Читаем без скачивания Город Жемчуга - Карен Тревис

Нет, некоторые вещи никогда не менялись.

Точно так же, как и Шан Франкленд…

Эдди открыл свой экран, чтобы проверить текущее сообщение. Это было совсем не то, чего он ожидал.

От Службы информационной поддержки канала Би-би-си Эдди Мичаллату. Мы выполнили вашу просьбу, хотя и без удовольствия. Присылаем список всех активов Франкленд. (Информация полностью конфиденциальна, если у вас ее обнаружат, вы вляпаетесь в большую кучу дерьма.) Тут заработок, ее текущий счет и деньги на пенсионном счету. Сберегательного счета у нее нет. Мы можем еще что-нибудь для вас сделать?

А ведь Эдди был уверен. Все казалось ему столь очевидным. Но он ошибся. Он подошел с обычными нормами к женщине, которая сама по себе была неординарной, и игнорировал очевидное — Шан Франкленд забот ило больше, что она думала о себе, чем заработок или попытки покрасоваться перед другими.

«Выходит, мне нужно перед ней извиниться, — подумал Эдди. — Я в долгу перед ней». И еще он очень жалел о том разговоре с Крис Хагель. Но, с другой стороны, то, до чего он докопался, нельзя было стереть словно Мджат.

Месеви подсела к нему.

— Выглядишь несчастным. Тебя что, никто не ждет дома? Эдди криво усмехнулся с профессиональным добродушием.

— Я останусь на «Актеоне». Не упущу шанс, ведь я единственный журналист в этом регионе.

— Я тоже единственный специалист в своей области в этой части Вселенной.

— Но на «Актеоне» ботанику делать нечего.

— Нет, я думаю не об «Актеоне», а о Константине. Я обнаружила здесь много интересного и, думаю, могла бы даже остаться жить тут. Я остаюсь.

Эдди было жаль, что он не мог с такой же легкостью скользнуть в архаичный, идеальный мир. Ему нравилось в колонии. Но жизнь Константина лежала вдали от людских дел и забот. Фактически он ожидал, когда колонисты перестанут месить грязь в прямом и переносном смыслах, «приберутся» и стартуют в новую жизнь.

— Разве для того чтобы остаться, тебе не нужно разрешение вес'хар?

Месеви выглядела расстроенной.

— Нет. Я поговорила с Джошем Гарродом.

Эдди знал, что ботаник — женщина отчасти религиозная, но не подозревал, что это зашло так далеко. А почему бы и нет? Тут у нее была настоящая работа, к которой не имели никакого отношения толстосумы сельского хозяйства. Она будет жить среди добрых людей, которые станут ценить ее и заботиться о ней. Нет, это определенно имело смысл.

— Я рад, — вздохнул Эдди. — Надеюсь, ты тут будешь счастлива.

Он сказал это так, словно согласился с тем, что в «эмиграции» Шан таилось отчаяние, согласился с тем, что она пошла на это неохотно, а не исполняя часть тайного плана. А ведь Райат считал, что Шан получает удовольствие, занимаясь интригами и политикой. Но Эдди теперь понял, что Шан всего лишь одинокая женщина, которая старается поступить правильно.

Он мог так никогда и не узнать, почему Шан хочет, чтобы все во Вселенной делалось так, как надо. Да его это особо и не интересовало. Единственное, чего он хотел, так это чтобы Шан и в самом деле оказалась героем.

Все нуждались в героях. И Эдди в том числе.

Глава 31

Если бы всем нам предложили бессмертие, то кто бы из нас не принял этот печальный дар.

Ночь четвертого ноября, по словам Джоша, ничем не отличалась от остальных ночей. Шан лежала в кровати в запасной комнате Джоша, прислушиваясь к рыданиям своей ближайшей коллеги.

Линдсей вызывала ее раз десять за день, желая поговорить, но Шан так и не отозвалась. Проклятый Эдди Мичаллат и его длинный язык. И дело не в том, что он попытался перехитрить и обмануть ее. Он подкинул Линдсей идею, что, если бы повернуть время вспять, был бы шанс спасти ее сына.

Рыдания Линдсей звучали приглушенно. Но Шан отлично все слышала, и не важно, виной тому с'наатат или нет. Если она слышала ее рыдания, находясь на верхнем уровне палат Константина, то во временном лагере все слышали эти рыдания и подавно.

— Ты, сука, не сможешь вечно прятаться от меня.

В этот раз Шан отлично расслышала слова Линдсей. Ни один порыв ветра не заглушал ее слов.

— Слишком много…

Остальное Шан не разобрала. Прикинув, она решила, что Линдсей скорее всего находится возле первой группы крыш-пузырей, с южной стороны, почти у нее над головой… Но вот голос Линдсей стих. Почти час она хранила молчание.

