Да-а, вышло и вправду отлично. — одобрительно покачал головой Фикул. И пыхнул кучерявым дымом. Не может он, блин, без этого.
— Теперь попробуем её продать. Пойдём завтра вдоль главной дороги к подъёмнику, посмотрим, что получится.
* * *
Фикул провожал парочку бесов задумчивым взглядом и в который раз задавал себе вопрос, как у них так всё получается. Виновато ли в том демоническое имя или удача?
Хью однажды спросил его, почему именно Фикул? Почему он согласился с тем, что его так называют? Демон промолчал. Правда была в том, что его прозвище, которое он считал своим именем, было созвучно со словом фекалии. Но в тот момент, когда оно прозвучало впервые, Фикул был счастлив, потому что получил своё первое имя, хоть и не настоящее. Плевать какое, главное, что своё! А там и до демонического рукой подать. Однако шли года, а он всё так и оставался Фикулом.
«Если бы у меня было настоящее имя… Если бы только…»
Наверное, всё стало по-другому. Возможно, идеи сами сыпались одна за одной в его голову. Возможно, мать однажды заметит его и наконец даст настоящее демоническое имя, а не эту пародию. Однажды его спросят: «Как дела, Фикул?», а он гордо скажет, что его зовут не Фикул. Что он не знает никого с таким именем.
— Эх… — вздохнул гончар и затянулся терпким дымом.
За такими мыслями незаметно прошло несколько часов. Демон ожидал, что Хью вернётся не раньше чем к вечеру. Одна его часть надеялась, что с хорошими новостями, другая, какая-то мерзкая и завистливая, желала ему провала. Однако не прошло и половины дня, как он услышал знакомые голоса, а следом среди толпы показались хмурые лица бесов.
«Не получилось…» — одновременно обрадовался он и расстроился.
Молча отодвинув лавку в сторону, запустил Хью вместе с Дурой внутрь и тут же закрыл. Но стоило бесам скрыться со всеобщего обозрения, как их лица тут же изменились.
— Так… Вы мне объясните, что тут происходит? Где статуэтка?
— Продали! — не сумев сдержать улыбку, ответил Хью и протянул ладонь, на которой лежало три монеты с синими, как небо, камнями в центре. Три доблестных души.
— К-как? Три… Ох… Как вам это удалось⁈
— Хах, мы уже час прошли по главному тракту, когда нас тормознул один караванщик. Ему капец как понравилась наша статуэтка, он даже удивился, что это я изготовил. Почти не торговался! — взмахнул руками Хью.
— То есть вы не дошли до подъёмника?
— Нет! Но самое крутое знаешь что?
— Что?
— Он сделал заказ на ещё одну. Сказал, что если я сделаю такую же, но чуть побольше и, хах, с открытыми сиськами, то он готов забрать её за десять синих монет! Представляешь! Договорились с ним встретиться в таверне «Пьяный чёрт» где-то в конце тракта через две недели.
Фикул почувствовал, как у него похолодели пальцы и закружилась голова.
— Десять синих монет… Это же тысяча серых… Это же сколько на них жить-то можно?
— Долго, Фикул, — улыбнулся Хью. — Мы переживём любой голод, а там, глядишь, и в верхний город отправимся. Откроем новую мастерскую и хер нам потом чего страшно будет! Сами станем аристократами!
— И топор купим! — сжала кулак Дура, улыбнувшись самой счастливой улыбкой.
— Десять топоров! — вторил Хью. — Какие хочешь! Самые разные! Но сперва… Надо сделать статуэтку.
И даже несмотря на столь тёмные времена жизнь как будто бы налаживалась.
* * *
Никогда не знаешь, что тебя может ждать в следующую секунду, за следующим поворотом. Жизнь порой подкидывает забавные ситуации. Вот ты думаешь, что всё у тебя хорошо, всё прекрасно, а потом к тебе врывается банда дебилов, убивает всю твою семью и уничтожает твой дом, разрушая любые надежды на будущее. Или, к примеру, ты можешь переживать, что останешься без гроша в кармане, а потом на тебя сваливается заказ на десять синих монет.
— С ума можно сойти. — тихо проговорил я, сосредоточенно распыляя перемолотую чешую. Мы договорились встретиться с торговцем через две недели, однако мне удалось справиться всего за полторы.
«Господи, какой я офигенный!»
— Что ж… Думаю, она готова! Заказчик будет доволен! Хе-хе, может, ещё и премию накинет. — скрестив руки, утёр нос от грязи и с довольной лыбой взглянул на результат своих трудов. — Дура, Фикул, что думаете?
Конечно же мне хотелось, чтобы меня похвалили. Приятно, когда кто-то коготками чешет твоё ЧСВ. Однако вместо ответа была тишина.
— Дур, как тебе? — повторил вопрос.
— Эм, Хью… Кажется, у нас проблемы.
Я вздохнул. Не знаю, как эти проблемы выглядят, но, клянусь, они пожалеют, что решили испортить такой момент.
Но стоило мне обернуться, как я тоже впал в ступор.
За прилавком стояла целая делегация из стражей, двух демонов, которых я, кажется, видел, когда мы кончили одного зазнавшегося аристократа рядом с топором, грёбаного Ракула и… Хелену. Лицо демона было изуродовано надменной улыбкой победителя, а вот демоница напротив смотрела холодно и с лёгкой ноткой пренебрежения.
— Ну? — ткнул Ракул тех двух чудиков. — Это он?
— Он самый. — одновременно ответили они. — М-мы можем идти?
— Валите.
— Бес… Хью… — заговорила ледяным голосом Хелена. — И его подружка Дура.
— Госпожа Хелена, прошу прощения. Я думаю, что возникло недоразумение. — попытался я выправить ситуацию.
— Правда? — Демоница склонила голову и приподняла бровку, а затем просто махнула рукой, и один из стражей отшвырнул лавку с горшками в сторону. — Это тоже недоразумение? — спросила она, подойдя к моему шедевру. — Убийца аристократов, ох… Ты, наверное, и разрешение у меня спросить не забыл, чтобы вписывать мой образ в такую похабщину? — Хелена прошлась когтистым пальчиком по щеке статуэтки, оставляя глубокую борозду, а затем и вовсе столкнула её с подставки.
Статуэтка упала и тут же замялась, превратившись в неказистый блестящий блин.
«Так, ладно, я понял. Она недовольна, но надо выкручиваться».
— Прошу прощения, госпожа Хелена, — поклонился я. — Просто с того дня, как вы повстречались мне, ваш образ никак не уходил из моей головы, и я осмелился воплотить его в своей работе.
— Хорошо поёшь, с удовольствием послушаю ещё. — Хелена обернулась к Фикулу. — Я правильно понимаю, что эта мастерская принадлежит тебе?
Тапир кивнул.
— Всё верно, госпожа.
— Великолепно. Мы можем пойти по длинному
