Рассуждать о феномене просто, если сидишь у монитора в уютной комнате. Но стоит вам приехать одному на озеро Дынке…
— Костя, радиацию померь.
Теперь даже Гоблин помрачнел.
— Мальчики, вы меня пугаете, — сообщила Ленни, глядя на серый мегалит уже другими глазами.
— Нормально, шеф.
— Проверить оружие, — сказал я, чтобы разрядить обстановку.
С оружием у нас богато, набрали много.
У сталкеров два «калаша» и свои карабины. На «зверьке» с турели смотрит вперед ПКМ сталкеров, в кузове «трахомы» наготове лежит «Удар». Из гладкоствола имеется «шайтан-помпа» Сомова и чудовищный девайс с огромным барабаном на двенадцать патронов — Protecta «Striker» — гладкоствольное ружье двенадцатого калибра с револьверной схемой, который Zicke взяла в аренду у Юры Вотякова для усиления индивидуальной огневой мощи. Как часто она собирается из него стрелять, не знаю, но на стрельбище ей было непросто. У каждого из нас по две «эфки», еще четыре штуки лежат в резерве. Два «клеймора», две ракетницы, фальшфейеры и десяток взрывпакетов… Конечно же, планируя разведвыход, мы прикидывали все те опасности, с которыми можем столкнуться. Вот только все ли учли? Сомов предлагал еще и миномет прихватить, но я посчитал, что это уже ослабит оборону форта.
Моторы сыто урчали, экипажи делали вид, что любуются видами неведомого плато, заботливо укрывавшего нас от преобладающих ветров. Наконец слева потянулся предгорный лес, невысокий, но густой. В отдельных местах деревья лезли на скалы, несколько рощиц сумели закрепиться повыше. Стало чуть поуютней.
Но причина, по которой люди не хотят сюда соваться, вырисовывается — здесь просто страшно. Ну и долбень же тот французский выживатель, нашел куда людей вести!
Хорошо бы найти заброшенную избу или хотя бы балаган. Отчего бы нет, и сюда Писатели могли кого-нибудь изначально скинуть: дорога-то имеется. Столь длинный участок магистрали, пусть и второстепенной, и без пятнашек… как-то неправильно для их компьютера.
Обедать пора, и хорошо бы это делать хотя бы под навесом балагана. Но, увы, машины проходили километр за километром, а желанного укрытия ни справа, ни слева не было видно. Пришлось трапезничать на свежем воздухе. Среди густых зарослей каких-то скрюченных деревьев с тонкими длинными листьями, на склоне небольшой террасы Костя первым заметил маленькую, относительно ровную площадку наверху с удобным подъездом. Осмотрели место в тепловизоры — чисто.
Поднявшись по высоте метров на двадцать, мы быстро разожгли костерок и разложили складной столик — вот когда проявляются преимущества «трахомы»: чего только нет в кузове за спиной Гоблина. Под густыми ветками было тихо и сухо, тент растянули, не закрепляя, — ветра внизу нет. Кастет полез в деревянный ящик, стоящий в кузове «трахомы», и извлек оттуда большой пакет с различной снедью, при этом соседний пакет подозрительно звякнул. Я напрягся, но тема развития не получила. Спокойно перекусили, полежали на траве. Через четверть часа с небес полетел мелкий дождь, длившийся всего минут восемь. Воспользовавшись паузой, я вытащил заготовку карты и начал наносить на нее новые объекты и ориентиры.
Внизу под нами начиналась огромная долина саванны, на другой стороне которой стоит Форт-Росс. С одной стороны долину ограничивает цепь невысоких холмов, уходящих на восток к Секвойке, с другой — Большая Желтая Дорога. Гоблин в бинокль тщетно пытался разглядеть усадьбу. Потом оптику взяла Ленни.
— А я вижу!
— Ну-ка, дай!
Точно! Сначала я увидел белое пятно ангара, что и помогло зацепиться взгляду. А потом и сам форт. Да мы прямо напротив него стоим!
Пш-шш… Гоблин уже включил в машине рацию.
— «Башня» — «Гоблину», прием.
— В канале, Миша. Где вы находитесь, ребята?
— Прямо напротив вас, Катя! Иди к стереотрубе, я через минуту фальшфейер зажгу.
