— Эй! Что ты тут делаешь?! — воскликнула я. — И чего ты потерял в моем шкафу?
— В каком еще шкафу? — хрипло спросил Энтони, держась за голову.
Именно его графское сиятельство и оказался виновником всего грохота.
— Ты что? Ты пьян? — изумилась я.
Ополовиненная бутылка джина в его руке навевала вполне определенные подозрения.
— С чего ты взяла? — Собравшись с силами, он сел, прислонился спиной к кровати. И на бутылку посмотрел, как будто в первый раз видит. — Не-е… Это не выпивка, это средство для опытов.
— И с чем же ты экспериментируешь? — спросила я, не скрывая в голосе ехидства. И вместе с одеялом сползла рядышком, на пушистый прикроватный коврик.
Но Тони и ухом не повел, завернул поплотней пробку.
— Что-то я проголодался… Венер, пошли, пожуем чего-нибудь?
Ужасно романтично начинается день! Не успела я проснуться — как парень моей мечты падает к моим ногам, а потом приглашает позавтракать тет-а-тет!
Когда я оделась и спустилась вниз, на кухне вовсю разгорался межклассовым конфликт, слышный во всем замке.
— Господин граф, позвольте, я накрою в столовой!
— Отстань, пожалуйста.
— Но, господин граф, хозяину замка не пристало кушать на кухне!
— Уймись, прошу тебя. Раз я хозяин, мне все пристало. Ты только отстань…
— Господин граф, ну что вы делаете?! Позвольте, я вам приготовлю…
— Да не надо мне ничего готовить! Я сам все сделаю. Брысь с глаз долой! Иди лучше кошек накорми.
— Уже накормила, господин граф.
— Всех? Точно? Вот иди и проверь!
С изгнанной нимфой я столкнулась в дверях. Покрасневший кончик носа и мокрые глаза говорили сами за себя. Причина ее огорчения выяснилась сразу же: вместо того чтоб заказать к завтраку какой-нибудь изысканный фуагра-аля-кутюр, Энтони вооружился поварским «палашом» и накрошил бутербродов!
— Нет, Венера, ты погляди! — воскликнул он, потрясая оружием кухонного назначения. — Хороша помощница! Кофе она варить не будет, потому что вредно. Бутерброды не ешьте — всухомятку нельзя. Во всем хозяину надо перечить!
— Ты задел ее профессиональное самолюбие, — сказала я, утащив из-под ножа дольку помидора. — Ты ничего не понимаешь — ты предпочел кулинарному искусству суррогат фастфуда.
— Это она ничего не понимает, — проворчал Тони.
Да, то были бутерброды. Но зато какие! На тонкий ломтик хлеба клался кусочек ветчины, который поливался майонезом, потом шло колечко помидора, которое накрывалось ломтиком сыра, и сверху все посыпалось зеленью. И все это он отправил в разогретую духовку — целый противень.
Покидав оставшиеся продукты обратно в холодильник и смахнув со стола крошки, Энтони уселся на широкий подоконник и сказал:
— Я понял, почему оказался в шкафу.
Через пару минут, уплетая горячие бутерброды (хрустящие снизу и тягучие от расплавившегося сыра сверху), я тоже все уяснила.
Прошедшей ночью, в отличие от меня, Энтони вообще спать не собирался. Лунную бессонницу он решил использовать творчески. Пролистав всю Книгу, Тони нашел занятный рецепт. Сваренное по нему зелье давало возможность заглянуть в прошлое. И, следовательно, увидеть много интересного.
— Это как в сказках? — уточнила я. — Посмотришь в ведьминский котел, и там тебе все покажут?
— Нет-нет-нет! — помахал бутербродом Тони. — Это совершенно иная технология. Гарантируется полный эффект присутствия.
По-прежнему сидя на высоком подоконнике, он пил ужасно вредный крепкий кофе, легкомысленно болтал ногами. Рядом, на своем обычном месте, дремала Жозефина. (Месяц назад она показалась мне глубоко беременной, и я никак не думала, что она может стать в два раза толще!) Кошка лениво подняла голову, ловя носом ароматы. Потом облизнулась. Но так как Энтони, увлеченно рассказывая о чудесном колдовском снадобье, не обратил на нее внимания, Жозефина ничтоже сумняшеся принялась пинать хозяина задней лапой. Опомнившись, Тони отломил ей кусочек горячего сыра, который Жозефина с аппетитом скушала, не вставая.
— Называется, она их кормила! — придирчиво заметил Энтони.
От второго кусочка кошка отвернулась с оскорбленным видом. «Зачем ты предлагаешь мне эту несъедобную гадость?!» — отчетливо отразилось на привередливой морде.
— Ну и фиг с тобой, моя дорогая. Короче, Венера, с помощью этого зелья можно подключиться к долговременной памяти замка. То есть можно увидеть все, что происходило в этих стенах на протяжении всего времени их существования, начиная с момента основания вплоть до этой самой минуты.
— Круто, — сказала я.
— Я нашел кое-что интересное, — добавил он, — и я хочу, чтобы ты тоже это увидела.
По его лицу я поняла: это «кое-что» замок запомнил не напрасно.
ГЛАВА 57
Про колдовское зелье и машину времени
Для путешествия вдвоем полбутылки джина было мало. Поэтому пришлось подняться на третий этаж, где располагалась алхимическая лаборатория.
Как в такой обстановке можно проводить научные опыты — ума не приложу. На длинных столах, на тумбах и стеллажах колбы, реторты и прочие пробирки по самые пробки утопали в пыли и паутине. В таких жутких условиях, по-моему, можно было создать исключительно жуткую отраву, но никак не зелье, пригодное к употреблению.
— «Сушеные крылья перуанских нетопырей», «Заспиртованные мозги китайских дятлов»… О! «Сверчки моченые с крысиными ушками в собственном соку» — а я-то в прошлый раз их обыскался…
Энтони читал этикетки на склянках, будто меню в ресторане.
— «Ил мертвого озера консервированный», «Ушная сера зомби первого призыва», «Лапки мокриц копченые», «Протоплазма фантома-утопленника»… Эй, Венера! Ты чего позеленела? В эликсир я ничего такого не клал. Вот смотри — все строго по рецепту.
Тони достал с полки стеклянный графин, сдул с него пыль, поставил на стол. Сунул в горлышко ба-а-альшую воронку, куда принялся по очереди вливать разные (причем разноцветные) жидкости, которые в графине почему-то располагались слоями, напомнив мне веселенькие полосатые гольфы.
— Итак, приступим. Отвар цветков одуванчика, собранного в ночь первого весеннего полнолуния. Пыльца с крыльев бабочки-махаона, разведенная в молоке черной козы. Вода из семи родников, взятая на рассвете пятницы, тринадцатого. Роса с лепестков альпийского эдельвейса и с цветков мака… Не помню, откуда. Слезы горных эльфов, пару капель… — продолжал Энтони, не обращая внимания на раздавшийся в углу шорох.
Отпихнув мусор и свалив стопу книг, из тайного хода, скрывавшегося за панелью стены, появился Вик. Заметив нас, он почему-то смутился. И что-то быстро спрятал за спину.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
