Филипп нагнулся над ним, но не увидел на лбу человека белой повязки – отличительного знака атакующих; по договоренности, такие повязки должны были надеть и Гервин со своими людьми.
Филипп начал карабкаться наверх, цепляясь руками за узкие перекладины. Лестница тряслась и скрипела. Филипп настойчиво продолжал подниматься в полной темноте, но чувствовал, что двигается ужасно медленно. Висевший слева щит оттягивал его руку вниз, как вдруг он ощутил, что лестница, оторвавшись от стены, начала заваливаться назад.
И тогда всю тяжесть своего тела Филипп резко направил вперед. На какую-то долю секунды он повис в воздухе, балансируя, как цирковой канатоходец, но потом лестница перестала раскачиваться и снова ударилась о стену. Филипп полез дальше. Вдруг кто-то тронул его за плечо, и знакомый голос произнес:
– Сюда, мой господин! Давайте руку. – Это был Гервин.
Филипп перекинул одну ногу через парапет, Гервин помог ему, и он, не удержавшись на ногах, с громким стоном покатился вдоль узкой дорожки, предназначенной для часовых. Ни за самые богатые поместья в Англии, ни за сокровища самого Саладина, никогда, решил Филипп, он больше не полезет по приставной лестнице.
Вскочив на ноги, он вытащил из ножен свой меч.
– Где лестница, Гервин? – прокричал он.
– Направо, мой господин.
Филипп побежал по узкой дорожке в указанную сторону. Он слышал, как внизу оживает замок: играли трубы, горели факелы, стальные каблуки гулко стучали по камням внутреннего двора, отовсюду слышались крики.
Он добежал до лестницы как раз вовремя: наверх уже карабкалось трое людей, резко задрав головы. Филипп со всей силы ударил по первому шлему. Человек закричал и растворился в темноте: сбоку лестницы не было перил.
Второй человек остановился, с ужасом глядя вниз, куда упал его товарищ, поднял испуганные глаза вверх, чтобы прямо над собой увидеть сверкающие на фоне стены доспехи Филиппа. Но было уже поздно – Филипп, спустившись на две ступени, ударом меча рассек ему горло. На солдате не было кольчуги, и на коже его костюма выступила темно-красная полоса крови. Испустив последний вопль, он скатился к подножию лестницы, едва не сорвавшись вниз – его голова и плечи безжизненно свисали с края.
Третий человек не стал ждать. Быстро повернувшись, он побежал вниз, чтобы укрыться в башне. Филипп возбужденно рассмеялся. Пока можно было не ожидать нападения с лестницы, и он повернулся посмотреть, что происходило вокруг.
Он увидел долговязую фигуру Жильбера, длинной рукой рассекающего воздух и опускающего меч на голову невидимого Филиппу противника. Филипп снова рассмеялся. Теперь была заблокирована и вторая лестница. А потом он услышал слева радостный голос Питера:
– Все в порядке!
А немного погодя – саксонский боевой клич Гурта: «Аут! Аут!» Теперь на все четыре лестницы была поставлена охрана.
Сир Джеффри услышал шум сражения на стенах. Он немедленно вызвал своих людей, укрывавшихся до этого в лесу, и выстроил их в линию позади себя. Они с энтузиазмом замахали факелами и принялись дуть в трубы, подняв невероятный шум. Какое-то время сир Джеффри слушал этот рев несуществующего атакующего отряда, а потом отъехал в сторону.
По приставным лестницам продолжали подниматься люди Филиппа, и он послал следующего человека охранять свой пролет. Филиппу не терпелось вступить в бой, но он знал, что ему нужно не терять головы и свести разбросанные стычки к единой целенаправленной атаке на главную и смотровую башни.
Тут маленькая фигурка перевалилась через парапет и подкатилась прямо к его ногам. Это был юный Ричард де Клер.
– Что ты делаешь здесь, скверный мальчишка! – закричал было он, но потом внезапно для себя расхохотался во все горло.
– Справа! Справа, мой господин! – послышался крик Гервина.
Филипп поднял щит, заслоняясь от невидимого противника. Вдруг он услышал тонкий свист и глухой удар – это стрела вонзилась ему в щит. Рукой, держащей меч, он толкнул Ричарда на пол. Вторая стрела пролетела совсем рядом с его ухом.
– Все в порядке, мессир, я вижу их, – сказал спокойный голос откуда-то сзади.
Послышалось два отчетливых щелчка: кто-то заряжал арбалет. Вдалеке раздался вопль, а потом громкий удар о землю – раненый лучник Бриоза рухнул с парапета вниз.
Филипп снова вскочил на ноги.
– Жан, Жиль, – приказывал он, – двигайтесь вдоль стены. Наблюдайте за главной башней и двором. Стреляйте в каждого, кто захочет подняться, – делайте все, как я вам говорил днем.
Вышколенные воины побежали вдоль стены, время от времени перезаряжая арбалеты и прицеливаясь.
– Стой на месте, Ричард! – строго сказал Филипп и, перегнувшись через парапет, посмотрел в ров. «Теперь уже последние люди карабкаются по лестницам», – решил он, не видя никого на дне оврага. Наконец через парапет перелез и Льювеллин, взбиравшийся последним.
– Все наверху, мой господин, – доложил он.
– Хорошо! Передай сиру Жильберу, сиру Питеру и Гурту, что, когда они услышат трубу, пусть пробиваются вниз по лестнице в обход главной башни. Сир Питер с людьми Кидвелли пойдут к надвратной башне, а остальных я возьму с собой: мы будем прикрывать их снизу. Возвращайся сюда сразу же, как скажешь им это.
Льювеллин побежал исполнять приказание. А Филипп тем временем вернулся к своему лестничному пролету. Гервин, охранявший выход на стену, доложил, что никто не пытался подняться. Над их головами просвистели стрелы, и им пришлось пригнуться. Филипп выставил вперед свой щит. Рядом с ним на полу сжался Ричард, тоже заслоняясь от стрел своим маленьким, изготовленным по его руке, щитом.
– Я не боюсь! – запальчиво прокричал он и поспешно пригнул голову, услышав свист пролетавшей рядом стрелы.
Филипп громким голосом подбодрил мальчика. Теперь нужно было действовать как можно хладнокровнее. Первую часть боя он выиграл, но радоваться было еще рано. Надвигался кризис. Он контролировал стены, но де Бриоз в это время подтягивал силы для контратаки. В следующие несколько минут станет ясно, достанется ли победа ему или его противнику, и выиграет тот, кто нанесет удар первым.
– Все готовы! – раздался рядом хриплый крик Льювеллина.
– Тогда труби, – спокойно скомандовал Филипп. Льювеллин поднял к губам короткий горн, висящий у него на шее. Когда он заиграл, Филипп бросился вниз по лестнице. Отшвырнув в сторону мертвого стрелка, он спустился до конца пролета.
Там его уже поджидало несколько человек, двое из которых были лучниками. Один из них, увидев Филиппа, поднял свой лук и прицелился. Но Филипп опередил его. Взлетев вверх на четыре ступеньки, он с разбегу бросился в самую гущу не ожидавших от него таких решительных действий врагов.
