теснят роты 269-го и 235-го полков. Измученные долгими тяжелыми боями, русские пехотинцы тихо отходят назад.
Наступает решающий момент. Звенья рассыпались в сплошную лаву. Н. А. Корганов, быстрым взглядом окинув поле боя, отдал приказ: «Карьер».
Драгуны ринулись вперед — пики наперевес, блеснули шашки. «Ура» загремело по полю боя.
В это время серые цепи немцев на плечах рвались за отступающими группами русских пехотинцев. Последние шли, отстреливаясь из-за стогов сена. И в мгновение ока картина изменилась: немцы шарахнулись назад, охваченные ужасом, дерзкие победители устремились к своим окопам. Конницу они заметили слишком поздно — открыв по ней винтовочно-пулеметный огонь. Поле накрыли облачка немецкой шрапнели, а по Грабово и полю перед деревней ударила тяжелая артиллерия.
Впереди лавы мчатся Корганов и прапорщик Сафронов с группой ординарцев. Перед первой линией 6-го эскадрона — корнет Евдокимов и врач Дитлов. Драгуны перемахнули через первую линию окопов противника — давя, коля и рубя ошалелых немцев. Впереди — вторая линия, к которой стремится противник. Добивая его на скаку, драгуны уже перед этой линией — из которой несутся бестолковые винтовочные выстрелы и пулеметные очереди. Драгуны перемахнули и через эти окопы. Немцы стали поднимать руки вверх.
В это время чуть было не погиб комэск штабс-ротмистр барон Драхенфельс. Он налетел на немца, который выстрелил в упор — и пуля попала в грудь коню офицера. Последний грохается на землю и, на секунду теряя сознание, видит штык немца. Но один из драгун спасает командира, раскроив череп немецкому пехотинцу.
На участке 6-го эскадрона произошел следующий эпизод. Поднявшие было руки вверх немцы стали стрелять в спину проскочившим вперед драгунам. Но подпрапорщик Селищев, оставив убитого коня, бросился с кучкой спешенных драгун на немцев, выстрелом из револьвера уложил одного, а других добили пиками и шашками драгуны, потерявшие в свалке своих коней.
Перед 4-м эскадроном карьером шел его командир штабс-ротмистр Дьяконов. А перед 1-м взводом мчался штабс-ротмистр Дембовский.
Драгуны эскадрона, перескочив германские окопы и переколов и перерубив потрясенную германскую пехоту, захватили 3 пулемета. Но в это время одна пуля раздробила ногу, а вторая попала в живот комэску. Драгуны подхватили штабс-ротмистра и отнесли назад, к деревне. Офицер умер на руках своих солдат, передав драгунам благословение своей матери — для отправки домой.
Вслед за своим командиром пал старый вахмистр — подпрапорщик Марченок. Жизнь старого служаки оборвала пулеметная пуля — и он с шашкой в руках, не проронив ни слова, упал с коня.
Драгуны дрались группами.
Немецкий офицер, стоя на колене в окопе, стрелял из револьвера. Один из драгун, наскочив на него, с размаху ударил пикой в живот. Страшным ударом пики немец был пригвожден к земле. Острие пики, пронзив живот офицера, вошло в землю по темляк.
Другой драгун ударил немца по каске шашкой сверху вниз, но не разрубил металла. Тогда быстрым ударом он сбил с немца каску и нанес второй — смертельный — удар. Немец свалился с разрубленным черепом.
Упал ординарец, упал вместе с конем прапорщик Сафронов, две пули попали в коня подполковника Корганова. Последний, видя, что драгуны налетели на целую систему окопов, подал сигнал «сбор». Эскадроны стали собираться, подбирать раненых.
Немцы стояли беспомощными группами, держа руки вверх. Драгуны возвращались из-за окопов, хватали и вели пленных. Вокруг валялись окровавленные трупы немцев. Один немец стоял с надрубленной шеей и, дико вращая глазами, в ужасе что-то бормотал.
Назад драгуны возвращались группами, ведя пленных. Ефрейтор вольноопределяющийся Коршун-Осмоловский шел пешком в одном сапоге. Его лошадь была убита за вторым окопом, и он, высвободив ногу, не смог вытащить сапога.
Драгуны снимали седла с убитых лошадей и взваливали их на спины немцев. Немцы их покорно несли, а некоторые и сами активно помогали — расстегивая подпруги и хватая седла.
Так, по свидетельству фронтовика, завершилась 1-я атака.
А вот так ее подробности передают сухие строки документа — за подписью командира полка полковника Степанова и удостоверяющей надписью полкового адъютанта корнета Свистунова[136]: «18 июля около 7 часов 30 минут утра мною было получено личное приказание начальника бригады: ввиду имеющихся у него сведений о беспорядочном отступлении противника, занимавшего фронт укрепленной позиции к юго-западу от деревни Грабово, атаковать его в конном строю. Причем указано было сперва произвести наступление, в целях боевой разведки, выдвинутой вперед на широком фронте лавой, 2 эскадронами, сосредоточив остальные эскадроны у юго-западной окраины дер. Ярнуты, где были расположены и 4 эскадрона 16-го гусарского Иркутского полка. В 8 часов 30 минут утра 4-й и 6-й эскадроны под общим командованием подполковника Корганова, развернув лаву на фронте около 1000 шагов, прошли деревню Грабово, двигаясь в направлении на участок неприятельской позиции Тсиск — Жабин.
Лава эта, пройдя около 1000 шагов в юго-западном направлении от деревни Грабово, наткнулась на части наших 235-го и 269-го пехотных полков, отступавших под натиском следовавшей за ними немецкой пехоты. Увидев это, подполковник Корганов подал сигнал „карьер“, и с криком „ура“ эскадроны бросились в атаку.
Драгуны, наскочив на немецкую пехоту, рубили и гнали ее на расстоянии более полуверсты — до передовой укрепленной позиции противника на опушке леса, что восточнее деревни Тсиск. При этом часть драгун 4-го эскадрона, проскочив передовые немецкие окопы, захватила 3 неприятельских пулемета, которые тотчас же, чтобы не задерживать несущихся вперед всадников, были переданы ближайшим людям 235-го Белебеевского полка, части которого отступали ранее на этом участке, а теперь продвигались вперед вслед за лавой. Точно так же захваченные пленные немцы передавались той же пехоте.
Всего захвачено было в это время пленных около 70 человек (все 90-го пехотного полка), остальные перерублены; в общем, немцев изрублено до 100 человек. Ввиду того что лава дошла до линии укрепленной позиции противника и определила ее положение, подполковник Корганов считал свою задачу боевой разведки исполненной и, подав сигнал „сбор“, отвел лаву за дер. Грабово.
Атака 4-го и 6-го эскадронов была встречена главным образом ружейным и пулеметным огнем противника. Его тяжелая и легкая артиллерия сосредоточила в это время свой огонь по дер. Грабово и к району к востоку от нее до полотна железной дороги.
Во время атаки смертельно ранен доблестный командир 4-го эскадрона штабс-ротмистр Дьяконов, контужены: командир 6-го эскадрона штабс-ротмистр барон Драхенфельс, корнет Георгади и младший врач полка лекарь Дитлов. Последний принял участие в атаке, идя в передовых линиях лавы, и только после подачи сигнала „сбор“, несмотря на контузию с переломом двух ребер, вместе с фельдшерами приступил к перевязке раненых, оставаясь на месте боя.
Драгун убито в 4-м эскадроне —
