Читаем без скачивания Дом с черной лентой - Алексей Викторович Макеев

– Один из подозреваемых, с московской, надо сказать, пропиской, – Анохин Александр Игоревич, тридцати четырех лет. Четыре года назад вышел из мест лишения свободы, где отбывал срок за кражу, которую совершил в городе Туле. Два года назад он снова был пойман, но уже на другом преступлении. Обманом выманил у одной дамы в Нижнем Новгороде два миллиона рублей. Его нашли и даже арестовали, но этот пройдоха сумел обворожить следовательницу, которая вела его дело, и та помогла ему сбежать из-под стражи.

– Во как! Сила любви, она такая – все замки и преграды выносит, как граната, – то ли с насмешкой, то ли с искренним восхищением прокомментировал Крячко.

– И что, этого молодчика нашли? – спросил Орлов, уже заранее подозревая, что ответ Гурова будет отрицательным.

– Сам же уже понял, что нет, – усмехнулся Лев Иванович. – Объявили во всероссийский розыск. Ищут-с.

– Ну а второй кандидат в женихи у нас кто?

– Некто Орехов Олег Олегович тридцати шести лет. Прописан в Таганроге, но живет уже долгое время тоже в Москве. Сожительствовал, да и сейчас еще сожительствует, с одной местной художницей – некой Ариадной Семеновой. Женщине уже за сорок, и она входит в Союз художников столицы. Орехов ранее был судим за мошенничество. Отбывал наказание в виде лишения свободы сроком на два года и выплачивал штраф. Выпущен досрочно за хорошее поведение. И было это тоже около двух с половиной лет назад.

– А этот кого обманул и на сколько? – поинтересовался Орлов.

– Сумма развода в этом случае тоже приличная – три миллиона. Олег Олегович в Москве познакомился с какой-то молоденькой и взбалмошной девицей лет восемнадцати из богатого семейства и, вскружив ей голову, уговорил бежать с ним подальше от родительского глаза – в Эмираты. Но для того, чтобы им было комфортно жить в этих самых Эмиратах, посоветовал девице попросить денег у родителей. Те, конечно же, на такое безобразие ей денег не дали бы. Но она обманула их, сказав, что деньги ей нужны на покупку машины. Выманила у мамочки и папочки по полтора миллиона с каждого. Причем ни мама, ни папа не знали, что их дочка с одной и той же просьбой обратилась к каждому из них. Родители были в разладе и даже жили в это время отдельно, а дочка у них была одна. Они и постарались – отстегнули кровинушке столько, сколько просила. Как итог – ни Эмиратов, ни любимого девушка больше не увидела, как и тех денег, которые она ему отдала с большой радостью.

– А как на такое его поведение посмотрела его сожительница? – усмехнулся Орлов.

– Хорошо посмотрела, – ответил Лев Иванович. – Она его простила и, как верная жена, ждала его возвращения из зоны.

– За три миллиона и я бы такого кормильца ждал, – хохотнул Крячко. – Деньги, я так понимаю, при обыске у него не нашли, и он сказал, что уже успел все их потратить на пиво и девочек.

– Нет, Станислав, ты не прав, но не прав только наполовину. Половину одного миллиона Олег Олегович вернул, а насчет остальных денег сказал так: я их, дескать, и в глаза не видел. Мол, девица все врет, она себе эти денежки заныкала, а на меня решила все свалить, чтобы родителям их не отдавать. Поди докажи обратное.

– Вот и я говорю: художнице, наверное, неплохо ждалось милого дружка. На одной живописи много не заработаешь. Вполне возможно, что они, после того как Орехов освободился, придумали план покруче, чем обман легкомысленных вчерашних школьниц, – заметил Крячко.

– Вот видите, орлятки мои, – снова поднялся Петр Николаевич. – Можете ведь работать продуктивно, когда хотите и когда стимул в виде отпуска в перспективе маячит. За два дня, можно сказать, узнали столько нового и полезного. Дело осталось за малым – вычесть из двух один и получить в итоге нужного кандидата в подозреваемые.

– Ага, а потом еще найти его и поймать, – саркастически заметил Лев Иванович.

– Да, – с энтузиазмом поддакнул Орлов. – И желательно поймать с поличным. Прямо, так сказать, за ручку его взять. Чтобы отпереться не смог.

13

На следующий день Гуров поехал в Нижний Новгород разбираться с делом двухлетней давности, которое привело к побегу арестованного.

Крячко отправился искать Орехова, который, как они узнали из своих доверенных источников, все еще жил у Семеновой. У художницы была своя школа-студия на Цветном бульваре, довольно процветающая и доходная. Как подозревали сыщики, открыта она была как раз на те самые средства, которые Орехов скрыл от правосудия.

Викентия же оставили дежурить в кабинете и искать новые эпизоды с разводом, которые бы подходили под расследуемое дело. Журналист сначала был весьма недоволен таким раскладом. Он хотел ехать вместе с Гуровым в Нижний Новгород. В конце концов, именно он нашел эту женщину в Нижнем. И потерпевшая именно ему рассказала, что по ее заявлению тогда, два года назад, полицией был арестован некий Анохин, который потом сбежал из-под ареста. Подробности побега Гуров, конечно, выяснял уже сам, но все равно Викентию было обидно, что он после всех трудов остался не у дел.

– Чудак человек, – успокаивающе-дружески похлопал Соловьева по плечу Крячко. – Тебе досталась самая кропотливая и трудная работа – искать тех, кого еще мог обмануть самозваный жених. Ты сам говорил, что женщины с тобой откровенны, как ни с кем другим. Вот и используй это свое качество – ищи дам, которые откровенно расскажут тебе о своих бедах. Какие вопросы им задавать, чтобы выделить из всей массы историй только нужные, ты уже в курсе. Так что только на тебя вся наша надежда.

– У нас и так уже порядочное число эпизодов набралось, – все еще недовольно проворчал Викентий и хотел что-то добавить, но тут на его телефон пришло сообщение. Он прочел его, радостно улыбнулся и вдруг, к большому удивлению Станислава и Гурова, согласился остаться и работать онлайн.

– Бьюсь об заклад, что эсэмэска ему пришла от одной из его московских поклонниц, – заявил Крячко, когда они с Гуровым шагали по коридору к выходу из Управления.

– Бьюсь об заклад, – передразнивая друга, добавил Лев Иванович, – что сообщение пришло от Теплицкой.

– Откуда такая уверенность, Шерлок? – усмехнулся Станислав.

– Вычислил с помощью дедукции, Ватсон, – загадочно ответил Гуров и свернул налево, к своей машине. – Сегодня меня в Управлении не ждите, – добавил он и сел в авто.

– Вполне возможно, что и от Дианы Андреевны, – кивнул Крячко больше себе, чем в ответ на слова Льва Ивановича, и открыл дверцу своего автомобиля. – Очень уж он вчера ее