— А где твоя мама?
— Ждет, когда я приду, чтобы помолиться.
— Тогда тебе надо поспешить.
— А ты пойдешь со мной?
— Если хочешь.
Они с Дэвидом вместе вошли в спальню мальчика.
Разбиравшая постель Анна вопросительно взглянула на Джека.
После ванны она тоже выглядела посвежевшей. Волосы ее были мокрыми, но не от дождя, а после мытья. От нее пахло цветами — по контрасту с Джеком, от которого сейчас пахло навозом.
Смущенно пожав плечами, он указал пальцем на Дэвида.
— Он, э-э-э, хочет, чтобы я послушал его молитву.
Забравшись на постель, Дэвид поправил подушку, положил на место игрушки, с которыми собирался спать, и, убедившись, что книжка про динозавров находится на тумбочке, сложил руки под подбородком, закрыл глаза и начал произносить слова молитвы.
Джек наклонил голову и тоже закрыл глаза. Жаль, что Анна не может слышать чистый голосок своего мальчика, который просит Бога благословить тех, кого он любит. Из всех звуков мира — музыки, плеска волн, шелеста ветра в листве деревьев — ей, вероятно, больше всего хотелось бы услышать именно это, и сердце Джека разрывалось от сознания того, что она лишена такой возможности.
— Благослови, Господи, Джека и сделай так, чтобы он не уезжал.
Подняв голову, Джек быстро взглянул сначала на Анну, потом на Дэвида. Должно быть, она прочитала слова Дэвида по губам, потому что сразу же посмотрела на Джека, но, когда их взгляды встретились, быстро отвернулась. Наклонившись над Дэвидом, Анна поцеловала его на ночь и знаками показала, что любит его.
— Я тоже тебя люблю, мамочка.
— Спокойной ночи, Дэвид.
— Джек, ты будешь здесь утром, когда я проснусь?
— Конечно. Я надеюсь, ты поможешь мне оценить ущерб, который нанесла буря.
— Классно!
Анна задула свечу на тумбочке, Дэвид положил голову на подушку и закрыл глаза. Когда Анна и Джек подошли к двери, он уже засыпал.
Выйдя в коридор, они взглянули друг на друга.
— Может быть, это слишком дерзко… Дерзко, — повторил он, догадавшись, что Анна не поняла. — Нахально. — Она кивнула. — Вы не возражаете, если я воспользуюсь вашим душем?
Она махнула в сторону ванной.
— Потому что трейлер… Трейлер…
Она склонила голову набок — поза, в которой обычно люди слушают. Но Анна смотрела на его губы, и это отвлекало Джека.
— Я… э-э-э… должен сказать, что с сарая почти полностью сорвана крыша. Но страховая компания это возместит. Да, часть изгороди сломана — столбы просто выдернуты из земли. Мне не приходилось раньше видеть, чтобы торнадо такое творил. Кладовая для инструментов совершенно разрушена. Завтра я все проверю как следует. В темноте, да еще под дождем, трудно точно оценить ущерб. Возможно, я что-то пропустил.
Анна знаками изобразила слово трейлер.
Он на секунду отвел глаза, затем, понимая, что она и сама утром все увидит, сказал:
— Расплющен, как консервная банка.
Она долго смотрела на его губы, затем опустила голову. Вода с протекшего потолка с веселым звоном капала в кастрюли, но Анна не могла этого слышать.
Джек протянул к ней руку, но тут же стыдливо отдернул.
Тем не менее она заметила его движение и вскинула на него взгляд.
— Нам повезло, Анна.
Полными слез глазами она посмотрела на дверь комнаты Дэвида.
— Возвращаясь к тому, о чем мы раньше говорили, — сказал Джек, — я бы хотел принять душ. Если вы не… — Поглощенный игрой света на ее лице, он замолчал.
Едва его губы перестали двигаться, она заглянула ему в глаза.
— Если вы не возражаете.
— Ради Бога, — знаками показала Анна, одновременно повторяя эти слова одними губами.
— Тогда хорошо. А потом я пойду в свой грузовик. Не в первый раз, да и не так-то это плохо.
Прежде чем он успел договорить, она взмахом руки показала, чтобы он замолчал.
— Что?
Анна изобразила знак, обозначающий сон, и указала на первый этаж.
— На диване?
Она кивнула.
Он переступил с ноги на ногу.
— Если подумать, это не такая уж и плохая идея. Пока света нет и все такое, может быть, мне лучше… Она настойчиво закивала. Джек сдался.
— Ладно, тогда… — Он еще немного постоял, не зная, что теперь сказать или сделать. Ему совсем не хотелось расставаться с Анной. — Ну, я тогда… гм… пойду приму душ и не буду вас задерживать. Вы, должно быть, очень устали. Спокойной ночи.
Она знаком показала «Спокойной ночи» и со свечой в руке направилась в свою комнату, переступая через тазы и кастрюли, уже изрядно наполнившиеся водой.
* * *
Чтобы снять напряжение, Джек долго стоял под душем, подставляя горячей струе сначала голову, затем плечи. Он намыливался и ополаскивался, вновь намыливался и вновь ополаскивался, стоя под душем до тех пор, пока вода не стала холодной.
Вытершись, он надел чистые джинсы и майку, которые хранил в грузовике как раз на такой непредвиденный случай.
Спустив воду в ванне, он собрал мокрые полотенца — свои и Дэвида, — чтобы отнести их вниз, в подсобное помещение.
Но когда вышел в коридор, услышал доносившиеся из комнаты Анны тихие рыдания.
На долю секунды Джек застыл на месте, затем, бросив полотенца на пол, подошел к спальне Анны и заглянул внутрь. Постель была разобрана, свеча стояла на прикроватной тумбочке, но сама Анна сидела возле окна в кресле-качалке и, глядя на дождь, плакала.
Она не знала о приближении Джека до тех пор, пока не увидела его отражение в зеркале. Вздрогнув, она быстро вытерла слезы, встала и повернулась ему навстречу.
— Я не хотел вас беспокоить, Анна. Я просто хотел убедиться, что с вами все в порядке.
Она долго смотрела на него, затем поднесла руку к губам и показала «Спасибо».
— За что?
Она смущенно потупилась и знаками изобразила имя Дэвида.
— Ради Бога, Анна, не благодарите меня за это, — хриплым голосом произнес Джек.
Она упрямо тряхнула головой и снова показала этот знак. На сей раз, как мог заметить Джек, губы ее начали дрожать, а глаза наполнились слезами.
— Эй! — Он сделал шаг вперед и положил руки ей на плечи. — Теперь ведь все хорошо. Вы испугались. Я тоже испугался, но ничего действительно страшного не произошло. Дэвид в безопасности, и это главное.
Было вполне естественно, что после этих слов он привлек ее к себе. Обняв рукой ее голову, он прижал Анну к своей груди. Майка Джека быстро намокла от ее слез.
— Все хорошо, — сказал он, неловким жестом похлопав ее по спине. — Это просто запоздалая реакция, только и всего. Если вам так будет легче, плачьте. Вы имеете право на это. Я останусь здесь столько, сколько нужно.
Как и тогда в подвале, Анна не могла разобрать точный смысл его слов, но этого и не требовалось. Все было и так понятно. Прижав пальцы к горлу Джека, Анна через вибрацию воспринимала то, что он говорил.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