А следующие полчаса — наверное, самые долгие полчаса в жизни Шан — суперинтендант слушала ее захлебывающиеся рыдания. Легко быть жестким со злом. Гораздо труднее перенести чужую боль, особенно если это боль друга.

В конце концов, слишком много всего легло на плечи Шан. Глупо, это ничему не поможет, но Шан все-таки решила, что нужно выйти и встретиться с Линдсей лицом к лицу. Набросив шинель, Шан выскользнула из дома Джоша и по лабиринтам коридоров стала пробираться к поверхности. В одном из коридоров она почувствовала легкую вибрацию защитного щита. Впервые подобное случилось с ней в подземной деревне. Прежде щит никогда не реагировал на нее. Да и сейчас он не остановил ее, просто проверил, а не исенджи ли она.

Наверху гулял приятный ночной ветерок. Несколько мгновений Шан разглядывала Линдсей, прежде чем та заметила ее. Командор стояла на коленях в траве, и плечи ее сотрясались от рыданий.

— Что я могу тебе сказать? — обратилась к ней Шан. — «Извини»? Так должно было случиться.

Линдсей прекратила рыдать и поднялась.

— Должно?.. — Голос ее звучал хрипло, ломался. — Я только хочу знать: это правда?

— Воображаю, что Эдди наплел тебе.

— Эдди ничего не говорил. Крис сказала, что в твоем распоряжении была одна из биотехнологий вес'хар, которая могла бы спасти Дэвида. Я только хочу знать: это правда? Я хочу знать, кто нанес мне удар в спину: одна из частных компаний или правительство. А может, все дело в пресловутом подсознательном брифинге?

Все оказалось хуже, чем подозревала Шан. «Это работа, никаких чувств, — напомнила она себе. — У меня нет выбора».

— Лин, я не сделала ничего предосудительного. Я инфицирована, и эта инфекция позволяет мне выжить после сильных травм и отравлений. Я понятия не имею, остался бы жив Дэвид или нет. — Ложь, ложь, ложь. — Но инфицируй я его — и в Константине вспыхнул бы бунт…

— Я отлично поняла, о чем говорили Крис и Эдди. Эта инфекция позволила тебе остаться в живых.

— Если бы существовала возможность спасти твоего ребенка, я непременно ею воспользовалась бы.

Линдсей выпрямилась и с решительным видом направилась к Шан.

— Сука! — закричала она. — Набожная, упрямая корова! Выходит, я для тебя всегда была пустым местом!

— Ничего подобного. Все дело в личной ответственности. Без сомнения, Шан была в безопасности. Она видела, что Линдсей не вооружена. Все, что могла сделать командор, так это накричать на нее. Но вреда от этого никакого.

Да и слушать Линдсей больше не имело никакого смысла. Шан повернулась и направилась назад, твердя про себя то, что обычно говорила себе, когда только пришла в полицию. Неприличная брань. Ни на кого лично не направленная. Эти слова не могли кому-то повредить. Нанести вред могли только оружие или кулаки.

Рыдания и проклятия Линдсей стали тише. Шан вернулась в свою комнату в доме Джоша и закрыла дверь.

С'наатат хорошо излечивал физические повреждения, но не мог ничего поделать с ранами сердечными.

На следующее утро звонок на шебу Шан был лишь один, но звонивший перешел в ждущий режим, ожидая, когда она откликнется. А суперинтендант тем временем искупалась в маленьком бассейне и потом привела себя в порядок, стараясь не упустить ни одной мелочи. Никаких особых изменений заметно не было, однако Шан стала шире в плечах. Да и лицо ее едва заметно изменилось, и теперь создавалось впечатление, словно Шан постоянно пытается Сосредоточиться на чем-то важном, но всякие мелочи типа мигрени отвлекают ее. До тех пор, пока она не станет напоминать вес'хар, она справится.

Наконец, решившись, она обратилась к компьютеру:

— Что еще, Эдди? Чего тебе надо?

— Не был уверен, что вы ответите мне.

— Если ты позвонил, чтоСы в чем-то обвинить меня…

— Ни в коем случае.

— Хорошо.

— Мне жаль, что все получилось именно так, Шан. Я поступил неправильно.

— Я говорила тебе об этом.

— Но порою все ошибаются. Я же не использую людей, я лишь говорю им правду.

— А я — нет.

— Если бы я мог все изменить, я бы сделал это. Вы понятия не имеете, насколько мне жаль.

— Это ты, Эдди, рассказал обо всем Лин?

— Нет. У меня кишка тонка. Вероятно, Крис Хагель сказала ей, что смогла бы создать устойчивый вид, убрав некоторые побочные воздействия с'наатат. Например, отрегулировав продолжительность жизни.