Пока Сомов докладывал и выспрашивал, над неглубоким ущельем, напротив которого мы встали, поднялись две птицы. Огромные, они взмыли прямо над нашими головами — хотелось посмотреть на землю и поймать их тень, несмотря на то что солнца не было. Постепенно круги, описываемые орлами, становились все больше — начинался вечный ритуал смертельной воздушной охоты, поиск жертвы. Хранители и хозяева плато привычно парили над этими суровыми и страшноватыми скалами. Раскинув двухметровые крылья, орлы внимательно смотрели на пришельцев. А быстро двигаются! Вроде только ушли, превратившись в темную точку, как вот они — опять смотрят на тебя с высоты: не конкуренты ли явились? Можно было разглядеть длинные перья на концах крыльев, хищный крючковатый клюв и блестящие черные глаза.
Что-то больно свирепо они на нас смотрят!
— Наверное, это и есть то самое Орлиное ущелье, о котором рассказывали в Вадуце, — решила Ленни. — Дальше охотники общины не забирались.
— Это нормальные птички, — успокоил меня Костя из-за стола. — Из яиц вылезли, не Писателей творение…
— Да я уже вижу.
— О то ж. Гоблин, ты тушняк будешь доедать? Не? Отлично, я добиваю. — Тут же потеряв интерес к пернатым, Лунев отвернулся, обрадованный молчанием напарника.
Похоже, скоро опять закапает. Эти ветра постоянно несут с океана насыщенные влагой облака. Но лучше уж пусть именно они летят в нашу сторону… Недавно ветер переменился на восточный и нагнал на форт смрад далекого пожарища. Два дня обалдевшие от запаха гари колонисты «любовались» сюрреалистическим небом мутно-желтого цвета и зловещим красным солнцем, будто взятым из пейзажей фантастического фильма про Марс. Для кого-то это зрелище оказалось тяжеловатым психологически, а кому — то и дышать стало трудно.
Как же там горело, если очаг не смогли погасить постоянные дожди! И чего тогда можно ожидать летом… Дым пригнал на Амазонку незнакомых кровососущих, каких-то маленьких треугольных мух и особо мелкую мошку. Впрочем, грызли нас эти маломерки вполне исправно, до крови.
— Мишка, а ты того носорога наблюдаешь? — не подозревая о последствиях, спросил я.
— Какого? А! Бешеного! Сейчас посмотрю.
Минуты через три сталкер объявил:
— Не вижу. Расстояние огогенное, а у земли марево.
Позади нас что-то грохотнуло. Обернувшись, мы увидели шалого Костю с бешеными от возбуждения глазами.
— Парни, я же все понял! Я же… — свистящим шепотом начал он.
— Прям-таки все! — восхитился я.
— Что ты! Эта скотобаза там «шоколадку» охраняет! Или даже «супершоколадку». Бегает по кругу, в центре которого прикопана плита!
— Точно… — выдохнул Гоб, пряча бинокль. — Как же мы сразу не прорубили! Эллочка на шухере стоит!
— Костя, ты просто умница! — Zicke возбужденно притянула голову сталкера и чмокнула его в темя. — Парни, поехали, убьем чудовище! В кузове и лопата есть.
— Поехали! — заорали напарники.
Буквально обалдев от неожиданности чудовищного напора революционно настроенных вооруженных масс, готовых здесь и сейчас сотворить настоящий переворот, я заорал:
— Отставить метания личного состава! Вы что, вы кто! Вы куда! У нас какая задача, бляха! Какие, в задницу, шоколадки-трюфели! Стройся, твою мать, поправить форму!
Смутившиеся бойцы встали рядом со мной.
— Ладно, командир, просто ехать что-то скучновато стало, — примирительно пробурчал Сомов. — Кобура ляжку трет.
— Потом вальнем, — успокоился и Лунев, — куда она денется, сладкая наша…
А ведь версия годная. Вспоминая задачу махайрода на одноименном острове, лучшей и не придумаешь: носорог вполне может работать часовым. Но что же за место дурное выбрано Смотрящими для закона? Прямо посреди прерии.
Из-за ближайшей скалы на бреющем полете стремительно вылетел орел и что-то прокричал нам, как бы говоря, что догадка сталкера — правильная, так что валите отсюда, да побыстрей. Сделав плавный разворот, хищная птица, с насмешкой повернув голову в нашу сторону, продолжила свой полет уже над долиной, направляясь в ту сторону, где нарезало круги зловещее творение Писателей.
И уже уходя, мы несколько раз притормаживали и смотрели на восток…
