Читаем без скачивания Проект «Переселение». Дилогия (СИ) - Сергей Панченко

Глава 3

Месяц прошел с того момента, как военный городок оказался в совершенно другом мире. Массовое убийство в секторе «Б» больше нигде не повторилось. Но этого хватило, чтобы рассматривать окружающий мир, как враждебный. За месяц был собран и обработан неплохой материал об окружающем мире.

Природа этой планеты была похожа и непохожа на земную. Растения так же использовали фотосинтез для жизнедеятельности. Но в длительную ночь они брали энергию их химических реакций окисления. Побочным продуктом являлась концентрированная кислота, выделявшаяся на листьях и стеблях растений. Эта же кислота притягивала влагу из воздуха, создавая в лесу непроглядный туман. По большей части деревья в лесу были плодовыми. Разнообразные плоды и ягоды манили своей нежной и душистой мякотью. За месяц земляне настолько успели соскучиться по свежей пище, что инопланетные дары казались очень заманчивой пищей. Чтобы не отказывать себе в удовольствиях, решили испытать плоды на кроликах. Большую часть плодов они приняли, и неплохо себя чувствовали. Как всегда нашлись добровольцы из числа людей. Те кто успели немного испортить отношения с властью решили добровольно согласиться на эксперимент. Почти вся одобренная кроликами еда, усвоилась и людьми.

С фауной дела обстояли сложнее. Никто из животных не стремился оказаться на виду у людей. Поэтому военными был проведен эксперимент, который они назвали «Огненный шквал». С точки зрения Насти, эксперимент был бесчеловечным и никакой наукой его нельзя было оправдать.

В один прекрасный день к опушке леса, в секторе «М», подъехали несколько БТРов, БМП, танков, и человек сто солдат. Они встали в одну линию, растянувшись метров на пятьдесят. По команде был открыт огонь из всех орудий. Минут десять в сторону леса летел свинец. В джунглях даже образовался проход. Множество стволов деревьев было срезано пулями. После этого в лес двинулись солдаты прикрываемые техникой, с целью собрать представителей местной фауны.

Много животных тогда пало жертвой эксперимента. Освободившиеся холодильники столовой войсковой части были забиты убитыми тушами местных животных. Но самой ценной находкой оказался «енот». Явно разумное существо. Прозвали его так за черные полоски идущие от глаз. Ростом метр двадцать. Оно имело плотный белый мех, с редкими черными полосами или пятнами. Ниже локтей на руках, и ниже колен на ногах, мех уже не рос, открывая взору нежно-розовую кожу. На лице меха тоже не было, но ближе к ушам имелась отчетливая граница, за которой мех уже рос, и довольно плотно, скрывая уши.

Нос «енота» был похож на сосиску, с небольшими ноздрями на самом кончике. Но самое интересное в «еноте» было то, что он был одет. И одежда его была не из домотканных материалов, а вполне высокотехнологичная, даже по человеческим меркам. Больше на убитом, из того, что помогло бы оценить их уровень развития, найдено не было.

Самым неожиданным в этом существе оказалось то, что его стопы стопроцентно совпадали с отпечатками лап в ту злополучную ночь, в секторе «Б». Убийца людей был найден. Его начавшая разлагаться тушка была показана всем жителям городка, и теперь каждый, от мала до велика имел представление о том, кто их враг. Надо ли было говорить о том, что чувствовали родные тех мужчин, что погибли от рук этих существ.

Настя считала рассказ отца абсолютной правдой, не только потому, что отец это действительно видел, но и потому, что ее продолжали мучать невероятно реалистичные сны. Голоса во сне всегда знали, что происходит в городке и пытались узнать ее мнение по этому поводу. Они ей прозрачно намекнули, что ее отец не врет, и все так и было, как он рассказывает. В итоге, Настя стала задумываться над тем, какую выгоду ищут те неизвестные существа, забросившие их на эту планету.

— Пап, получается, что кто-то захотел нас стравить. Подставил «енотов» и захотел чтобы мы с ним воевали? — Настя спросила отца, немного ушедшего в себя после потрясений.

— Наверно, Насть. Но через месяц я буду уверен, что никаких шаров я не видел. На самом деле прибежала банда «енотов», перерезала всех людей и молча сбежала назад. Так проще.

— Не надо, пап. Ты смотри все люди как зомбированные только и представляют, как они отомстят этим существам. У меня есть сильное предчувствие, что мы идем у кого-то на поводу. Нами манипулируют, как куклами.

— Ты знаешь, как это проверить? — Спросил отец.

— Нужно не делать, то чего они от нас хотят.

— Например.

— Не нужно воевать против «енотов». Тем самым мы не оправдаем надежд кукловодов, и может быть, мы сможем вернуться обратно.

— Насть, ты сама в это веришь? — С сомнением спросил отец.

— Я вверю, что стоит попытаться.

Впрочем, до отца было трудно достучаться. Тот случай сильно выбил его из колеи, и теперь он редко выходил из депрессивного состояния. Настя всюду чувствовала себя одинокой. На общественных работах, она постоянно попадала в одну смену с Леськой, подругой детства. Но у той погиб отец в ту злополучную ночь, и она тоже не помышляла ни о чем кроме войны. Настя иногда пыталась подвести людей к иной точке зрения. При ней они даже внимали ее аргументам, но стоило им выйти в люди, как их словно подменяли. Не удивительно, что все шло к войне.

Военные разрабатывали план начала боевых действий, выбирая основные направления и объекты удара. Всех желающих добровольно присоединиться к армии с удовольствием обучали владению огнестрельным и прочим оружием.

Настя замечала, что агитируя людей не начинать бессмысленную войну, она постепенно становится изгоем. Даже Леся стала сторониться ее и на общественных работах больше не старалась попасть с Настей вместе. Остальные же не стеснялись показывать на нее пальцем и высказывать обидные комментарии в ее сторону.

Девушка поняла, что народ идет за тем, кто его ведет и всегда считает правым того, кто им управляет. Ей нужен был командир дивизии. Только он мог трезво внять ее доводам и прекратить подготовку к войне. Добиться аудиенции у самого высокого начальника было трудно, особенно учитывая сложившуюся репутацию девушки, на подобное можно вообще было не рассчитывать.

Настя решила сделать ход конем. Она на некоторое время прекратила все пацифистские разговоры и даже записалась добровольцем в армию.

— Насть, ты совсем сдурела? — Сокрушалась мать. — Чего это тебя из одной крайности в другую бросает?

— Ничего страшного, мам. Пока это только проявления одной крайности, только вот такие замысловатые. Для начала хочу, чтобы все успокоились и забыли про меня.

— А потом?