давая открыть дверь, одновременно включая сигнал тревоги.
Пройдя через большую приемную комнату к кабинету шефа, гигант протянул руку, чтобы открыть дверь, но снабженная сервоприводом створка распахнулась сама. Перешагнув порог, Расти нашел взглядом Спектера и, вздохнув, тихо сказал:
– У нас проблемы, шеф.
– Два пиратских корабля, – кивнул калека, не отрываясь от экрана коммуникатора. – Что планирует делать наш бравый начальник охраны?
– Приказал мне переправить вас на катер и быть готовым к старту по первой команде.
– А он сам и его люди? – удивленно спросил Спектер, развернув к гиганту кресло.
– Они собираются драться, чтобы дать возможность гражданским покинуть базу.
– Один взвод против экипажей двух кораблей?! – не поверил своим ушам Спектер.
– Это его слова, – развел руками Расти.
Спектер сосредоточенно посмотрел гиганту в глаза и, помолчав, удивленно кивнул:
– Да. Так и было. Это удивительно. Ведь мы для него всего лишь работодатели.
– Ну, вы сами говорили, что от русских можно ожидать и не такого, – пожал плечами Расти, примериваясь к креслу шефа.
– Уел, – рассмеялся Спектер. – Славяне, действительно, удивительный народ. И наш Михаил только что сумел это доказать. Что ты собираешься делать? – возмутился он, увидев, что Расти перехватил управление креслом и решительно направил его к выходу.
– Выполняю приказ, – усмехнулся гигант, не обращая внимания на слабое сопротивление шефа.
– Я не собираюсь покидать базу. У нас еще не закончены дела, – продолжал возмущаться Спектер.
– Я тоже. Но если мы здесь останемся, то может сложиться так, что дел больше никаких не будет. Вообще, – парировал Расти, продолжая гнать кресло по коридору.
У выхода из апартаментов их встретила целая делегация. Ягуар, вооруженный штурмовой винтовкой, лучевым пистолетом и обряженный в спасательный скафандр. Джек Айвен в таком же виде и Салли с двумя штурмовыми пистолетами на бедрах.
– Подожди, Расти, – резко приказал Спектер, увидев своих людей.
– Шеф, у нас мало времени, – попытался возразить гигант.
– Знаю. Но мы должны хоть как-то помочь Михаилу.
– Что вы предлагаете? – насторожился гигант.
– Салли отвезет меня на катер, и вы трое отправитесь в распоряжение Михаила. Думаю, в случае абордажной атаки вы сможете оказать серьезную помощь его бойцам. Черт! Как же они не вовремя. Проклятое тело! Если бы у меня нормально действовали хотя бы руки, я бы сам участвовал в бою, – чуть не взвыв от избытка чувств, прохрипел Спектер внезапно севшим голосом.
– Это не ваше дело, мистер Спектер, – негромко ответил Ягуар, стоя, словно каменное изваяние. – Вы должны думать и обеспечивать работой таких, как мы. А наше дело сделать все, чтобы вам в этом никто не мешал. Но вы правы. Если дойдет до рукопашной, мы сможем сильно удивить пиратов.
– Я не уйду, – вдруг подала голос Салли, упрямо набычившись.
– Девочка. Ты не просто уйдешь, а еще сделаешь все, чтобы мистеру Спектеру ничто не угрожало. Ты – последний рубеж, если мы не справимся, – ответил Ягуар, посмотрев на девушку так, что та вздрогнула и невольно сжалась.
– Опять этот мужской шовинизм, – пробурчала упрямица.
– Опять это женское глупое упрямство, – фыркнул в ответ Расти. – Запасы продовольствия и кислорода на катере ограниченны. Тебе нужно намного меньше, чем любому из нас. Значит, под твоей охраной у вас больше шансов спастись, если катер попадет под обстрел и будет поврежден. Все поняла?
– Да, – нехотя кивнул Салли.
– Тогда бери кресло и в док. А мы к узлу наблюдения, – скомандовал гигант, передавая девушке управление креслом Спектера.
* * *
Профессор Дуглас так и не понял, что произошло, когда в его лабораторию ворвались несколько странных людей в масках и принялись старательно вбивать его ногами в пол лаборатории. Оторванный от своих изысканий таким вульгарным, а главное, болезненным способом, профессор как мог закрывался руками, не забывая при этом задавать нападавшим самый насущный вопрос: что происходит? Наконец, несколько устав от таких развлечений, нападавшие вздернули его на ноги и, ткнув под подбородок ствол игольника, потребовали отчета.
Сообразив, что от него хотят, Дуглас с ходу включил тумблер дурака и принялся рассказывать про то, как с ним несправедливо обходятся, ставя очень узкие задачи, не объясняя общей картины будущего действия. Минут пять нападавшие внимательно выслушивали сыпавшиеся из него как из рога изобилия термины и формулы, после чего, озадаченно переглянувшись, принялись совещаться. О чем они говорили, Дуглас не слышал. Его пинком загнали в угол и, продолжая держать под дулом игольника, тихо переговаривались.
Убедившись, что с ходу его убивать не будут, профессор осторожно сместился в сторону, где за пластиковой фальш-панелью стояло несколько баллонов со сжиженным азотом. Этот газ регулярно использовался для проведения опытов, так что Дуглас отлично знал, где находился армированный шланг и рычаговый разбрызгиватель. Пользуясь тем, что нападавшие увлеклись спором, профессор снял с кронштейна разбрызгиватель и, спрятав его за спиной, приготовился к драке. Бежать было некуда, а судя по тому, как вольготно себя чувствовали бандиты, у охраны были более серьезные дела, чем пресечение драки в лаборатории.
Дождавшись, когда все нападавшие окончательно втянутся в спор, Дуглас сделал два быстрых шага вперед и, вытянув руку с разбрызгивателем как можно дальше от себя, нажал на рычаг. Послышалось зловещее шипение, и в лица бандитам ударила тугая струя жидкого азота. Охлажденный до двухсот градусов по Цельсию газ моментально заморозил головы нападавших, лишая их возможности дышать, видеть и слышать. Маски на их лицах буквально вмерзли в кожу, превращая противника в гротескную скульптуру.
Отбросив рычаг, Дуглас подхватил легкий стул и, как следует размахнувшись, обрушил его на головы нападавших. Превратившиеся в лед головы раскололись со звуком бьющегося стекла, а легкий стул, не выдержав такого варварского обращения, рассыпался кучей обломков. Глядя на медленно растекающуюся по полу кровь, профессор с ужасом осознал, что только что убил трех человек. Почувствовав, как желудок рванул к горлу, он быстро отступил в сторону и, подхватив корзину для бумаг, принялся самозабвенно вываливать в нее свой обед.
Проблевавшись и кое-как утерев лицо салфеткой, профессор огляделся и только теперь сообразил, что в лаборатории, кроме него и трех трупов, никого нет. Не понимая, что вообще происходит, Дуглас подобрал с пола игольник, который бывший владелец бросил, получив струю газа в лицо, и, неловко приведя его в боевое состояние, мрачно выдохнул:
– Какого черта тут вообще происходит? Куда все подевались?
Вопросы, обращенные в пустоту, ответов не принесли, но стало немножко легче. Покосившись на трупы, профессор икнул и, быстро отвернувшись, с трудом удержал взбунтовавшийся желудок. После учиненного им безобразия запах в лаборатории стоял, как на скотобойне. Медный запах крови Дуглас ощущал во рту и, понимая, что долго так не продержится, кинулся к двери.
