось в пустой, непонятный и даже раздражающий звук».196
Да, трудновато увидеть во Владимире Семёновиче патриота своей советской Родины (Страны), но нам часто пытаются доказать обратное.
***
Позвольте сделать небольшое лирическое отступление, которое, впрочем, непосредственно касается нашего отношения к Родине. Однажды в 2002 году у меня случилось одно интересное наблюдение. Был у меня тогда CD-сборник который назывался «Скоро Родина». Запомнился мне он тем, что его почти никто не покупал. Я не мог понять, почему другие CD-диски с записями моих песен люди берут охотно, а этот как-то своеобразно игнорируют. А потом я понял: дело в названии. Наших людей отталкивает, даже пугает слово РОДИНА. По-видимому название моего CD-диска у моих потенциальных покупателей ассоциировалось с каким-то казённым патриотизмом, с каким-то неоправданным пафосом. Хотя ничего пафосного в этом сборнике не было. Особенно никакой казёнщины не было в песне «Скоро Родина» (мои приятели называли эту песню «Песня про уток») по названию которой и наименовался этот мой CD-диск.
«Я летел стремительно, как стрела! Я всю душу вкладывал в взмах крыла! Скоро в своё озеро окунусь! Скоро моя Родина — тороплюсь!» Смысл этой песни в том, что что-то противоречивое происходит в нашем Мире: утки возвращаются на свою Родину, а их встречают оружейными залпами. И когда утки, выведя потомство, улетают на зимовку в другие края, то их опять же провожают смертоносными выстрелами из охотничьих двустволок. Впрочем, были в песне и другие подоплёки, возможно, даже очень (извините!) не патриотические.
Как известно, от названия художественного произведения зависит многое, в том числе и его коммерческий успех. Я же всегда старался давать своим сборникам названия короткие. Для меня было главным, чтобы и мне, и моим слушателям было легче в них ориентироваться. И вот в данном случае со сборником «Скоро Родина» вышла такая своеобразная оказия, вылившаяся в очень поучительное наблюдение.
