ещё поздним, когда они выехали на дорогу. Правый глаз дагрота лежал в одном из мешков, свисающих с Кайлы, рядом с охлаждающей его морозкой.
Вампир рассказывал про свой спарринг с моркутом, восхищённо отзываясь о боевой технике последнего.
- А меня не могли разбудить? - снова вытянул лицо Дилион, когда его воображение «выдуло» из слов рассказчика удивительные картины, и он понял, что их лишили великолепного зрелища.
- И меня, - поспешил добавить гном. – Во сне такого не увидишь.
- Да мы по всему лесу скакали, - стал оправдываться Габриэль. – Вы бы всё равно за нами не успели.
- Ну хоть что-то бы увидели, - проговорила Дариэль.
- Ты тоже хотела посмотреть?
- Конечно.
- В следующий раз увидите, - заверил всех Вивер. - Надо вас тоже будить на тренировки. Думаете, мастерство само придёт?
- Да, буди, - закивал маг. - Я и сам хотел возобновить тренировки. Раньше я по полдня упражнялся. Походная жизнь из колеи выбила.
- Я вчера хотела потренироваться, - сказала эльфийка. – Перед ужином. Не получилось.
- Охота тоже тренировка, - проговорил вампир и посмотрел на командира: - Ты же вчера поупражнялся?
- Ой, - махнул рукой тот. - Десять минут побаловался. Надо часа полтора хотя бы.
- Ладно, возьмусь за вас, - заключил моркут и повернулся к Рогнару: - Ты что? С нами?
- Конечно, - кивнул гном. – Надо кровушку гонять!
Глава 31
В полдень наши герои выехали из Медвежьего Леса.
- Неужели? – окинул взглядом травянисто-цветочную равнину Габриэль.
Облака и тучи взяли очередной выходной и не путались у солнца под лучами.
- Надо же, - посмотрел назад Дилион. – Я сделал это.
- Ну это не самое крутое наше достижение, - улыбнулся вампир.
- Для него очень крутое, - проговорил Рогнар. – Большинство его приятелей и родственников никогда не покинут этот лес.
- Эт точно, - закивал маг. – Самый смелый любитель приключений из моих близких – это мой отец. Но из Медвежьего Леса он выезжал только два раза. И ненадолго.
- Значит ты уже герой Фелфама, - снова улыбнулся землянин.
- Мои всех соседей соберут, когда я пришлю им письмо с Бардана. Пир устроят.
- А когда с гостиницы этой пришлёшь… как там её…
- «Последний ужин», - подсказал Вивер.
- Да. А когда с «Последнего ужина» пришлёшь?
- Тогда напишу, что я в другом месте, - ответил Дилион. – А то у мамы глаза на пол выскочат.
Все засмеялись.
Оставшийся путь прошёл без приключений, потрясений и поседений. Друзья привыкали к тому, что теперь им были видны деревни, замки, одинокие домики, мельницы (на некоторых строениях стояли огромные баллисты, заряженные гигантскими стрелами), достойные примечательности ландшафта и существа вдалеке. Последние были разумными, домашними, сытыми, слабенькими, не хищными или слепыми. Любое из этих определений легко и почти всегда исчерпывающе объясняло то, что они не неслись сломя голову в сторону наших героев.
Пообедали в небольшом лесу. Двумя крупными зайцами, которых поймал Габриэль и превратил в изысканные блюда Вивер.
Окружающая красота дарила вампиру не меньшее удовольствие, чем та, которой он наслаждался до полудня. Теперь ему не нужно было срываться с места и скакать, чтобы разглядеть то, что мелькнуло между деревьями, теперь он обрабатывал «терабайты» осматриваемого пространства без помех в виде широких стволов. Зелёные холмы, плавно изгибающие равнину, реки, ущелья, подозрительно тихие пещеры, глубокие и не очень овраги, непонятного происхождения ямы, стада коров, лошадей и овец, таинственные тёмные рощицы, невиданные доселе цветы, травы и насекомые жадно «поглощались» глазами-биноклями землянина и наполняли его память восхитительными картинами.
- Монстров меньше тут? – спросил он. – Чем в лесу?
- Меньше, но тоже много, - ответил Вивер. – Тут подземных больше. Типа сигвила. Наземные друг друга поедают.
- Подземные почти все жирные, - добавил Дилион. – Выберем подземного для вас и наземного для нас. Хорошо?
- Да, - согласился Габриэль. – Только наземного не дороже восьмидесяти золотых.
- Хорошо.
Встречные путники «забирали» у них минуты, давая ответы на три важных вопроса взамен: «Как там в Бардане?», «Что слышно в Срединной?» и «Какую гостиницу – пусть дорогую – главное, хорошую, - вы посоветуете?».
Закат (продолжительность наслаждения им увеличилась по тем же причинам, что и качество) застал нашу пятёрку в семи километрах от Бардана.
- Успеем? – поинтересовался вампир, косясь на заходящее солнце.
Красота багрового небосклона не впечатляла его ввиду давних неприязненных отношений с главным организатором данного перформанса.
- Успеем, - кивнул моркут.
*****
Через полчаса грубые, здоровые и опрятные стражники Бардана не очень любезно подняли толстенную железную решётку перед разномастной пятёркой с неповторяющимися видами оружия, позволив им проехать под огромной каменной аркой.
Если бы Габриэлю не сказали, что город, в который они заехали, был построен военными и изначально выполнял функцию пограничной заставы, то вопрос: «Этот город, что военный?», сорвался бы с его губ первым и громко даже для Рогнара.
Серые, каменные здания и расстояния между ними намекали на то, что прочность, вместимость и защита от огня были главными задачами зодчих Бардана. Изящно изогнутые черепичные крыши, окна различных форм и резкие переходы от ровной стены к круглой и обратно – там, где для этого не было никакой необходимости, кроме желания приукрасить монотонность, - говорили, что даже суровые военные архитекторы любят красоту и разнообразие. Широкие, мощённые шлифованными камнями мостовые, аккуратные бордюры, скамейки, фонтаны и ухоженные деревья с кустами, которым не позволялось распускать ветки на прохожих и выходить за выделенные им территории, дополняли картину и доказывали, что вышеупомянутым любителям красоты и разнообразия можно было со спокойной душой доверять благоустройство городов, а здешним садовникам – их облагораживание.
Высокая каменная стена с круглыми башнями, большими, заряженными гигантскими стрелами баллистами и неравномерно распределёнными на ней кучками лучников тянулась от огромных ворот
