обступили нас кружком. Как же их много! И все пялятся нам меня!
– Знаю, вы просили ничего не приносить. – В полном смущении затараторила я. – Но я просто не могла не подарить вам это…
Как маленький мальчик Люк вскочил с ковра и радостно стал разрывать бумагу. Ошмётки сыпались на пол вместе с развязанными лентами банта. Сама комната затаила дыхание, даже музыка, доносящаяся из колонок, притихла. Я глянула на Джейсона, и тот улыбнулся мне так тепло, что всё внутри затрепетало.
– Охренеть! – Воскликнул Люк, когда увидел, что под подарочной бумагой.
– Пап, ты ругнулся! – Завозмущался кто-то из мальчиков.
– Вот именно, братец. В доме Кларков никакой ругани. – Хмыкнула Виктория, подходя ближе, а когда сама взглянула на то, что было у него в руках, тут же выдала: – Ни черта себе!
– Эмма, это… – Люк не мог найти слов. – Самый крутой подарок. Брат, без обид.
– Да что там такое? – Вклинился Джейсон, единственный, кто оставался не в курсе событий.
Люк перевернул холст лицевой стороной к Джейсону, и тот захохотал, чуть не поперхнувшись содержимым бокала. Люк в образе Арагорна из «Властелина колец». С длинными волосами по плечи, с короной короля Гондора и длинным двуручным мечом, который перековали в третьей части.
– Джейсон проговорился, что вы фанат «Властелина», вот я и подумала, что вам может понравиться…
– Понравиться?! Да я в экстазе! Арагорн – мой любимый персонаж.
– Тогда я не зря старалась.
– Спасибо вам, Эмма!
– Да, спасибо, Эмма. – С притворным неудовольствием, но улыбкой в глазах подхватила его жена Синтия, симпатичная блондинка с косой чёлкой и красной помадой. – Теперь он повесит свой портрет над кроватью и будет любоваться самим собой двадцать четыре часа в сутки.
Все добродушно рассмеялись и ещё минут десять обсуждали, какой чудесный подарок я придумала и как восхитительно я рисую.
– Вы ещё не видели её домашнюю галерею. – Вдруг вставил Джейсон. И его комплимент попал мне прямо в сердце. – Настоящие произведения искусства хранятся в её квартире в Лос-Анджелесе.
– Как бы мне хотелось на них взглянуть! – Ахнула Бетти.
– Ну, скоро её картины появятся в галерее Берлингтона. – Нахваливал меня Джейсон, и все стали расспрашивать о моём совместном проекте с Уиллом.
Когда страсти вокруг моей персоны поутихли, Бетти хлопнула в ладоши и призвала всех усаживаться за стол. Джейсон занял стул рядом со мной, чтобы я не чувствовала себя чужой на этом пиршестве. Но все Кларки были так милы, что чужой я себя перестала чувствовать ещё в первые пять минут, как вошла в гостиную. Меня тронуло то, с какой готовностью эти люди были готовы принять чужака за свой стол и в свой узкий круг.
Гомон ни на секунду не смолкал. Все обменивались шутками, салатами и улыбками. Давно я так не смеялась, как в этот день. Давно не чувствовала себя частью чего-то большего, чем моя маленькая жизнь.
– Всё хорошо? – Прошептал Джейсон, склоняясь ко мне. От него пахло пеной для бритья, чем-то древесным и запеченым сыром.
– Всё просто замечательно. – Расцвела я. – Спасибо за то, что ты всё-таки пригласил меня.
– Это не я. Это Люк.
Его старший брат поднял бокал в нашу сторону и застолье продолжилось. Когда никто уже больше не мог съесть ни кусочка, хотя картофельный салат, грибная запеканка и жаренное мясо так и просились в рот, Люк хлопнул себя по животу и объявил:
– А теперь пора растрясти немного калорий. Кто за то, чтобы сыграть в «снегобол»?
– Да! – Завопила детвора, выбегая из-за стола с проворством маленьких белок.
– А вот и начинается самое интересное. – Насмешливо пробормотал мне Джейсон.
Он так и не просветил меня, что же это за игра такая, хотя догадаться, что проходит она на улице и в правилах обязательно фигурирует снег, было не так-то сложно. Все потянулись к вешалкам, даже неторопливая Бетти и молчаливый Роджер. В этой семье всё делали вместе.
Высыпавшись на просторный задний двор, который прятался за живой изгородью из невысоких туй, Кларки принялись расходиться в разные стороны и выстраиваться в линию. Люк стал катать ком снега величиной с маленький арбуз, пока я в полном недоумении пыталась понять, что же здесь происходит.
– Не волнуйтесь. – Успокоил меня Адам, муж Вики. – В первый раз я тоже ничего не понимал. Но вы быстро втянетесь.
– Разбиваемся на команды. – Скомандовал именинник, когда снежный ком был готов к чему-то ни было. В отличие от меня. – Эмма, хотите в команду с Джейсоном? Он у нас чемпион в «снегоболе».
– Ну уж нет. – Задорно ответила я. – Он не рассказал мне ничего об этой игре, поэтому я собираюсь разгромить его.
– Это правильно, дорогая! – Прокричала Бетти с другой стороны двора, а Джейсон засмеялся моей уверенности в себе:
– Тебе меня не разгромить. Я ни разу не проигрывал с пятнадцати лет.
– Это правда. – Подтвердила Виктория. – Но, братишка, всё бывает в первый раз.
– Только я не знаю, что нужно делать. – Сконфузилась я.
– Всё очень просто. – Обняв снежный ком одной рукой, второй Люк принялся рисовать границы в воздухе. – Команды расходятся по разным сторонам и выстраиваются в линию защиты.
Слева уже разминалась одна часть Кларков: Синтия со старшим сыном и Адам со своими малышами. Джейсон с важным видом присоединился к ним и покручивал шеей влево-вправо, улыбаясь мне до самых ушей, спрятанных под тёплой шапкой-ушанкой. В своей мягкой каске он выглядел до колик смешно, и я не могла перестать улыбаться в ответ.
Справа вовсю разогревались их соперники, бок о бок с которыми предстояло сражаться и мне. Виктория и Бетти дурачились, выгибая спины в не совсем изящных наклонах. Брайан и Ронни подпихивали друг дружку плечами и угрожающе проводили пальчиками по шее, обещая врагу неизбежную смерть.
Неравное разделение по количеству игроков, но, думаю, моей команде дали небольшую фору, раз уж я играла в первый раз.
Люк взял на себя ответственность капитана нашей разнокалиберной шайки, но пока продолжал рассказывать о правилах этой выдуманной игры:
– У каждого из защитников по пять снежных снарядов. Выпустить снежок можно в любой момент атаки, но категорически запрещается стрелять нападающему в лицо. За это можно получить жёлтую карточку, за две жёлтые – игроку светит дисквалификация на десять минут.
– А что же делать нападающему? – Спросила я.
– В центре поля находится наш снегобол. – Люк потряс ком-арбуз и хлопнул отца по плечу. – По свистку нашего честного судьи двое нападающих бегут со своей линии к снегоболу. Их задача первыми захватить его, добежать до линии противника и перекинуть через них. Гол засчитывается, если нападающий ни разу
