150
Хадамадо – правильно хатамото, высший слой самураев (дворян), бывших непосредственными вассалами сегунов фамилии Токугава.
151
Сперва мы думали, что японцам угодно поместить нас порознь, а после уже узнали, что желание их было содержать нас вместе, но Мур просил их убедительным образом поместить его с Алексеем особо.
152
Старший при нас работник, по имени Иеске, страстно любил горячие напитки; почему сделал он заключение, что лучше редко, да больше выпить, нежели часто, но понемногу, и потому вместо одной чашки каждый день давал нам по две через день, Из них, однакоже, уделял немалую часть для себя и почти всегда к вечеру был пьян. Наконец, караульные, приметив, где он напивается, побранили его. Тогда уже он боялся воровать наше вино, а ожидал, когда мы сами его потчевали.
153
Всего чуднее был способ, каким Симонов спас свой нож от обысков японцев, когда тюремный надзиратель обыскивал меня и Хлебникова и все японцы, тут бывшие, обратили на нас глаза, Симонов имел столько смелости, что засунул нож в землю подле самой клетки, для матросов назначенной, а потом ночью, просунув руку сквозь столбы решетки, достал и спрятал его; с тех пор все время он находился в нашем владении, да и ныне я храню его как памятник странных наших приключений.
154
Это случилось в полоняне августа, когда у японцев бывает большой детский праздник, в который вечером всех детей мужского пола сбирают в замок, где они, в присутствии губернатора и всех городских чиновников, играют, поют, пляшут, борются и фехтуют на саблях; после их угощают ужином и дают разное лакомство. В нынешний раз, по словам Кумаджеро, их было до 1500 человек. Но надобно знать, что на этот праздник сбираются те только дети, которых родители могут порядочно одеть, а худо одетые сами стыдятся показываться в таком собрании. Женского же пола детей тут не бывает, ибо женщинам, по японскому закону, воспрещен вход в укрепленные места.
155
«…В половине августа… у японцев бывает большой детский праздник». Праздник «сити-го-сан» («7 – 5 – 3 года») установлен в честь мальчиков, достигших 5 лет, и девочек, достигших 3 и 7 лет. В настоящее время празднуется в Японии повсеместно 15 ноября.
156
Это была наша «Диана».
157
Когда Хвостов брал на Сахалине японское судно, то все люди с оного побросались в воду и пустились вплавь к берегу, кроме четверых, спрятавшихся внизу, которых он и взял; почему мы опасались, не то ли самое и теперь случилось.
158
У нас всегда сидели по два сторожа, а у Мура по одному; от этого происходило, что нам они не могли открыть никакой тайны.
159
В бумагах Рикорда этого упомянуто не было.
160
Нам прежде еще, тотчас по прочтении бумаг Рикорда, японцы говорили, что купца сего имени никогда в Мацмае не бывало и он должен быть из какого-нибудь другого места.
161
Японцы, узнав, что один из наших матросов был портной, стали давать нам только материи, чтоб мы шили платье по своему желанию; для легкости мы предпочитали покрой матросских брюк и фуфаек всем другим.
162
У японцев в обыкновении скрывать смерть всякого чиновника, доколе правительство не назначит ему преемника и не даст чина старшему его сыну, а буде нет сыновей, то пока не сделает какой-либо милости для его семейства или ближнего родственника, чтобы тем несколько смягчить горесть их. Впрочем, о такой тайне только не говорят явно и не доводят до сведения родственников, но потихоньку друг от друга в короткое время все узнают.
163
Мы после узнали, что иркутский гражданский губернатор определил достаточную сумму на их содержание; но как от японцев нельзя было опасаться, чтоб они жалобы свои довели до Иркутска, то, вероятно, тайон, или старшина малкинского селения, находил другое для их денег употребление.
164
Кумаджеро и другие японцы, при нас находившиеся, с удовольствием рассказывали об отзыве этих людей о Рикорде, которых он задержал на японском судне. Узнав, что мы живы, он тотчас велел их развязать, обошелся с ними весьма ласково и сделал многим подарки. Тут находилась подруга того купца, которого он взял с собою. Рикорд приказал привести ее на шлюп и велел русским женщинам ее угощать и показать все любопытное на нашем судне; отпуская ее со шлюпа, Рикорд подарил ей несколько европейских вещей, которые японцы ценят в 30 золотых монет; потом позволил мужу ее написать к своим родственникам письмо и уверить их, что он на будущий год непременно будет возвращен в свое отечество, а между тем теперь живет в каюте вместе с Рикордом и после до самого возвращения будет жить с ним. Такое внимание к их соотечественнику японцам весьма нравилось. Также сказал нам Кумаджеро, что намерение Рикорда сначала было взять одного человека и еще курильца для переводов, но четыре человека японцев сами добровольно согласились ехать со своим хозяином.
165
Во всех землях народные пословицы берутся от предметов, их окружающих. Японские берега подвержены частым туманам, а все жители Японии обоего пола и всякого возраста в летнее время веера из рук не выпускают.
166
А я и Хлебников успели писанные им к нам письма сжечь.
167
Теске сказал нам, что никто из японских вельмож не отважился бы сделать правительству подобное представление; но Аррао-Тадзимано-Ками, известный по своему редкому уму, не боялся говорить правду. Сверх того, он имел два важных случая, будучи зятем генерал-губернатора столицы, которое место занимает всегда один из самых приближенных к государю особ, и братом родным одной из императорских любовниц.
168
Жалованье его в Мацмае простиралось до трех тысяч больших золотых монет; каждая по весу превосходит несколько наш империал, а о качестве золота судить я не могу.
169
В Кунасири, на Итуруп, на Сахалин, в Аткис и Хакодате.
170
Не имея при себе книг, с помощию коих мог бы я написать грамматику, довольно полную, я принужден был довольствоваться тем, что мог сыскать в своей памяти, и писал оную более четырех месяцев. В предисловии, между прочим, упомянул я, что если попадется она в руки кому-нибудь из русских или знающему русский язык, то надобно ему помнить, что я писал наизусть. Примеры же в ней помещал приличные нашим обстоятельствам, что японцам весьма нравилось. Они с величайшей охотой переводили мои тетради на свой язык и кончили оные скоро, хотя они составляли все вместе добрую книгу. Теске и Баба-Сюдзоро весьма хорошо понимали изъяснения грамматических правил, а особливо последний из них; им только недоставало времени учить их наизусть. Сверх того, я перевел для них на русский язык разговоры, помещенные во французской грамматике с голландским переводом, которые, конечно, голландскому переводчику будут весьма полезны для изучения русского языка.
