приехали супруги Динлохи. В комнате сразу прибавилось народу. Альфы с Сабаха поняли, что их время истекло, они встали и, откланявшись, вышли. Теодор проводил их до дверей и пообещал, что обязательно с ними свяжется и как-нибудь заедет на Сабах, посмотреть, как там продвигаются дела.
Последняя запись была от Рона перед самой отправкой почты. Рон хвастался, что Теодор прислал ему большой плакат с автографом, пожеланием успехов в делах и лицензионную запись с концерта, ее еще не выпустили в продажу, и Теодор в телефонном разговоре попросил, чтобы эта запись не попала в интернет раньше, чем она окажется в продаже. Рон продемонстрировал диск и, прижав его к груди, уверил папу, что ни в коем случае не допустит этого и будет хранить в сейфе дома вместе с деньгами Салаха и привезет с собой, потому что «почте доверять такую ценность нельзя!»!
Запись на этом закончилась, а в комнате повисла тишина. Все омеги выжидательно смотрели на альф.
— Что случилось? — поинтересовался Саид у супруга.
— Дорогой! — Шади выглядел так, будто собирался огреть любимого мужа палкой по голове. — Правда, мы останемся здесь, пока не увидим концерт Ошая своими глазами? Ну, сколько там осталось до их приезда? Пару недель…
Комментарий к Письмо (продолжение)
Муджаддид (араб. مجدد — обновитель) — обновитель веры. Согласно хадису пророка Мухаммеда каждые сто лет среди мусульман будут появляться люди, которые будут обновлять Ислам. К муджаддидам были причислены: Умар ибн Абд аль-Азиз, Имам аш-Шафи’и, Имам аль-Ашари, Имам аль-Газали, Имам ар-Рази, Ибн Дакик Ид, Имам ас-Суюти и другие.
========== Каникулы ==========
Несмотря на все уговоры и слезы на следующий день Саид с гаремом выехал из города. Выезд был таким же помпезным, как и приезд. Ну, это было и понятно, у жителей эмирата было не так уж много развлечений, чтобы такое мероприятие прошло мимо их внимания. Караван в этот раз сопровождали два грузовых багги, груженных под завязку, и с дополнительными прицепами. Марк был против того, чтобы тащить столько всего сразу! Если что, всегда можно прислать работника за недостающим, но Алан настаивал, что это хорошая демонстрация багги для караванщиков, и Марк сдался.
Эмир отпустил Марка на четыре местные недели, чтобы тот мог провести электрификацию дворца Саида. Марк забрал двух своих самых толковых учеников с их подмастерьями. Он собирался сделать во дворце Саида все «правильно»: не хаотично разбросанные по крыше дворца панели, а единый монолит с равномерной нагрузкой напряжения и общим потенциалом. Марк всю дорогу объяснял ученикам, что он хочет сделать и в чем преимущество такого подхода. Дорога до эмирата Саида заняла два дня с обязательной ночевкой в пустыне! Хорошо, что их уже ждали на середине пути с готовыми шатрами — слуги Саида приготовили удобную ночевку для повелителя и его спутников. Для Марка и его работников тоже натянули шатер, чтобы те не спали под открытым небом. Марк с восторгом смотрел на все это: караулы, часовые, факелы, воткнутые в песок! А потом порывшись в прицепе, в который под конец закидывал уже все, что попадалось под руки, нашел уличные фонари, и, подключив их к панели на крыше багги, осветил все. Пусть и не так романтично, но намного функциональней!
На следующий день к обеду их догнал Алан. Довольно улыбаясь, он заявил, что вспомнил сегодня утром, что не успел обговорить со своим компаньоном очень важный вопрос. Алан, светящийся от самодовольства, примчался на черном багги, увешенном кистями и колокольчиками. Марк только вздохнул. Ну ведь понятно, что все это было заранее просчитанная рекламная акция для продажи багги. Алан препирался с альфами, что лучше и быстрее — конь или багги, а когда на горизонте показались стены города, Алан поспорил со старшим охранником, что первым въедет в ворота эмирата.
Караван остановился, все с интересом прислушивались к спору. Алан на багги и альфа –охранник на самом быстром скакуне встали бок о бок. Саид взмахнул рукой, и жеребец рванул с места. А Алан, не торопясь, открыл флягу и начал пить под недоуменными взглядами окружающих. Напившись, он рванул следом и вскоре обогнал кричащего альфу на жеребце и устремился к воротам, но не доезжая до ворот совсем немного, резко развернулся и поехал обратно к эмиру. Все непонимающе смотрели на подобные маневры, ведь до входа оставалось совсем немного!
— Я забыл спросить, — Алан довольно улыбнулся Саиду, — а что надо сказать, чтобы ворота открыли и меня пустили в город?
— Откройте ворота! — рассмеялся Саид, — ты уже проиграл! Оставайся с нами и посмотри, как всадник въедет в ворота. Как быстра твоя машинка, мы все уже увидели!
Но Алан только еще шире улыбнулся и, лихо развернувшись на песке, умчался к городу. Марк вскочил с сиденья своего багги и, прикрыв глаза от слепящего солнца, стал всматриваться вдаль. Алан лихо подпрыгивал на верхушках барханах, поднимая фонтаны песка при приземлении. Зрители разделились почти поровну и вскоре все альфы дружно кричали, подбадривая то одного, то другого. Хоть Марк так и не увидел, но, судя по радостным воплям, все-таки первым въехал в ворота Алан!
Марк только хмыкнул и, достав прайс, стал искать цену на маленькие багги. Интересно, какую цену он заложил, что устроил такое представление? На удивление, цены стояли напротив всего товара, кроме этих маленьких багги! Марк только засмеялся. Вот ведь гаденыш! Теперь он за эти багги может просить любую фантастическую цену. Эти соревнования видели не только альфы, но жители, ожидавшие эмира на стенах крепости!
***
Когда гости, наконец, уехали, во дворце опять стало тихо и спокойно. Дэйчи опять смог надеть тунику и штанишки. Жизнь вошла в привычную колею. После утренних занятий с детьми, Дэйчи работал над любимым Лабидом. С последней почтой пришли журналы, в которых были напечатаны его статьи, и целый мешок отзывов на них от читателей, от восторженных до откровенно агрессивных. Многие сомневались в подлинности книги и считали, что это удачная мистификация. Некоторые пытались даже оспорить аутентичность самих стихов.
Вилен внимательно прочитал наиболее агрессивные пасквили от именитых коллег Дэйчи и, надергав наиболее эмоциональных цитат, гневно потребовал ответной статьи от Дэйчи. Если в начале Дэйчи собирался промолчать, читая злопыхательства в собственный адрес, то, увидев, как разозлился Вилен, он проникся ситуацией и разгорелся праведным гневом вслед за молодым другом. В конце концов, это не на него нападали, а на бесценного Лабида! А вот этого Дэйчи стерпеть уже не мог! Он написал две достаточно
