Дэлери умолкла, погруженная в свои тягостные воспоминания.
– Ладно, ваша взяла, – Сейдуран толкнул ей пустую кружку через стол. – Надеюсь, у вас тут найдется что-нибудь покрепче чая.
– О! Разумеется! – Жрица, встрепенувшись, озорно стрельнула глазами и отошла к шкафу, откуда вернулась с непочатой бутылкой в одной руке и тремя бокалами в другой.
После исполненного Шимаэлом обязательного ритуала со штопором, сопровождаемого непременными чертыханиями, и нескольких первых глотков божественного напитка за столом воцарилась уже более благожелательная атмосфера, хотя и не лишенная определенной натянутости.
– Так все же, – Сейдуран с явным сожалением отставил опустевший бокал, – что именно вы надеетесь найти на Пракусе?
– Возможность вышвырнуть непрошеных господ прочь из нашего мира, – Дэлери рубанула рукой воздух, – вернуть их туда, откуда они явились сотни лет назад.
– Знаете, я прямо вижу эту картину, – Калим прикрыл глаза и почти мечтательно улыбнулся, – как вы гневно кричите на своих богов: «пшел вон!», и они, устыдившись, тихонько-тихонько, бочком-бочком проскальзывают в ту дверь, на которую вы им укажете. Ну разве не идиллия? С чего вы вообще взяли, что они последуют за вами, что вам удастся заманить их в свою ловушку? Не слишком ли много вы о себе возомнили?
– Так вы же сами только что говорили, что нам удалось разъярить чуть ли не всю галактику, разве нет? – Дэлери вопросительно приподняла бровь. – И, следовательно, к любым нашим словам или поступкам будет приковано повышенное внимание. Вы же слышали про последнюю аудиенцию Анрайса, не так ли?
– Где он объявил, что сам поведет войска в бой? Сложно было ожидать иного после того, как вы увели у него из-под носа человека, которого он называл своим другом, да еще и прикончили одного из его лучших Апостолов.
– А еще мы переманили на свою сторону Лайса и Сью, также пользовавшихся особым расположением Светлой Госпожи, – подхватил Шимаэл, – так что теперь и у Сиарны имеется на нас зуб.
– Понимаете, – Жрица повернула руки ладонями вверх, словно открывая все карты, – мы не просто богам напакостили, мы их унизили, причем публично, и если теперь мы вызовем их на бой – они непременно явятся. Такие выходки непозволительно оставлять без должного жесткого ответа.
– Любопытно, – Калим провел ладонью по пятнистой лысине. – Вы рассуждаете о богах так, словно они – обычные люди, подверженные все тем же людским эмоциям, вроде мелочной мстительности или банальной зависти. Но они – не мы, разве нет? Почему вы так уверены, что их действия, их поступки будут подчиняться привычной человеческой логике?
– Потому что мы успели достаточно хорошо их изучить. Внутри каждого из них таится частичка человека, неизбежно налагающая отпечаток и на образ их мыслей и на принимаемые решения.
– Простите мою назойливость, но «частичка человека», – старик недоверчиво прищурился, – это просто красивый поэтический образ, или же за вашими словами кроется нечто большее?
– Личности Первосвященника Анрайса и Жрицы Сиарны, что некогда впустили в наш мир своих богов, как бы впитались в них, – пояснила Дэлери, – одарив целым набором человеческих черт и особенностей характера.
– Как по мне, то в Анрайсе проступает, скорее, личность Бекташа Руорна, носившего в себе Темного Господина столько лет.
– Еще бы! – фыркнул Шимаэл. – Ведь Руорн и есть тот самый Первосвященник!
– Что?! – Сейдуран аж подпрыгнул. – Не может быть! С чего вы взяли?
– Мы были там, на Пустынном Континенте, где все произошло, и в руинах главного храма Анрайса видели соответствующие портреты, – Дэлери вздохнула. – Ошибиться было невозможно.
– Вот так поворот! Вся история заиграла совершенно новыми красками! – сухие желтоватые пальцы побарабанили по столу. – А вас-то самих каким ветром туда занесло?
– Когда хочешь в чем-нибудь досконально разобраться, всегда полезно изучить первоисточники, вернуться к самому началу. Мы искали хоть какие-то подсказки, искали ответы, которые помогли бы нам найти способ изгнать не в меру заигравшихся богов прочь из нашего мира.
– И что же вы нашли? Помимо портретов.
– Приключения, – буркнул пилот. – За нами явилась группа захвата, и только вмешательство Лайса уберегло нас от еще больших неприятностей. Пришлось спешно сматывать удочки.
– Сиарна крайне ревниво оберегает Пустынный Континент от досужих зевак, – подхватила Дэлери. – Почти так же, как вы – Пракус. И, как мне кажется, я догадываюсь, почему.
– Так поделитесь!
– Она прекрасно понимает, что пребывает здесь не совсем законно, и стремится исключить любую возможность того, что ее изгонят. А для этого необходимо держать под присмотром все возможные проходы или двери, которые могут быть для этого использованы, и никого к ним не подпускать даже на пушечный выстрел. Поскольку доступ на Клиссу для нас теперь закрыт, то единственная оставшаяся возможность – Пракус, где, возможно, нам удастся ее с братцем депортировать.
– Я снова прошу прощения за свою настырность, – продолжал наседать Сейдуран, – но как именно вы предполагаете это сделать? Вам известен какой-то соответствующий ритуал или иная процедура? Нельзя же, в самом деле, просто указать им пальцем на открытый портал, надеясь, что могущественные боги, повелевающие всей галактикой, понуро вздохнут и побредут на выход!
– Строго говоря, пока мы действуем исключительно по наитию, постоянно импровизируем и пробираемся вперед буквально на ощупь, – развел руками Шимаэл. – И надеялись, что вы сможете пролить немного света на данный вопрос. Как-никак, а у вас уже имеется соответствующий опыт.
– И опыт, повторюсь, исключительно печальный, но он вряд ли нам поможет. Я не имею ни малейшего понятия, как следует управляться с вышедшими из-под контроля потусторонними сущностями. Вы уж не обессудьте.
– Но должен же быть какой-то способ! – Дэлери в сердцах ударила кулаком по столу. – Ведь не просто так Сиарна стерегла свою выжженную пустыню! Она знала, чувствовала, что там, в песках таится ее уязвимое место, ее погибель! Быть может, если достаточно сильное желание смогло привести ее сюда, то, по аналогии, лютая ненависть вполне способна изгнать ее обратно? Уж чего-чего, а ненависти к ней во мне сейчас хоть отбавляй!..
– Что за бред вы несете?!
Все головы дружно повернулись к выходу в коридор, откуда послышалось шарканье, сопровождаемое тяжелым, захлебывающимся дыханием.
В дверном проеме показался бледный пошатывающийся Лайс, поддерживаемый сбоку Сьюзен, которая едва доставала парню до плеча.
– Я пыталась его удержать, – виновато
