Ликующее удовлетворение вспыхнуло в атмосфере вокруг нее. Таддеус вскрикнул так громко, что его, без сомнения, было слышно далеко за пределами оранжереи и даже в доме. Схватив Леону за талию, он поднял ее в воздух и закружил вокруг себя.
– Я люблю тебя! – не то прокричал, не то прорычал он своим особым гипнотическим голосом. – И буду любить тебя до конца моих дней, Леона Хьюитт, и даже тогда, когда придет конец нашей земной жизни. Ты слышишь меня?
Легкий радостный смех зазвенел в стеклянных стенах оранжереи. Леона не сразу поняла, что смеется она сама.
– Я тоже люблю тебя, Таддеус Уэр! И я тоже буду любить тебя до конца моих дней и даже тогда, когда придет конец нашей земной жизни.
Эти клятвы связали их так же крепко, как и те обеты, которые новобрачные дают в церкви. Перестав кружить Леону, Таддеус остановился, крепче прижал ее к себе и впился в ее губы долгим поцелуем.
Находившаяся в библиотеке Виктория испытала огромное удовлетворение. Иногда собственный талант приносил ей разочарование, но в тех случаях, когда она оказывалась права, Виктория буквально сияла от счастья.
Она посмотрела на Фога, который перестал выть и теперь прижимал свой холодный нос к французским дверям. Его уши напряженно приподнялись, а взгляд был устремлен на оранжерею.
– Говорила же я тебе, что выть ни к чему, – оживленно промолвила Виктория. – Они сделают друг друга счастливыми. Я поняла это, как только увидела их вместе. Видишь ли, у меня талант чувствовать такие штуки. И я никогда не ошибаюсь.
Глава 53
В бальном зале накопилось столько энергии, что с ее помощью можно было бы зажечь люстры. Каждый из присутствующих – а все это были могущественные, влиятельные члены общества «Аркейн», его элита, – мог бы незамеченным пробраться сквозь обычную толпу. Но когда в одном помещении собралось множество людей с паранормальными способностями, атмосфера буквально засияла. Весенний бал был блестящим событием как в паранормальном, так и в нормальном отношениях.
Леона с Таддеусом и Викторией стояли в стороне от толпы и наблюдали за тем, как танцующие занимают места на танцполе. И вот в самой середине зала хозяин Общества закружил свою жену в первом вальсе. Толпа выразила свое одобрение бурными аплодисментами. Однако было понятно, что когда речь заходила о Гейбе и Венеции, можно было считать, что в зале никого, кроме них, не было.
– Они рождены друг для друга, – заявила Виктория. Влив в себя изрядное количество шампанского, она поставила бокал и огляделась по сторонам. – Разумеется, отныне людям придется платить, чтобы найти взаимопонимание такого рода.
– Тем не менее, всегда приятно узнать, что глава Общества счастлив в браке, – дипломатично добавила Леона.
– Верно. – На губах Таддеуса промелькнула улыбка. – И это означает, что он сможет больше сил уделять работе. Кстати, ему пришлось немало потрудиться для того, чтобы ввести связанное старыми традициями Общество в новую эру.
Виктория нахмурилась.
– Говорят, он намеревается провести массу перемен, – сказала она. – Представляю, сколько будет воплей и возражений.
Внезапно перед Леоной словно из воздуха появился Калеб Джонс. Он строго оглядел танцующих, будто пытался запомнить их движения в вальсе.
– Вопли и возражения уже начались, – сказал он.
Таддеус недоуменно приподнял брови.
– Совет возражает против создания нового офиса по расследованиям? – удивился он.
– Нет, – ответил Калеб. – Я возражаю.
– Ты не получил там места? – изумленно спросил Таддеус. – Недавно Гейб заверил меня, что все решено.
– Так оно и есть, – кивнул Калеб. – Но не будет никакого офиса по расследованиям.
– Как жаль! – вздохнула Леона. – А я-то надеялась снова стать частным агентом по расследованиям.
Таддеус прищурился.
– Ты уже работаешь с кристаллами, – промолвил он. – И это я должен был стать частным агентом по расследованиям в новом офисе.
Она похлопала его по руке.
– Разумеется, – согласилась Леона. – Я никогда не брошу свои кристаллы. Но мне просто пришло в голову, что периодически заниматься чем-то еще не так уж плохо. Это могло бы развлекать меня.
– Как видишь, теперь дело под вопросом, – заметил Таддеус.
– Знаешь, когда ты начинаешь ворчать, то становишься похожим на Фога, – сказала Леона. – Надеюсь, ты не начнешь выть из-за всякой ерунды.
– Дело не под вопросом, – вымолвил Калеб, внимание которого все еще было приковано к танцующим. – В Обществе мне по-прежнему понадобится ваша помощь и помощь всех остальных. Мне нужны люди, которым я могу абсолютно доверять, а таких не так уж много вокруг. Этот чертов заговор, который мы раскрыли, гораздо опаснее, чем думает кто-либо в Совете. И этому надо положить конец.
Леона склонила голову набок.
– Но вы только что сказали, что отказались от места главы офиса по расследованиям, – напомнила она.
– Я сказал Гейбу, что не готов занять пост, на котором я был бы вынужден получать приказания от Совета, – объяснил Калеб. – Половина из этих трясущихся старых дураков все еще играет в алхимию. Вторая половина озабочена своим статусом и властью. Я не доверяю ни тем, ни другим и не считаю, что они должны занимать руководящие посты. Гейб со мной согласен.
Таддеуса его слова, похоже, заинтриговали.
– Мы внимательно слушаем тебя, Калеб, – сказал он. – Что ты планируешь?
– Я хочу открыть свой собственный офис по расследованиям, – сказал Калеб. – Гейб и Совет станут моими самыми важными клиентами. Защита тайн Общества станет самым важным принципом работы моей фирмы. Но «Джонс и К°» будут независимыми. Я и мои агенты – мы сможем проводить расследования так, как я считаю нужным. Мы сможем брать личных клиентов.
Холодное удовлетворение засверкало в глазах Таддеуса.
– Мне твое предложение по нраву, – сказал он.
– Мне тоже, – кивнула Леона.
Виктория посмотрела на Калеба:
– Не может ли случится, что тебе понадобится помощь человека, обладающего талантом свахи?
Несколько мгновений Калеб не мог понять ее слов. Потом он задумчиво нахмурился, по-прежнему глядя на танцующих.
– Я могу явственно представить себе, что в некоторых ситуациях такой талант может оказаться бесценным. Возможно, нам понадобятся ваши способности определять подходящие пары среди мужчин и женщин, – наконец сказал он. – Да, мадам, я думаю, мы сможем дать вам работу.
Виктория засияла от радости.
– Как это замечательно! – воскликнула она.
Внезапно Калеб оторвал свой взгляд от танцпола. Казалось, что-то его расстроило.
– Прошу меня простить, но мне надо уйти – извинился он.
