пошла бы совсем по другому пути.
Не было бы того ужаса, который пережила моя семья.
Впрочем, нет. В этом ужасе виновата совсем не Зоя.
Даже если бы ее в моей жизни не было, все равно были бы жадные, тщеславные Алиевы, охочие до чужого добра. Все равно они попытались бы подобраться ко мне, к тому, что я сумел заработать, создать.
Алиевы были бы в любом случае. Так или иначе захотели бы к нам подобраться. Возможно, и подобрались бы. И жил бы я сейчас с Мадиной…
А вот Зои бы не было.
Лучше было бы?
Без нее? Без моей Зои? Без моей жизни?
Тихонько подношу ее ладонь к губам. Она спит, а я тихонько целую их, тонкие, нежные, пальчики, которые умеют дарить ласки, сводящие с ума. Которые так умеют любить!
Целую, закрываю глаза, вспоминаю…
Вспоминаю эти пальчики, держащие ножницы. Остервенело разрезающие наши жизни на «до» и «после».
И водопад золота, льющийся на землю, прямо мне под ноги…
Опять стыну. Замедляя сердечный ход, воспоминания бьют наотмашь.
Как я мог допустить все это?
И можно ли было этого избежать?
Можно! Если бы я не был таким дураком!
Сломал жизнь. Потерял все.
Столько лет потерял!
А если бы мне тому, тому Тамерлану, который жил пять лет назад, уверенному в себе, знающему, кажется, цену жизни, вальяжному, циничному, если бы мне рассказали, чего будет стоить встреча с этой девушкой? С этой женщиной?
Отказался бы я от нее?
Если бы рассказали не только о том, сколько горя принесет нам обоим встреча, но и о том, какое счастье для нас быть рядом, быть вместе, любить друг друга?
Если бы я знал, какое блаженство испытаю просто вот так вот лежа рядом с ней на своей узенькой кровати!
Просто лежа рядом! Имея возможность положить руку на ее животик, в котором растет крохотный бутон нашей любви!
Просто дыша воздухом, которым дышит она?
Просто глядя на трепещущие во сне ресницы!
Чёртов романтик, Тамерлан!
Разве это ты когда-то был циником?
Разве ты когда-то разглядывал ее плотоядно, прикидывая, как быстро она переметнется от Ильяса с его дешевыми серьгами с бриллиантами к тебе, к твоему внедорожнику с круглым знаком на капоте?
- Почему ты не спишь?
Она улыбается. Это лучшее утро в моей жизни.
Я просыпаюсь с любимой женщиной, которая ждет от меня ребенка! И она мне улыбается!
- Я любуюсь на свою любимую.
- Хитрец… Крадешь время у вечности?
- Краду тебя у вечности, у времени, у всех на свете. Только моя теперь!
Но в этот момент дверь приоткрывается, и я слышу громкий, совсем не маскирующийся шепот.
- Он еще спит! Ой, и мама спит тут тоже!
Поворачиваю голову и улыбаюсь – на пороге стоят Света и Сандро, оба в пижамках, встрепанные, видно, что только встали с постели.
Улыбаюсь им и киваю головой, подзывая к нам.
Света смеется и быстро перебирая худенькими ножками скачет в мои объятия. На самом деле по выходным она частенько ко мне приходит. И сын тоже.
Сандро сейчас стеснительно жмется в дверном проеме. Вижу, что ему неловко.
- Сандро, малыш, беги скорее к нам, - Зоя всегда так ласкова с ним! И он это чувствует, тает от ее улыбки, совсем как я.
Он похож на меня, несмотря ни на что несмотря на то, что в нем нет ни капли моей крови. Он мой. Я люблю его. И несу ответственность за него. Он вырастет настоящим человеком, это я обещаю и ему, и себе.
Теперь на узенькой кровати нас четверо. Вернее пятеро, если считать крошечную жизнь, расцветающую у Зои внутри.
Мы с ней переглядываемся, и она смеется, прижимая к себе детей.
- Я знаю, что мы сегодня будем делать.
- Что?
- Поедем покупать огромную кровать.
Она говорит это так просто, а у меня внутри все сжимается, в горле ком и…
Чёрт, на глаза как-то внезапно накатывает непозволительная для отца семейства влага.
- Ты что?
Зоя прижимается ко мне, пристально вглядываясь в глаза.
- Это значит - «да»? – шепчу одними губами, чтобы слышала только она.
Мой Светлячок на отвечает, опускает голову, пряча лицо у меня на груди, хотя это не так удобно, ведь между нами два малыша, которым очень любопытно узнать, о чем таком мы секретничаем!
- Мам, Там, а почему вы вдвоем лежите? – младший Светлячок так часто задает самые правильные, но не всегда удобные вопросы! И что ей ответить?
- Просто мы… очень соскучились друг по другу, и нам захотелось быть рядом. – Зоя улыбается ей, поправляя небольшой пушистый чубчик, который отрос у Светы за то короткое время, что я с ними.
- А по папе ты скучаешь?
Вопрос, который лично меня выбил бы из колеи. Но Зоя улыбается, целует нашу девочку в макушку, и отвечает спокойно.
- Конечно, милая, я очень скучаю, и очень его люблю.
- А дядю Тамерлана ты тоже любишь? – ох уж эти детские вопросы!
- Да, малышка, дядю Тамерлана я тоже люблю, очень сильно.
Она смотрит на меня, и теперь уже в ее глазах подозрительный блеск. И мне надо ее спасать.
- Вам не кажется, что слишком много разговоров на голодный желудок, а? Я голоден как лев!
- Как волк же? – Света округляет глаза, мгновенно забывая про свой допрос.
- Лично я, как лев! – неожиданно для нее начинаю рычать, изображая настоящего льва, делаю вид, что набрасываюсь на нее, Светланка хохочет, только сильнее прижимаясь ко мне, закрывая глаза от удовольствия. Потом я проделываю ту же штуку с Сандро, который внезапно жмется к Зое, обнимая ее.
Это лучшее утро в моей жизни. Не хватает только Косты, но, думаю, немного времени, и он тоже к нам присоединиться.
- Там, а ты любишь маму? – Свету так просто не сбить с намеченного пути!
- Люблю. Очень сильно.
- А как именно сильно? До самого неба?
- До самого неба и дальше, до конца вселенной и дальше.
- Ого… как сильно. А меня? Меня ты тоже любишь?
- Больше жизни, моя маленькая. Больше жизни.
Света больше ничего не спрашивает, просто обнимает меня за шею, прижимаясь всем своим легким тельцем. И шепчет нежно:
- Я тебя тоже люблю. До неба и дальше.
- Завтракать пора, поднимаемся? У нас так много дел! Вы хотели в конюшню?
- Хотели! А
