того момента позволь насладиться своей прозрачностью и чистотой.
— В этом есть хоть какой-то смысл?
— Дай-ка подумать… А какой был смысл в твоей коллекции фигурок горничных, что изо дня в день пылились на полке?
Вот это был удар ниже пояса. Не то чтобы стеснялся, и всё же.
— Они были красивыми. — нахмурился я.
— Ну так, — женщина отрешённо взмахнула рукой. — Мои тоже красивые. Я бы даже сказала, более многогранные, чем твои. Ещё они умеют двигаться, у них есть чувства, страхи, переживания, цели, иногда даже амбиции. У каждой есть свои свойства, и мне порой любопытно наблюдать за тем, как они себя ведут в той или иной ситуации. Понимаешь, к чему я клоню?
— Вам интересно смотреть, как я барахтаюсь в том дерьме, которое ты… Простите, вы сотворили?
— О-о-очень! О, и кстати, ты верно не в курсе, но сейчас твоя тушка в компании Хелены Похищающей души, — в этом моменте Преисподняя почему-то изобразила пальцами знак кавычек. — Направляется на званный вечер. Тебя, конечно же, туда не приглашали, но, как мне кажется, одному маленькому бесу должно быть интересно на это взглянуть.
Я не знаю почему, но при слове «маленький» у меня в голове сложилась какая-то цепочка, и будто лампочку зажгли, а следом вопрос, на который мне хотелось знать ответ, вырвался сам собой.
— Почему я значительно слабее Дуры?
Преисподняя хотела что-то сказать, но похоже, что я её перебил. Женщина улыбнулась и откинулась на спинку стула.
— Вот это был правильный вопрос, Хью. Боюсь, что у нас не осталось времени на продолжительную беседу, могу лишь сказать, что половина всегда будет слабее целого. Понимаю, что ничего не понятно, так и должно быть, это нормально. Но просто знай, что это чертовски правильный вопрос. — Её голос стал удаляться всё дальше и дальше.
— Я нихрена не понял! — крикнул в попытке всё-таки получить нормальный ответ.
— Как очнёшься, постарайся сильно не двигаться! — Комната вокруг меня начала растягиваться, а голос Преисподни словно долетал до меня отдалённым эхом. — У тебя помимо ног ещё рёбра в плачевном состоянии! И челюсть! И глаз один заплыл. И ухо ещё сломано! И нос набекрень. Но ты главное дыши, Хью! Главное дыши!
Короче, было ясно, что пробуждение будет не сладким. Однако, прежде чем покинуть мир грёз и отправиться в реальный дурно пахнущий, я залпом опрокинул оставшийся чай. Что ни говори, а в аду это дорогое удовольствие.
Между тем, сознание стало постепенно расплываться, а окружающая меня комната стала всё больше напоминать сон.
«Что ж, посмотрим, что эта престарелая женщина мне решила показать».
* * *
На этот раз пробуждение оказалось не просто ядрёным, а я бы сказал ядерным. У меня болело буквально всё. Каждая косточка и каждая клеточка отдавались либо противной ноющей болью, либо острой. Ситуацию усугубляла клетка, в которую меня засунули, потому как размерами она была похожа на чемодан.
С улицы доносился цокот когтей гончих, звучал скрип колёс, и, если судить по доносившимся снаружи голосам, то мы как раз прибыли на место званного ужина.
Я попытался оглядеться, но быстро понял, что клетку накрыли какой-то тряпкой. Воняло ссаниной. Возможно, даже моей. Пришлось поднапрячься, чтобы высунуть из-под себя руку и немного приподнять её.
— У-у-у… Сук. — плечо прострелило болью.
— Прошу, госпожа Хелена, — прозвучал мелодичный голос. — Дом леди Атиры, как и его хозяйка, рады приветствовать вас у себя в гостях.
«Какие все воспитанные, охренеть не встать. Эй! А можно мне капельницу с растворчиком⁈»
Карета качнулась, сообщая о том, что Хелена её покинула. И в этот момент мне удалось приподнять край тряпки и выглянуть наружу. Сказать, что я охренел от увиденного, это ничего не сказать.
«Какого… чёрта…»
Я моргнул несколько раз и даже ущипнул себя за ляжку, что было лишним, поскольку и так всё болело, однако мой дом никуда не исчез. Да, передо мной стоял огромный особняк, который выглядел в точности как тот, в котором я жил до момента своей смерти. Архитектура фасада, его отделка, резные двери, камень у крыльца и плитка, даже сраные гаргульи были точно такими же.
«Это мой дом… Мой дом! Это точно мой дом! Что за Атира⁈ Какого дьявола тут происходит⁈»
— Э-э… Э-э-э! — я попытался закричать, но вышло неважно. Сломанная челюсть оказалась очень неприятным приобретением. Помните, как-то говорил про грёбаное нихрена? Так вот, я хочу грёбаное нихрена обратно. Оказывается, у грёбаного нихрена есть свои плюсы.
Тем временем Хелена остановилась, обернулась, а вместе с ней и миловидная девушка-демон, что встречала гостей.
— С вами ещё кто-то прибыл?
— Ох, нет, — рассмеялась демоница. — Приобрела себе домашнего питомца. Он пока не воспитан, и в дом его пускать не стоит. Не обращайте внимания. — добродушно рассмеялась моя похитительница.
Манеры так и прут, сучка.
— Понимаю. — с улыбкой ответила краснокожая няшка. — В таком случае не будем терять время и поскорее присоединимся к остальным гостям. Следуйте за мной.
— Тиф, — Хелена окликнула возничего, а затем кивнула в мою сторону. — Угомони его.
— Слушаюсь, госпожа. — прозвучал старческий голос.
Я продолжал стонать и тыкать пальцем в чёртов особняк, когда кто-то перекрыл мне обзор, а следом между прутьями влетела трость и ударила меня по лбу. Извозчик даже не смотрел, куда бьёт, он просто бил, ожидая, когда я перестану пищать. Вскоре, благодаря болевому шоку, сознание вновь отъехало в сторонку и на этот раз без странных сновидений с одной престарелой женщиной.
Однако на этом ничего не закончилось. Из-за того, что всё моё тело выглядело как один сплошной перелом, я периодически просыпался, возможно, даже бредил. В голове постоянно всплывали слова Преисподнии:
«Найти свой дом, Хью. Найди свой дом».
— Я нашёл его. Я его видел.
Его двери были так близко и так далеко. Сейчас я был не в том состоянии, чтобы думать, как он там оказался и кто в нём живёт. Мой воспалённый грецкий орех был не способен на что-то большее. Я думал лишь о том, что это мой дом и что я его нашёл. Ну и… всё? Какой-то безумный винегрет из повторяющихся мыслей и образов.
По ощущениям длилось это всё бесконечно долго. Чёрт его знает сколько шёл приём, потом вновь дорога, скрип рессор, завывание ветра, какие-то голоса, ругань и вой. Я просыпался и отключался
