Исключительная производительность того или иного агента определяется тремя противоположными условиями: 1) он может обладать большой производительностью при нормальной ценности товаров; 2) он может обладать нормальной производительностью при нормальной дороговизне продуктов или 3) он может обладать исключительно большой производительностью в то время, как продукты необычайно дороги. Эти условия получают корректив в виде движений, противоположных только что описанным. В том случае, когда цена продуктов нормальна, при чрезвычайной производительности одного агента другой агент неизбежно должен быть чрезвычайно непроизводительным. Один агент станет, поэтому, передвигаться в эту группу, а другой одновременно передвигаться из нее. Один агент имеет тенденцию повысить цену продуктов, а другой — понизить ее. Эти факторы со временем нейтрализуют друг друга, и единственное реальное изменение происходит в специфической способности каждого из этих агентов производить блага. В этом и заключается урегулирование, требуемое данными условиями, и оно заканчивается тем, что делает производительность обоих агентов нормальной. Там, где необходимо изменить ценность продуктов, не изменяя сравнительной производительности труда и капитала, урегулирование осуществляется приливом или отливом труда и капитала, двигающихся совместно. Там, где необходимо изменить как ценность, так и относительную производительность, для того чтобы привести к нормальному уровню способность труда и капитала производить ценности, урегулирование осуществляется путем процесса, описанного нами в начале. Один агент передвигается в группу или из нее под влиянием двух сил, действующих совместно, тогда как другой агент проделывает то же самое под влиянием двух сил, противодействующих друг другу. Если обе эта силы действуют совместно в отношении труда, то их сумма выражает размеры силы, заставляющей труд передвигаться в группу или из нее. Если же обе они действуют друг против друга в отношении капитала, то разница между ними определяет результирующую силу, воздействующую на этот элемент.
Если бы мы действительно произвольно распределили труд и капитал между различными отраслями, то мало оказалось бы таких отраслей, куда труд и капитал прилили бы в приблизительно одинаковых количествах. Очень немного оказалось бы отраслей, отлив из которых труда и капитала носил бы однообразный характер; немного оказалось бы и таких отраслей, куда лишь один агент направлялся бы, и таких, из которых лишь один агент уходил бы. Значительное большинство отраслей потребовало бы некоторого сочетания этих способов урегулирования, потребовало бы, чтобы один агент поступил в них или ушел бы из них в больших количествах, тогда, как другой, — в небольших. Каждое происшедшее, таким образом, передвижение было бы вызвано действием описанного нами выше универсального закона изменения. Чем больше размеры одного агента, кооперирующего с другим, тем меньше производительная способность его единицы; и чем выше производимое количество продуктов, тем меньше их ценность. Агенты, обладающие совершенной подвижностью, под воздействием этих влияний быстро достигли бы одинаковой производительности во всех отраслях.
Мы говорили о передвижениях труда и капитала так, как если бы они носили спонтанный характер, и труд, например, по собственному побуждению уходил из того пункта, где его производительность незначительна, туда, где эта последняя выше. Но в действительности эти передвижения производятся предпринимателями, и заставляет их это делать конкуренция. Наше теоретическое предположение делает конкуренцию между предпринимателями активной и неизбежной, и неотвратимы, поэтому, переходы рабочей силы и капитала, являющиеся результатом этой конкуренции. В каждой группе, где производительная сила труда незначительна, может уплачиваться лишь низкая заработная плата; и труд можно переманить из этой группы, предложив незначительную надбавку по сравнению с получаемой им ставкой. В нашем идеальном гипотетическом случае не приходится преодолевать каких-либо трений: надбавка в пять центов в день переведет рабочую силу из одной профессии в другую, и одна десятая процента вызовет передвижение капитала.
В отрасли, где производительная сила труда велика, фактическая заработная плата, получаемая людьми, зависит, однако, от производительной силы труда не в этой группе, но в обществе в целом. Существует общая ставка заработной платы, и предприниматели этой группы могут иметь работников, оплатив расходы по переманиванию их из других групп, где их производительная сила ниже. Поступая так, они могут получить прибыль. На некоторое время они могут сохранить разницу между оплатой труда на общем рынке и его доходностью в отрасли, в которую они его переносят. Эта разница, однако, носит преходящий характер; ибо в связи с действием конкуренции она ускользает сквозь пальцы предпринимателя. Стремление различных предпринимателей получить долю этой прибыли заставляет их стремиться предупредить своих конкурентов путем расширения размеров своей рабочей силы; и это расширение происходит до тех пор, пока местный продукт труда не станет равным его оплате, и из этого источника уже нельзя будет получить добавочной прибыли.
Передвижение капитала происходит таким же образом, благодаря деятельности предпринимателей. Все это производится конкуренцией; прибыль является универсальной приманкой, приводящей в движение механизм конкуренции; и в конечном счете все приходит в состояние, не дающее прибыли. В процессе этих передвижений каждая частица предпринимательской прибыли превращается в нуль. Статическое состояние не дает стимула для дальнейшего движения; это означает, что оно не дает прибыли, ибо поводом для подобных передвижений всегда служат прибыли [Ясно, что одна группа не может сохранить свое привилегированное положение в системе, если предприниматели, не получающие подобной чистой прибыли, могут свободно вступать в эту группу. Но не могут ли все предприниматели получать ту же норму чистой прибыли и получать ее одновременно? Разве невозможно положение, когда все получают одинаковую прибыль? Разумеется, нет ибо это означало бы приглашение ко всем собственникам капитала стать предпринимателями и-как таковым — конкурировать друг с другом из-за труда и капитала до тех пор, пока прибыль повсюду не исчезнет, перейдя к работникам и владельцам капитала в форме надбавок к заработной плате и проценту. Оплата каждого из этих агентов, таким образом, при вполне свободной конкуренции должна стоять на уровне производительности.]. Таким образом, когда мы говорим, что производительность труда в одной отрасли высока и что в нее приливают другие работники, то мы подразумеваем под этим, что предприниматели в этой подгруппе пользуются преимуществом высокой производительности. Они получают прибыль; и конкуренция других предпринимателей толкает рабочую силу в эту подгруппу до тех пор, пока рабочая сила не станет производить здесь не больше того, что она получает, иначе говоря, пока прибыль не будет уничтожена.
