Они поняли, что загнали нас в угол, поэтому начали наступление с боков, окружая нас так, чтобы мы оказались в центре.
— Спина к спине, — сказала я ему, и он кивнул.
Затем повернулся так, чтобы мы стояли в окружении врагов, прижавшись спинами друг к другу, наши мечи вытянуты горизонтально перед нами.
А потом мы сражались.
Несмотря на чудеса вампирской генетики, которой я обладала, это было ничто, по сравнению с чудом нашего совместного боя… вместе.
Мы оба размахивали мечами, магия и сила, окружающая нас, на самом деле усиливалась, пули отлетали, когда мы отбивались от преступников, которые угрожали нашему Дому.
Мастер Дома Кадогана и его Страж с отточенной, закаленной сталью восстали против общего врага.
Мы быстро справились с первыми двумя нападавшими, но затем они проявили сообразительность, двигаясь по кругу, чтобы мы не могли скоординировать наши движения, даже когда молча давали указания друг другу.
С другой стороны, это вынудило нас стать более творческими. В конце концов, мы сражались бок о бок, Этан, размахивая катаной, лишал нападавшего равновесия, а я сбивала его ногами. Этан использовал высокий удар, а я делала низкий выпад, чтобы сбросить его на землю, когда он попытался избежать атаку Этана.
В конце концов комната была очищена и мы вместе стояли, тяжело дыша, а кучка оборотней и людей лежала перед нами на полу.
Мы не были полностью в порядке, мое правое бедро было ушиблено, а у Этана был порез поперек живота от края стальной рейки, отломанной кем-то от офисного кресла.
Но мы были живы.
Мы посмотрели друг на друга. Я как раз собиралась заговорить, но прежде, чем смогла произнести слова, его рука оказалась у меня на затылке, его рот прижимался к моему. От крепкого, продолжительного поцелуя у меня перехватило дыхание, но даже когда он отстранился, его пальцы продолжали оставаться в моих волосах.
— Иисусе, Мерит, я думал ты погибла. Ты ушла после нашего разговора и никто не мог тебя найти. А когда они напали и ты не появилась… где, ты черт побери, была?
— Я была в баре, — сказала я. — Я предоставлю тебе подробности позже. Короче говоря, это дело рук Адама. Он все это подстроил, собирался убить Габриэля и обвинить в этом Дом.
Этан злобно улыбнулся.
— И ты поняла это прежде, чем Адам смог устранить вас обоих, но он уже начал нападение.
— Ну, я Страж Кадогана.
— Это точно, — сказал он, затем снова поцеловал меня со зверской силой. — Это еще не конец, — проворчал он, затем отошел, снова готовый к сражению.
Я не собиралась тратить время на спор с ним, но как только он повернулся ко мне спиной, я прикоснулась пальцами к своему рту, все еще ощущая на них его губы. Я все еще ощущала их там.
Солнце начало свой путь над горизонтом, и давило на мои плечи.
К счастью, объединенными силами Чикагского Департамента Полиции, Чикагской Пожарной Охраны, офиса Омбудсмена, половине Северо-Американской Центральной Стаи, вампиров Дома Кадогана, и Красной Гвардии, наконец удалось остановить нападение.
Этан, казалось, принял участие Красной Гвардии с ходу. Он не удивился, когда их увидел, но у него также не было никаких причин связать их присутствие со мной. Это означало, что если бы я решила присоединиться к ним, я все еще могла сохранить свою тайну в секрете.
Но положительные стороны в сторону, защита Дома не была без потерь. Семь оборотней и человек были убиты во время нападения.
Мы потеряли трех вампиров. Я не знала ни одного из них, хотя двое жили на втором этаже, недалеко от моей комнаты. Двое из них были убиты деревянными кольями, и пепел, оставшийся после них, теперь смешался с разрушениями Дома. Третья, однако, встретила более ужасный конец. Она стала жертвой старомодных пыток. Сумасшедший нападающий, один из умерших, ослабил ее с помощью кола и вырвал сердце.
В честь ее жертвы, тело было помещено в саду за домом, чтобы солнце завершило процесс, когда оно, наконец, поднимется.
Что касается самого Кадогана, мародеры хорошо поработали, чтобы разрушить наш Дом. Хотя прочная, каменная конструкция помешала нанести значительный ущерб, мебель и изделия из дерева на первом и втором этажах были повреждены, некоторые комнаты стали непригодными для жилья.
Элен и Малик работали на телефонах, принимая меры вместе с Греем, Наваррой, и другими вампирами Кадогана в Чикаго, чтобы найти временные дома для вампиров, комнаты которых были сожжены или были слишком влажными и дымными, чтобы остаться дома.
Мою комнату, в заднем коридоре второго этажа, к счастью, пощадили.
Как Омбудсмен, мой дедушка обладал юрисдикцией по ответу городу на хаос. Он помог отделить хороших оборотней от плохих, объясняя политику другим копам из ЧДП, он мог достаточно долго удерживать их внимание.
Ему удалось препятствовать аресту каждого оборотня и вампира, попадающих в поле зрения; учитывая разрушение и хаос, я назвала бы это победой.
К сожалению, он не был в состоянии препятствовать папарацци делать фотографии.
Они не осмелились сунуть нос в Дом Кадогана, им это было и не нужно — один из оборотней Адама был настолько тяжело ранен в человеческой форме, что обратился прямо в центре лужайки, чтобы исцелить себя.
Я, возможно, была первым вампиром, свидетелем превращения членов Стаи но и не последним… и папарацци не были последними, так или иначе.
Они сфотографировали картину превращения байкера в волка, и волка, превращающегося в байкера.
Видя превращение раньше, я сомневалась, что заключительные фотографии покажут больше, чем свет и цвета. Несмотря на это, журналистам было очевидно, что произошло что-то сверхъестественное, что-то, чего они раньше не видели, и это их безумно завело.
Именно поэтому мой дедушка, по просьбе Габриэля, огородил репортеров на площади перед Домом. Он стоял за самодельной трибуной около Габриэля, толпа полицейских в форме окружала их. Ожидая.
Габриэль поднял руки, и толпа журналистов успокоилась так же, как и оборотни прошлой ночью.
— У меня есть что сказать, — объявил он, стирая тыльной стороной руки кровавый след со своих глаз.
Он сделал паузу, признание вырисовывалось в его глазах. Я знала то, что он собирался сказать, но также знала и то, чего это будет ему стоить — эмоционально и с политической точки зрения.
— Вы скоро увидите фотографии, которые покажутся вам настоящей сказкой. Которые доказывают, что вампиры не единственные сверхъестественные существа в мире. Мы оборотни, — сказал он, — Существа, которые могут принимать животную или человеческую форму.
Этан стоял около меня, а при упоминании волшебного слова, он сплел наши пальцы.
