Читаем без скачивания Проект «Переселение». Дилогия (СИ) - Сергей Панченко

— А потом?

— А потом видно будет.

— По глазам вижу, замыслила что-то. Дочк, ты меня пугаешь. Тут отец весь хмурый целыми днями ходит, ты чего-то чудишь. Я же смотрю на вас, и знаешь как мне на душе тоскливо делается. — Мать не выдержала и расплакалась.

— Мам, ну что ты, успокойся. Все хорошо.

— Да я что, дура по-вашему? Я же вижу, что все не хорошо. Чего тебе неймется правду искать. Все в городке о тебе говорят, как я приду куда, так замолкают, будто других тем и нет.

— Мам, если таким образом рассуждать, то можно покрывать любые гадости. Ты не стесняйся, а гордись мной. Если все говорят обо мне, значит я звезда.

— Звезда из гнезда. — Пошутила мать вытирая глаза тыльной стороной ладоней.

— Теперь я в армии, агитацию свою среди людей прекращаю, а там посмотрю куда кривая выведет.

— Тебя же там убить могут?

— Мам, тут везде убить могут. Думаешь у нас дома безопаснее, чем на улице? Я верю в то, что видел папа. Если бы нас собирались убить, то мы и глазом не успели бы моргнуть.

Настю определили в медсестры. Благодаря приобретенным в академии знаниям и пытливому уму девушка смогла быстро заиметь расположение госпитальных врачей, имеющих богатый опыт военной медицины.

О врагах почти ничего известно не было. Предполагалось, что в его распоряжении не имеется огнестрельного оружия, так как все рабочие и военные погибшие в секторе «Б» имели только колотые раны. Упор был сделан именно на такой тип ран, а так же яды. Как и все существа выросшие среди природы врагам должны быть известны свойства всех растений и они непременно для усиления эффекта должны были применять яды.

Настя с новыми коллегами старалась не поднимать тему прекращения войны. Врачи, что слышали о ее проделках нередко интересовались, о ней ли ходили эти нелепые разговоры? Настя всегда шутками переводила тему на другие рельсы. Постепенно отношение к ней, как к троянскому коню стало пропадать. Коллектив госпиталя принял ее.

Перед непосредственным началом войны командованием были устроены учения для проверки боеготовности и слаженности всех подразделений. Военные на бронетехнике изображали движение по джунглям. Идущие следом военные должны были помогать расчищать образовавшуюся просеку. Именно на них и должны были приходиться потери. Солдаты имитировали ранения, к ним подбегали другие солдаты, грузили на носилки и выносили с поля боя.

Настя участвовала вместе со всеми. Опытный врач хирург давал вводную по каждому случаю ранения и в максимально короткий срок требовалось произвести именно те манипуляции, которые подходили к данному ранению. Настя выполнила все безукоризненно.

— Вот, учитесь! — Врач понимающе осмотрел перевязанного Настей бойца. — Как по учебнику.

Именно в этот момент командир дивизии полковник Петренко проходил с критическим осмотром своих подопечных.

— Кого вы так хвалите, товарищ подполковник? — Обратился он к хирургу.

— Вот, отметил работу медсестры Самойловой. Она в медакадемии учится…училась, сразу видно, что человек выбрал правильную профессию. Смотрите, товарищ полковник, перевязка какая четкая, без лишних перехлестов, не слабая и не перетянутая, ну и все процедуры провела правильно.

Полковник с интересом посмотрел на симпатичную медсестру. Настя почувствовала, что это шанс. Она глубоко вздохнула и набравшись смелости выдала.

— Товарищ полковник, а можно с вами тет-а-тет поговорить.

Полковника подобная просьба немного обескуражила. Он не сразу нашел, что ответить.

— Ну я рад буду вас выслушать, товарищ Самойлова, но к чему такая секретность?

— У меня свой взгляд на ситуацию, и я хотела бы, чтобы вы его выслушали. Возможно вы не рассматривали проблему с той стороны, о которой я вам хочу рассказать.

Командир дивизии привык рассматривать людей открыто, пытаясь под тяжестью своего взгляда выяснить сущность стоящего перед ним человека. Он смотрел на Настю взглядом человека в авторитете которого никто не может сомневаться. Девушка стоически выдержала этот взгляд, ни разу не сморгнув и не отвернувшись.

— Через час, я буду ждать вас в своем кабинете. Вот возьмите. — Он протянул ей суточный пропуск, на котором стояла печать штабной канцелярии.

— Спасибо. — В душе Насти затеплилась надежда на понимание.

— Насть, ты чего задумала? — Спросила девушка вместе с которой Настя напросилась в госпиталь.

— Не переживай, так поболтать о разном.

— С командиром дивизии?

— А что, он мужчина видный, я тоже ничего, мы могли бы найти общий язык.

— Да ладно, ты чего полковника Петренко окучивать собралась, он же старше тебя на миллион лет, да жена у него вроде еще жива?

— Да ну тебя, сдался мне этот настоящий полковник. О другом я с ним хочу поговорить. Не спрашивай о чем, все равно не расскажу. Все пока, пойду собираться на аудиенцию.

Сразу Настю в кабинет к Петренко не пустили. Волнение усиливалось. Девушка очень рассчитывала на понимание полковника. Выше прыгать уже было некуда. Если с полковником не выгорит… Настя даже не хотела рассматривать иной вариант.

Наконец дверь кабинета распахнулась и оттуда вышли не менее пятнадцати офицеров. Мужчины с удивлением рассматривали девушку в кресле, ожидающую своей очереди. Они разошлись, но половник некоторое время не просил Настю зайти. Только минут через пять донесся его громкий голос.

— Самойлова, ты там? Заходи!

Настя вошла, и не дожидаясь приглашения сесть, заняла стул.

— Чего там у тебя интригующего? — Спросил полковник.

— Товарищ полковник. — Девушка зарделась от волнения. — То что я вам сейчас расскажу, звучит необычно, но вы обязательно должны меня выслушать. Я рассчитываю на ваше понимание, потому что народ всегда идет за лидером.

— Настя? — Переспросил имя полковник. Девушка утвердительно махнула. — Вы меня и так уже заинтриговали, давайте говорите так, как это принято у военных, без лишних предисловий.

— Хорошо, но я прошу все-таки воспринимать меня серьезно.

— Договорились.

— Вскоре после того, как мы попали в это место, я стала видеть странные сны. Вернее это один сон. Я нахожусь в круге, а вокруг туман и из тумана доносятся голоса, которые все время интересуются моим мнением на последние события. Это можно было бы считать просто сном, если бы они не были настолько реальными. Там я ощущаю себя так же как сейчас у вас в кабинете. — Настя заметила появляющийся во взгляде военного скептицизм, она была готова к этому. — Да, звучит, как бред сумасшедшего, сама учила различные расстройства, поэтому говорю как есть, это не расстройство психики. Нам хотят объяснить как действовать в сложившейся ситуации.