Грей отвел руку Айвори.
— Она здесь. — О присутствии Беркли он догадался еще до того, как почувствовал слабое сопротивление двери. Грей сразу уловил легкий, почти неощутимый запах лаванды. Он сделал шаг вперед и осторожно потянул дверь на себя.
Беркли подняла глаза на Грея.
— Привет, — тихо и смущенно, сказала она. — Ты, верно, хочешь спросить, что я здесь делаю?
Грей взял ее за руку, и Беркли поняла, что он не сердится на нее.
— Помнишь мистера Лернера? — спросила она. Грей кивнул.
— Вчерашний спор о пьесах и ролях. Да, конечно, помню. — Заметив, что актер потирает затылок, он догадался: это не от растерянности, а от боли. Что же натворила Беркли?
— А это Гаррет Денисон, — продолжала Беркли. — Брат Грэма Денисона.
Грей склонил голову. Его лицо приняло суровое выражение, глаза холодно блеснули.
— Мне знакомо это имя.
Гаррет вскочил на ноги в ту самую секунду, когда Грей вошел в комнату. Охваченный тревогой и дурными предчувствиями, он до сих пор молчал, но теперь, прищурившись, настороженно вглядывался в лицо брата.
— Что за дурацкие игры, Грэм? Неужели ты решил, что я тебя не узнаю? Господи, какая глупость!
— Мой муж не помнит и не узнает вас, — проговорила Беркли. — Вам незачем опасаться его.
— Опасаться? Вы заблуждаетесь. Я никогда не боялся брата.
— В таком случае не стоит ворошить прошлое. — Взглянув на мужа, Беркли поняла, что Гаррет ничуть не интересует его; он не спускал глаз с нее. — Мистер Денисон проделал долгий путь, чтобы забрать серьгу.
— Он узнал украшение?
Беркли кивнула:
— Узнал и потребовал вернуть. Я только что отдала ему серьгу. Ты не дорожил этой вещицей, и я решила, что лучше отдать ее. Я не хочу волновать и тревожить тебя. Понимаешь?
Грей чуть заметно улыбнулся.
— Кажется, понимаю. — Он положил руку ей на талию и вновь повернулся к Гаррету. — Судя по всему, вы нам не верите. Мне понятны ваши сомнения. Ваше лицо ни о чем мне не говорит, но Беркли рассказала кое-что о моем прошлом. Если не ошибаюсь, я опозорил свою семью, и вы решили от меня избавиться.
— Грей! Я никогда не говорила…
— Да, не говорила, но именно так я понял твои слова. Надеюсь, я рассудил правильно, мистер Денисон?
Гаррет дернул головой. Этот холодный чопорный тон и обращение по фамилии были для него полной неожиданностью. Подумать только, какие усилия он прилагал, чтобы избежать встречи с братом. С той самой минуты, когда Андерсон сообщил ему, что Грэм жив, Гаррет размышлял, как с ним поступить. Всю дорогу до Сан-Франциско он думал, не устроить ли второе покушение. Единственным способом избежать убийства было раздобыть серьгу втайне от Грэма.
На сей раз Гаррет решил дать брату шанс, но теперь видел, что его благородный жест бесполезен и вряд ли будет оценен по достоинству.
Видимо, нападение в Чарлстоне все же привело к тому, что жизнь Грэма Денисона завершилась.
Усмехнувшись, Гаррет вновь сел на кровать.
— Прошу прощения, — пробормотал он. — Я полагал, что встреча с братом будет совсем иной. Но сейчас… я никак не приду в себя. Стало быть, это правда? Ты действительно не помнишь меня?
— Да, правда.
Гаррет улыбнулся:
— А «Бью-Риваж»?
— Тоже не помню.
— Невероятно. Твой отель чем-то напоминает мой дом. Я заметил сходство, как только увидел «Феникс». — Гаррет сделал паузу. — Надеюсь, тебя не задевает, что я называю «Бью-Риваж» своим домом?
— Только не называйте «Феникс» своим отелем.
У Гаррета поднялось настроение. Его лицо смягчилось, и он снисходительно кивнул брату:
— Ну а Элис?
Грей нахмурился и посмотрел на Беркли. Она ни разу не упоминала этого имени.
— Я не знаю, кто это.
— Ты собирался жениться на ней. Однако твое место занял я.
Беркли было тяжело видеть, что Гаррет насмехается над Греем. Ей хотелось уйти. До сих пор Андерсон оставался в стороне, но Грей непременно заинтересуется его ролью в происходящем. Беркли не желала отвечать на вопросы мужа в присутствии Андерсона. Вряд ли он даст ей возможность изложить события по-своему.
— Надеюсь, вы счастливы, — любезно отозвался Грей. — Мне не о чем сожалеть.
Беркли вспомнила о привычке Андерсона держать ее за талию, поглаживая кончиками пальцев. Представив себе, как костяшки его пальцев вонзаются ей в спину, девушка почувствовала дурноту. Напомнив себе о том, что рядом с ней Грей, она оторвала взгляд от Андерсона.
— Можно мне уйти? — спросила Беркли.
— Конечно. — Грей оглянулся на Айвори, с любопытством рассматривающую обитателей номера. — Пожалуйста, проводите мою жену в зал. Я спущусь через несколько минут.
Беркли воспротивилась, не желая уходить без Грея.
— Идемте, миссис Джейнуэй. — Айвори взяла ее под руку. — Оставим мужчин одних. Нам негоже смотреть, как они надувают щеки и принимают напыщенный вид. Тут вам не «Феникс». — Она потянула Беркли за собой.
Грей дождался, пока стихнут шаги женщин. Айвори оставила дверь открытой, так что в случае необходимости у него был путь к отступлению.
— Ты приехал только за серьгой, Гаррет? — осведомился он. — И получил то, что хотел? Гаррет надменно вскинул голову.
— Если только ты не дашь мне повод потребовать что-нибудь еще. — «Твою жизнь, к примеру», — подумал он. — Скажи, не вернулась ли к тебе память?
Грей приставил палец х виску:
— Чистый лист. Черный провал. И полагаю, так останется навсегда.
Гаррет нахмурился. Что имеет в виду брат? Намекает ли он, что все помнит и его неведение — чистое притворство? Или на слово Грэма можно положиться?
— Серьга у меня. — Достав украшение из кармана, Гаррет показал его Грею. — Если бы не твоя жена, я вряд ли завладел бы ею. Поиски отняли много времени и сил. Я имею в виду — серьги. Тебя я не искал. Я был бы только рад не видеть тебя больше.
— Понимаю. По-твоему, я не заслуживаю прощения.
— Значит, она рассказала тебе о Сокольничем.
Грей кивнул.
— Мне трудно представить себя на его месте. Кажется, что это прозвище носит другой человек.
— О нет, именно ты. Ты получил это прозвище, переправляя своих черных пташек по «Подземке». Откровенно говоря, я удивился, узнав, что ты не вернулся к своей прежней деятельности. Как видно, барс все же способен переменить пятна свои[5]. — Гаррет завернул серьгу в платок и положил ее в карман. — Ты не спрашиваешь о моем партнере, — добавил он, указывая на Андерсона. — Меня так и подмывает высказать несколько предположений о причинах твоего безразличия.
— Я лишь хотел удостовериться, что мы с тобой в полном расчете, — ответил Грей. — И рад, что между нами все кончено.
Гаррет кивнул и, скрестив руки на груди, ждал, чем завершится разговор Грея с Андерсоном.
