Спала, крепко прижавшись к груди мужа, а еще немного устало и отстранено порадовалась, что часть моих вещей были закреплены и на мархузе в виде небольшого рюкзака. Просто он его сорвал с себя при нападении, ремни оторвались, но нести его можно было без труда, ведь основной груз везла Тихоня... Но хоть небольшая смена белья и различные безделушки сохранились.
Каждый раз засыпая, слышала на грани яви и сна тихий шепот, говоривший о любви, обещавший, что все будет хорошо. Верила безоговорочно и стоило проснуться, как я первым делом тянулась к его губам и шептала о своей любви к нему. Настроение Ская весьма повышалось благодаря этому. Его желание, кстати, тоже, но он терпел, хоть и напряжение все больше накапливалось и ощущалось уже всеми, заставляя нервничать Отступать от меня чуть дальше. Но эта тропа не место для подобных игр. Хотя я уже была непротив и сама, так велик был соблазн прикоснуться к его гладкой золотистой коже, вновь почувствовать себя наполненной им и ощутить, как гудит огонь в моей крови, пока мы слиты воедино. Он – моя зависимость, и с каждым днем это все острее ощущается.
Последние три дня пути прошли в напряжении и мелких стычках со всякими тварями, но чаще всего они проходили, как говорят на Земле, в штатном режиме и много времени на ликвидацию не требовалось. А утром восьмого дня, если можно так назвать осточертевшее серое марево, мы подошли к куполу. И он выглядел именно так. Купол!
Мне кажется, окружающая нас серая мгла, которая змеится между деревьями и заставляет все живое сходить с ума и пожирать все вокруг, рождается этим куполом. По крайне мере, такая мысль пришла, когда я увидела куполообразное клубящееся серое нечто с размытыми контурами, которое живым непостижимым организмом выгнулось вверх и передвигалось, переливалось, будто дышало. А может так и есть? Я не выдержала и, встав перед этим... прокомментировала:
– Жуткая жуть! И как вы дальше проходите?
Один из жрецов, стоящий ближе всех к куполу просто скользнул чуть ближе и протянув руку, окунул ее в эту все время движущуюся серость.
– Так может и остальных без проблем пропускает?!
Марханы помрачнели, Скайшер встал за моей спиной, уже привычно обхватывая за плечи и кладя подбородок на макушку.
ь
– Многие чужаки пытались проити, купол впитывал их без остатка...
– А я? Как я пройду? – мой испуганный писк даже саму себя заставил поморщиться, а марханы насторожились.
– Если артефакт на тебе, ты свободно пройдешь! – ответил Дезей.
Я успокоилась, но следующая мысль вновь повергла в панику:
– А мои... А Скайшер и Филя как же?
Марханы потемнели то ли от нервов, то ли от смущения, но Дезей продолжил:
– Мархуз сможет пройти, если на нем поедет кто-нибудь из нас... а твой дракон... вы едины, и я думаю, ты признаешь это?
ь
Я кивнула головой, почувствовав как после моего кивка стальное тело за спиной расслабилось и уже знакомо обтекло мое, впитывая его и словно врастая в мою спину. А Дезей между тем продолжил, чуть приподняв в добродушной ухмылке уголки губ.
– Значит если артефакт на тебе истинный, твоему мужу тоже ничего не угрожает. Он понесет тебя так же, как я поеду на мархузе, согласна? Идем дальше?
Они все пристально, но уже в тревожном ожидании уставились на меня. Еще бы, столько потрачено сип, времени, погиб их друг, а они сейчас стоят и ожидают моего решения. А главное, моих действий, ведь если я пройду, значит это правда и их жизнь изменится навсегда и долголетие вернется, а если не пройду или не пойду значит все очередной обман и все напрасно....
Смотрела на переливающуюся серую голодную махину, высившуюся передо мной и до дрожи в коленках боялась, решаясь на последний шаг. Осталось совсем чуть-чуть, но вдруг учитель Камос ошибся и дал мне не тот артефакт... А вдруг этот купол тоже с ума сошел, и таких «а вдруг» еще слишком много. По застывшему позади меня телу дракона, поняла, что он прочувствовал мои страхи и сомнения и уже практически готов наплевать на марханов и забрать меня отсюда. Чего уж проще – расправил крылья и вперед к свободе, уютной, уже такой родной пещере в Золотой долине... Но остается огромное «НО» и его невозможно отринуть. Долги надо платить всегда, с какими бы опасностями и невзгодами не пришлось столкнуться. Во всяком случае для себя я так полагала.
Присела на корточки перед Филей и, посмотрев ему в глаза, пояснила, что он должен сделать. Получив эмоциональную волну согласия, встала и, приподнявшись на цыпочки, впилась поцелуем в губы своего дракона... вдруг, в последний раз. Выразила этим поцелуем всю нежность и любовь, которую испытываю к нему, но почувствовав, как моему мужу начало сносить крышу от желания, оторвалась от этих любимых губ.
– Люблю тебя больше всего на свете, Скай! – Золото полыхнуло пламенем в его глазах, а руки сильнее обвились вокруг меня, а я тихо прошептала, заглядывая ему в глаза: – Ты мне веришь?
Он мрачно усмехнулся и поднял меня на руки, прижимая к себе как ребенка, и, снова не удержавшись, лизнул вдоль щеки и виска.
ь
– Всегда и во всем, любимая!
– Тогда пошли, закончим, наконец, это дело!
Я вцепилась в воротник его куртки, удобнее устраиваясь в его руках и укладывая свою буйну головушку, которая всегда найдет себе приключения, на его мощное надежное плечо. Сжала заветный артефакт в попытке успокоиться и тут моего уха коснулись губы склонившегося надо мной Ская, который прошептал:
– Не бойся, он настоящий! Да и преграду эту я вполне сам пройду. Нашу шкуру ни одна зараза не берет, не то что это жалкое заклятье.
И каков хитрец! У меня чуть истерика не началась, можно сказать на казнь собиралась, а этот пройдоха... и уже перед тем как мы шагнули в марево, я прошипела:
– А ты откуда знаешь, что он настоящий?
Мой дракон закатил в притворном раздражении глаза и уже весело ответил:
– Да я когда молодой был, сокровищами увлекался... Ну вот и услышал про этот артефакт, пробрался в пещеру к этому самому ложу, ну и... – я даже задохнулась от его слов, провел, опять провел. А он, заметив мое шокированное лицо, поспешил успокоить: – Ну, я не решился обречь целый народ на вымирание и в последний момент передумал его брать...
– Воровать, ты хотел сказать...
– Одолжить на время.
Вот так, под милые драконьи откровения мы прошли сквозь барьер. Я не ощутила ничего, так потрясла эта история, но стоило мне очутиться по другую сторону, как вся история вылетела у меня из головы.
Глава 25
Серый купол накрывал древний город, погруженный в окружающий сумрак и тишину. Темные, покрытые многовековой пылью стены уже знакомых домов-грибов с круглыми оконцами, в которые уже слишком давно не заглядывали лучи светила Лайваноса. Мостовая из булыжников не блестит, натертая тысячами синих толстых хвостов, наверное, позабыв уже, как чешуя скользит по ней. Город упираеся в одинокую гору, рядом с которой словно грибы росли многочисленные холмы. Как рассказывал Камос, Город Предков расположен у подножья гор, в которых издревле жили черные драконы, и местные жители часто их отгоняли камнями из пращи от домашней скотины или посевов.
