Читаем без скачивания Дом с черной лентой - Алексей Викторович Макеев

* * *

Школа-студия Ариадны Дмитриевны Семеновой на Цветном бульваре хотя и была небольшой по размерам, но вполне уютной и даже, можно сказать, домашней. Да и название у нее было по-домашнему уютным – «Лавандовая нежность».

– Не подскажете, Ариадна Дмитриевна уже в студии? – спросил Станислав.

– Нет ее еще. – Молодой и крепкий парень, сидевший за стойкой охраны, даже с места не сдвинулся. Он лишь мельком глянул на удостоверение оперуполномоченного, которое показал ему Крячко, и продолжил раскладывать пасьянс на мониторе компьютера. – С десяти часов студия открывается. А теперь только половина десятого. Ждите, – наставительно добавил он.

Ждать приезда хозяйки студии Крячко пришлось минут сорок. Когда время уже порядком перевалило за десять часов, он решил выйти на улицу и в дверях нос к носу столкнулся с невысокой сухопарой брюнеткой лет сорока пяти, стриженной коротко «под мальчика», да и одетой скорее как подросток лет семнадцати, чем как женщина ее возраста. На даме были топ на лямках, под которым едва угадывалась небольшая грудь, и потерто-драные джинсы. На одном плече у нее болталась вязаная сумка-шопер на длинной кожаной ручке, а на другом – этюдник. Чтобы пропустить женщину в помещение, Станиславу пришлось отступить на пару шагов, но он успел заметить, как от тротуара напротив входа в студию отъезжает большой «Ландкрузер-200» цвета металлик.

– Ариадна Дмитриевна? – поинтересовался Крячко, хотя и так уже догадался, что это была Семенова.

Женщина посмотрела на Станислава с таким нескрываемым интересом, с каким обычно смотрят на скаковых жеребцов перед выездкой – изучающе-оценивающим взглядом. Найдя его достойным ответа, она улыбнулась натянуто-деланой улыбкой и ответила:

– Да, это я. У вас ко мне какое-то дело?

Крячко показал Семеновой удостоверение и ответил:

– И очень важное. Где мы можем с вами поговорить? Я не задержу вас надолго, – добавил он, увидев, как резко изменилось выражение лица Ариадны Дмитриевны, перейдя от слащавой приветливости к брезгливо-занятому.

– Пойдемте ко мне в кабинет.

– Семенова пошла вперед, указывая путь и всем видом показывая, что не намерена долго терпеть присутствие Станислава на своей территории.

– Кофе-чай не предлагаю, – заявила она, едва они переступили порог небольшого, но прилично обставленного кабинета. – У меня через пятнадцать минут занятия начинаются. Чаи распивать некогда. Поэтому говорите, что у вас за дело ко мне, и покороче, пожалуйста.

Она скинула на свободный стул сумку и этюдник, прошла к рабочему столу, села, переплела тонкие пальчики в замочек и выжидательно уставилась круглыми карими глазами на Станислава. Сесть она ему не предложила, но Крячко сам нашел стул, подвинул его ближе к столу и сел напротив Ариадны Дмитриевны.

– Уютно у вас в кабинете и вообще очень респектабельно в помещении, – улыбнувшись, многозначительно заметил Крячко. – Кредит брали для открытия студии?

– А вам-то какое дело? – спокойно ответила Семенова. – Наследство от любимой бабушки получила, вот и вложила наличность в дело, – усмехнулась она. – Вы за этим ко мне пришли – чтобы задавать глупые вопросы?

– Это вас сейчас к студии ваш сожитель Орехов подвозил? Хорошая машина, очень даже не из дешевых моделей, – игнорируя вопрос, продолжал игру Крячко. – Кстати, я слышал, что вы с Олегом Олеговичем недавно в новую квартирку перебрались. Улучшили, так сказать, свои жилищные условия.

– Послушайте, – ответила раздраженным тоном Семенова и зло посмотрела на Станислава. – Что вы от меня хотите? Я не обязана отчитываться перед вами, откуда у меня берутся деньги на новую машину и квартиру. Вы налоговый инспектор? Так у меня с налогами все в порядке. Я вовремя оплачиваю все сборы и налоги и нашему государству ничего не должна. А все остальное вас не касается.

– Ариадна Дмитриевна, вы ведь знаете, что я не из налоговой полиции, а из уголовного розыска. Мое удостоверение вы очень хорошо рассмотрели. Давайте не будем терять ни мое, ни ваше время. Скажите, где и кем работает ваш сожитель Орехов Олег Олегович.

– У него и спрашивайте, – поджала тонкие губы Семенова.

– А вы разве на этот вопрос не можете мне ответить? Вы не знаете ответа на простой вопрос?

Ариадна Дмитриевна немного помолчала, словно раздумывая, стоит ли ей вообще разговоры вести с этим полковником из Главного управления МВД, но потом все-таки сказала:

– Он кузнец. И работает в мастерской на Автомобильном проспекте. Кованые изделия сейчас высоко ценятся. Заработок хороший. И у меня тоже дела в студии неплохо идут. Все? Я удовлетворила ваше любопытство?

– Вполне. – Станислав записал адрес мастерской, в которой работал, по словам Семеновой, Орехов. – Но у меня еще пара вопросов. Скажите, Олег Олегович часто отлучается в командировки?

– Какие еще командировки?

Удивление на лице Ариадны Дмитриевны было неподдельным, и Станислав понял, что женщина действительно была ошарашена таким вопросом.

– Он целыми днями сидит в мастерской. – Семенова в волнении встала из-за стола и, достав тонкую дамскую сигаретку из своей необъятной сумки, закурила. Аромат ментола заполнил маленькое помещение. – Заказов у него куча, так что порой он и на ночь там остается. Говорю же, что после той дурацкой истории с чокнутой девицей Олег со всеми этими штучками завязал и теперь…

– Ну, хорошо, хорошо. Я вам верю, Ариадна Дмитриевна, – поспешил успокоить разнервничавшуюся женщину Крячко. – Но на всякий случай дайте мне номер телефона вашего сожителя. Я и с ним хотел бы поговорить.

– Пожалуйста. – К Семеновой снова вернулось ее презрительно-брезгливое выражение, и она, продиктовав номер сотового Орехова, заявила: – Он мне уже не сожитель. Мы с ним расписались весной. Просто я фамилию свою оставила. Я человек творческий, и меня многие в Москве знают как Ариадну Семенову.

– Замечательно, рад за вас. – Крячко поднялся и направился к выходу из кабинета, но, развернувшись в дверях, не удержался от ехидства и спросил: – Признайтесь, Ариадна Дмитриевна, что именно те два с половиной миллиона, которые Орехов отжал у той богатой наследницы, стали основой для вашего благополучия. – Он улыбнулся и неопределенно махнул рукой, указывая на окружающую Семенову обстановку.

– У вас есть доказательства? – Взгляд Семеновой стал колючим, она прищурилась и хмыкнула: – Тогда арестуйте меня.

– Ваша совесть, Ариадна Дмитриевна, пусть вас арестовывает. Она, знаете ли, такая хитрая штука, эта человеческая совесть, – не сейчас, так на смертном ложе вам все ваши грехи припомнит, – ответил Крячко и вышел.

Последнее, что он услышал, закрывая за собой дверь, были слова Семеновой:

– А вы меня не стыдите. Я и сама как-нибудь со своими грехами разберусь.

14

До Нижнего Новгорода Гуров добирался долго. Он попал на трассе в двухчасовую пробку, и вместо шести с половиной часов ему пришлось