Фиона всю ночь лежала без сна, думая о случившемся, и к утру была еще более зла и на себя, и на него. Она жалела, что вообще связалась с ним. У нее была запланирована игра в теннис с Джиллиан, и она хотела было отменить ее, но в конце концов решила пойти. Она вышла из машины около теннисного корта с таким мрачным видом, что сестра поморщилась.
– Боже мой, похоже, день не задался. Что-нибудь случилось?
– Я в порядке, – сказала Фиона и направилась к корту.
Фиона начала игру с такой подачи, что чуть не оторвала сестре голову, и Джиллиан отпрыгнула в сторону.
– Господи помилуй! Что с тобой произошло? Мы воюем?
– Нет, просто я в бешенстве, – призналась Фиона и снова подала мяч почти с такой же силой.
– Любовные разборки? – с сочувствием поинтересовалась Джиллиан.
– Все кончено. Не хочу об этом говорить. Он просто задница.
– Мне жаль это слышать. Я могу чем-нибудь помочь?
Джиллиан нравился Лоуган, и она надеялась, что разрыв будет только временным. Но Фиона выглядела так, словно готова была совершить убийство. Джиллиан не видела сестру в таком состоянии уже много лет. И в этот раз Фиона легко выиграла партию.
После игры они на минутку остановились поговорить.
– Он использовал меня как источник информации, – сказала наконец Фиона. – Он дал мне слово в самом начале, что никогда этого не сделает, но он это сделал.
– Ты уверена? – Джиллиан была удивлена. – При всем моем уважении к тебе, этот парень настоящий профессионал. У него, вероятно, имеются осведомители гораздо лучшие, чем ты.
– Нет, это была я, – повторила Фиона и погрустнела. – И мне он тоже нравится. Я даже люблю его, вот в чем проблема. Но я к нему не вернусь. Все кончено. Я не могу жить с человеком, которому не доверяю. Кроме того, это опасно для меня, для моей репутации.
– Мне действительно очень жаль, – сказала Джиллиан.
Она расстроилась из-за сестры. Несмотря на свою ярость, Фиона выглядела такой разочарованной. У Джиллиан сердце разрывалось при виде ее. Лоуган казался таким отличным парнем, но репортер есть репортер, и по опыту она знала, что это не те люди, кому можно доверять. Такая у них работа.
Фиона уехала спустя несколько минут и, вернувшись домой, обнаружила около дома Лоугана, хотя она дала ему ключ. Когда она проходила мимо, он вручил ей этот ключ и сказал:
– Я приехал за этим, и еще вот возьми. – Он протянул ей конверт. – Я хочу, чтобы ты знала: никогда в жизни я не раскрывал своих осведомителей. Ни разу. Я так не поступаю. Я защищаю свои источники информации, но тебе кое-что покажу, потому что не хочу, чтобы ты думала, будто я нарушил данное слово. Я его не нарушал. Материалы, которые я получил от своего источника, здесь, но имя зачеркнуто. Я плачу ему немалые деньги, но такая информация стоит каждого цента.
– Разве это законно? – холодно спросила Фиона.
– Может быть, и нет. Но мы так работаем. Я таким образом зарабатываю себе на жизнь, а он увеличивает свой доход. Но в любом случае спасибо. – Лоуган повернулся и ушел.
Она проводила его взглядом и, все еще с конвертом в руках, вошла в дом и села за кухонный стол. В конверте она обнаружила электронное послание от кого-то из МОИА, которое Лоуган распечатал. Имя было тщательно зачеркнуто, но письмо отправлено прямо из офиса, что шокировало Фиону. Она прочитала послание, и в нем было все, что он использовал в статье, практически дословно. Источник из МОИА сообщил Лоугану все известные факты. То, что говорила она ему, здесь также присутствовало, и многое другое. Из прочитанного Фиона поняла, что Лоуган ей не лгал и не нарушал данного слова, не использовал ее в качестве источника. Полный отчет получил от очень нескромного сотрудника МОИА. И по мере того как Фиона читала, ей становилось плохо, она не знала, что теперь делать. Она разорвала материалы в мелкие клочья и бросила в мусор. Хотела было написать ему электронное сообщение или отправить эсэмэску, но почувствовала себя идиоткой. Она незаслуженно обвинила его в том, чего он не делал, а значит, должна извиниться. Даже если после всего этого они больше никогда не увидятся, она по меньшей мере должна сказать, как ей жаль, что она обвинила его в предательстве. Лоуган не предавал ее.
Фиона взяла сумочку, села в машину и поехала в город. Остановившись у его дома, она позвонила в дверь, но его здесь не оказалось, поэтому села на крыльцо и стала ждать. Через два часа увидела, как Лоуган идет по улице с пакетами продуктов в руках. Он тоже заметил ее издалека, а когда подошел, увидел, что она больше не сердится. У нее был вид кающейся грешницы – того и гляди расплачется.
– Прости меня. Я не должна была говорить тебе эти ужасные слова. Поверь, мне очень жаль.
Ее глаза были полны печали, и это причинило ему боль.
– Я никогда не поступил бы так с тобой, Фиона. Я же дал тебе слово. И это для меня святое. Так же как и ты. – Лоуган говорил с грустью, положив продукты на верхнюю ступеньку. – Я никогда бы не нарушил данное тебе обещание.
Он протянул к ней руки, готовый простить ей все, и она бросилась к нему в объятия. Это была их первая крупная ссора, и они прошли через нее изрядно потрепанные и окровавленные, но все еще любящие друг друга. Потом, чуть отстранившись, он посмотрел на нее и со смехом сказал:
– Так, говоришь, подонок и червяк?
– Мне очень жаль. Прости за мой поганый язык. – Она выглядела донельзя смущенной.
– Меня обзывали и похуже. Это еще цветочки. Хочешь подняться? Я собирался готовить ужин.
Она последовала за ним наверх, и они приготовили ужин вместе и поговорили о его источнике в МОИА. Ее шокировало написанное для Лоугана.
– Как он мог пойти на такое? Это же должностное преступление. Он нарушил все правила.
– Не он один. Многие делают такое. Это дает мне возможность выполнять свою работу. Некоторые из моих лучших источников занимают высокое положение.
– Мы за это уволили Хардинга Уильямса. Точнее, дали ему возможность уйти на пенсию. Он был источником утечки в нашем совете директоров.
– Я знаю, что вы его уволили или вынудили уйти. Я никогда не верил в эту ерунду по поводу слабого здоровья.
Лоуган улыбался. История была не слишком интересной, чтобы ею заниматься. Вначале ему показалось, что в этом что-то есть, когда Фиона в первый раз пообедала с ним и он позвонил ей на следующий день, после того как Хардинг подал в отставку.
– Ты лгала мне, – рассмеялся он. – Ты очень ненадежный источник, Фиона, я бы не стал тебя использовать.
– Теперь я это знаю. Прости меня.
Они спали в его кровати этой ночью и поехали обратно в Портола-Валли утром. Джиллиан позвонила сестре вечером, чтобы узнать, как она, и Фиона сказала, что все в порядке и они с Лоуганом готовят ужин.
