девятнадцатого века, и принятой нынче в качестве официальной версии исторической реальности, был очень близок с простыми солдатами.
Звучала эта байка примерно так: поспорил как-то Александр Суворов с простым солдатом, кто быстрее тарелку горячей солдатской каши съест: он или этот солдат. Естественно, тут же и решили проверять (посмотрел бы я на то, как этот солдатик решился бы настаивать на переносе времени или места, споря с Генералиссимусом). Притащили две одинаковых тарелки полных каши, две одинаковых ложки, стол, дали отмашку и «состязание» началось.
Солдатик спешил, давился, обжигался, запихивал в себя ложку за ложкой проклятую кашу… но всё одно проигрывал хитрому Генералиссимусу, который не обжигался и не давился. Суворов подцеплял кашу по краям, по половинке ложечки, в тех местах, где она уже успевала остыть. Иногда и сам её чуть размазывал по освободившемуся месту относительно холодной тарелки, дабы остывала быстрее.
Естественно, Суворов победил.
Байку эту мне рассказал очень-очень давно мой дед. За правдивость её, само собой, поручиться я не могу. В конце концов, это просто байка, рассказанная дедом-физкультурником своему маленькому внучку в поучительных целях. Вполне возможно, что он и вовсе её полностью сам лично придумал. От начала и до конца, приплетя к этой своей придумке имя знаменитого человека для образности и красоты. Не исключаю такого варианта. С фантазией у деда было всё в полном порядке. Умел он завернуть так, что заслушаешься…
Вот только, всё это не меняет самого факта. Факта того, что я эту поучительную байку запомнил. И очень часто пользуюсь тем принципом, который в неё был заложен. Так что, можно смело ставить деду «зачёт» — он своего добился. А уж имеет это хоть какое-то отношение к реальности или нет — какая разница?
В общем и целом, принцип «Суворовского» метода я формулирую для себя так: если ты внезапно оказался перед столь сложной и объёмной задачей, что непонятно даже, как за неё браться. И с гвардейского наскока она не решается. То следует засучить рукава и начать «подгребать» эту задачу с самых маленьких и простых её составляющих подзадачек, даже если это может поначалу казаться столь же бессмысленным, как вычерпывание озера детским ведёрком. Главное — начни. А там уже втянешься. В конце концов: дорога в тысячу ли начинается с первого шага и состоит из всего лишь миллиона его повторений…
***
После первой сотни уничтоженных скелетов, у меня начали появляться первые смутные подозрения. После второй — подозрения усилились. После третьей, я забил на любые подозрения и решил продолжать, уже не задумываясь над вопросом: респятся ли они?
Даже, если и респятся, то что мне от этого? Молот перезаряжать есть чем. Яблоки для пропитания на деревьях растут. Через весь сад течёт прозрачный чистый ручей, вода из которого одинаково хорошо годится мне как для питья, так и для омовения со стиркой. Главное, подходить к делу с умом — мыться и стираться сильно ниже по течению, чем набирать для питья воду. Тем более, что в самом конце долины, непосредственно перед тем моментом, где ручей скрывается в непролазных заболоченных дебрях ветлы и ольховника, имелась очень удобная заводь, словно специально для целей омовения предназначенная. Ещё бы вода такой холодной не была — то совсем уж красота и сказка была бы.
А значит, что? Значит, я могу в этом моём личном «осквернённом Эдеме» хоть год сидеть. Хоть два. Хоть три… А, к тому времени, глядишь, уж про меня в Ганоле и подзабудут все, кому я нынче так интересен. Или вообще мёртвым сочтут.
Третья сотня скелетов закончилась к концу первой недели моего пребывания в этой локации. «Юбилей, однака!». Сотня закончилась, а подозрение в том, что что-то я делаю не так, оформилось окончательно.
Ну как оформилось? Я просто это увидел.
«На третий день индеец по имени Зоркий Глаз заметил, что у камеры нет стены». Именно таким вот «Зорким Глазом» я себя и ощущал в тот самый момент, когда увидел, что «убитый» мной несколько часов назад скелет, останки которого так и не исчезли, не испарились, не ушли в землю, не рассыпались прахом… встаёт с земли.
От выполнения знаменитого жеста «рука-лицо» тогда меня удержало только наличие в этой руке довольно увесистого молота. А в другой руке не менее увесистого лома. Но несколько эмоциональных матерных слов я себе всё же позволил.
Но минута слабости долго не продлилась. И в уныние эта неудача меня погрузить не смогла. Она лишь означала, что избранный путь был ошибочным. А следовательно, следует вернуться к его началу. То есть, к планированию и… экспериментам.
Глава 57
***
— Больше черепов Трону Черепов!!!... Бля, даже не думал, что когда-нибудь скажу что-то подобное… Тем более, буду это «подобное» делать!.. Да ещё и разговаривать с самим собой при этом… — бормотал я, прилаживая очередную выбеленную черепушку с пустыми погасшими глазницами к построению, действительно напоминающему гротескный трон. — Поздравляю себя — я ебанулся…
Нет, ну а какой ещё вывод может сделать в такой ситуации нормальный разумный, наблюдая за вытаскивающим из мешка человеческие черепа и складывающим их в причудливую конструкцию, периодически подхихикивающим над чем-то и что-то бормочущим (лучше даже не пытаться вслушиваться, что именно) встрёпанным человеком, на лице которого, клочками отрастает щетина?
И ведь не объяснишь же такому наблюдателю, что занимаюсь я этим странным делом из чисто практических соображений, для вполне себе конкретной практической, совершенно никак не связанной с каким-либо культом цели: для того, чтобы убитая мной нежить больше не поднималась!
Да. Опытным путём (потратив на это три дня) я выяснил: что, даже если в мелкую костяную муку скелет перемолоть, то он со временем восстановится и встанет. Закапывай его, разламывай, голову к заднице приставляй — костяку всё равно. Он будет восстанавливать свою первоначальную форму. Медленно, но будет.
Единственное, что мне удалось подобрать из надёжного: это сжигать кости. Если прокалить их до состояния порошкообразной массы на открытом огне, то да — скелет уже не встанет (не зря любые Инквизиторы любых миров так уважают казни сожжением и огненные погребения). Но тот, кто хоть раз пробовал сжигать кости (коровьи, свиные, собачьи — без разницы), тот меня поймёт — это очень долго и требует очень много топлива!!! А если оставить процесс не доведённым до полного завершения — костяк начнёт восстанавливаться. И встанет! Да, у него будет не хватать той части кости, что таки удалось прожечь достаточно
