из своего прошлого.
— О да, — мурлычет он мне на ухо. — Расскажи мне о нем.
— Он метр девяносто, он горяч как грех, везде татуировки. Хотя у него есть одна татуировка в виде бабочки, которая мне кажется очень милой. У него отличные волосы — густые, темные — лучше всего смотрятся, когда он отращивает их до плеч и… — я поднимаю левую руку из воды, — Я уже ношу его кольцо.
Он переплетает свои пальцы с моими, его большой палец проводит по бриллианту, сверкающему на моем пальце.
— Это очень удобно. Знаешь почему?
— Почему? — спрашиваю я, играя в идиотку.
Он поворачивает меня так, что я оказываюсь на нем, и смотрит в его проникновенные карие глаза.
— Потому что мне было бы очень, очень приятно, если бы ты вышла за меня замуж. Как насчет этого, бабочка. Ты скажешь "да" и сделаешь меня самым счастливым человеком на свете?
— Да! Да, блядь! — Я смеюсь и целую его, а в груди такое чувство, что она сейчас лопнет от счастья. — Единственное, что меня волнует, — это быть с тобой. Но есть еще кое-что. — Потому что на этот раз выбор должен быть за ним. — Если ты хочешь быть частью Козловской Братвы, если это делает тебя счастливым, я не стану лишать тебя этого. Я могу примириться с этим.
— Нет, Бабочка, я готов разорвать эти связи. Андрей мне не отец, он не видит чести в том, чтобы навязывать судьбу тому, кто ее никогда не хотел. Мои братья всегда будут моими братьями, это никогда не изменится, но ты и наше будущее — это все, что для меня сейчас важно.
От эмоций у меня перехватывает горло, и я обхватываю его за шею. Наши языки встречаются, переплетаются, расходятся и снова встречаются. Я не могу насытиться им. Его вкус, его прикосновения, его запах. Не только в этот момент, но и навсегда.
Я хочу раскрыть все его слои, о которых я не знала, — хорошие, плохие, грязные — все. Лишь бы он был рядом со мной в этом сумасшедшем путешествии жизни.
Когда я, наконец, отстраняюсь, он усмехается и прижимается к моей челюсти, направляя мой взгляд на него. Под водой я чувствую, как головка его члена упирается в мое отверстие, и я подстраиваю свои бедра, мое ядро идеально выстраивается, чтобы принять его внутрь. Его голос звучит хрипло, когда он говорит:
— Ты выглядишь чертовски сексуально с моим кольцом на пальце.
Он стонет, его пальцы впиваются в мои бедра, а я медленно опускаюсь на его твердый член, наслаждаясь тем, как он заполняет меня до отказа.
— А ты чувствуешься чертовски хорошо с этим пирсингом в моей киске.
— Бабочка, — шепчет он, его голос густой, — нет ничего, чего бы я не сделал для тебя. Все, что тебе нужно, все, что ты хочешь. Ты моя гребаная королева, и я уничтожу все, что встанет на нашем пути.
Я извиваюсь на его руках, едва успевая произносить следующие слова, теряясь в приливе наслаждения. Я поднимаю руку, закрывая бабочку прямо над его сердцем.
— Я готова к вечности с тобой, Леонид Козлов.
— Черт, ты украла эти слова прямо с моих губ.
ЭПИЛОГ
Алена
3 месяца спустя
— А-а-а, — промурлыкала Аня из-под своего одеяла на песке, ее маленькие ручки потянулись ко мне. Я наклоняюсь, чтобы подхватить ее, и ее улыбка согревает мне душу, когда я кручусь вокруг, чтобы услышать ее хихиканье.
— Спасибо тебе за то, что ты была моей цветочницей, — говорю я ей, прижимаясь лбами друг к другу. — Ты прекрасно справилась.
Она была еще совсем маленькой, и ее роль цветочницы заключалась в том, что она носила венок из цветов, пока Джорджия вела ее к алтарю, но она была очаровательна и махала всем нашим гостям, как маленькая принцесса, которой она и является.
Так же быстро, как она оказалась в моих объятиях, ее внимание переключилось на приближающегося к нам папу.
— Поздравляю, Алена, — говорит Андрей, целуя меня в щеку. — Ты всегда была моей сестрой, а теперь я могу называть тебя еще и невесткой.
— Это точно, — улыбаюсь я, передавая Аню обратно в надежные объятия ее отца. — Теперь мне просто нужно запомнить, что Джорджия, Бьянка и я — миссис Козловы. А то еще запутаемся.
Андрей усмехается, нежно покачивая Аню на руках.
— Похоже, это хорошая проблема.
— Согласна, — говорю я, когда Андрей бережно взваливает дочку себе на плечи.
Никогда не думала, что увижу этого человека босиком на песке, играющего со своим ребенком, но Андрей продолжает удивлять меня на каждом шагу. В том числе и переодеванием в джинсовые шорты и гавайскую рубашку, чтобы передать непринужденный пляжный стиль нашей свадьбы.
Наша свадьба на Липари.
Потому что ирония судьбы была слишком богата, чтобы не вернуться в Италию и не обменяться клятвами на том самом острове, где я однажды заявила Джузеппе, что мы никогда не свяжемся узами брака, потому что я просто использую Лео ради его тела.
Шутка.
Хотя… иногда я действительно использую Лео для его тела.
Повернувшись в сторону морского бриза, я обнаруживаю Джулиана, сидящего на краю нагретого солнцем пледа и наблюдающего за мной с небольшой улыбкой на лице. Я беру два пива и направляюсь к нему. Это наш первый шанс пообщаться после суматошных дней, и я рада, что у нас есть свободная минутка.
— Поздравляю, сестренка, — говорит он, обнимая меня за плечи, когда я устраиваюсь рядом с ним на одеяле. — Ты прекрасная невеста.
— Спасибо, а из тебя получится прекрасный шафер. Только не такой красивый, как мой муж, — шучу я, и мои глаза, как всегда, ищут Лео.
Я до сих пор испытываю электрическое возбуждение каждый раз, когда смотрю на него и понимаю, что он мой; что мы каким-то образом снова нашли друг друга после всего этого безумия и хаоса. И, черт возьми, он красив. Он стоит у кромки воды, его широкие плечи и мускулистые руки подчеркивают потертые джинсы и льняная рубашка, закатанная так, что видны вены и татуировки на предплечьях. Волосы собраны в хвост, длина их вполне достигает плеч.
За последние три месяца он как будто сбросил с себя весь груз мира. Он счастлив. И я тоже.
Это человек, который пленил мое сердце, разум и душу. Человек, который не любит ничего, кроме поношенных джинсов, кожаной куртки, прыжка на велосипед и приключений.
Человек, которого я теперь могу назвать моим. Моим мужем. Навсегда.
Лев подходит к Андрею, снимает с плеч брата свою маленькую
