самолетов атаковала 14 вражеских бомбардировщиков, шедших под прикрытием восьми «мессеров». Одного заваливает Щиров, второго – Дмитрий Калараш.
16 октября 1942 года над Хадыженском три Ме-109 внезапно атаковали звено Ил-2. Один был сбит, а другие две машины лишь повреждены. Добить жертвы немецким «охотникам» помешал капитан Щиров, который, патрулируя в этом районе, заметил «мессеры» и свалился на них сверху. Один «мессер» врезался в гору Гунай, а два других не приняли боя и ушли на свою базу. Так на Черноморском побережье одновременно появились имена двух асов: капитана Щирова и майора Калараша.
К ноябрю 1942 года инструктор по технике пилотирования 87-го истребительного авиаполка Щиров совершил 258 боевых вылетов, в 38 воздушных боях сбил лично 14 и в группе 3 самолета противника. 13 декабря ему присвоили звание Героя Советского Союза (двенадцатый в списке, медаль № 587). В этот же день Героем Советского Союза посмертно стал и Калараш.
К слову сказать, в годы Великой Отечественной войны имя Щирова появилось несколько раньше имен Покрышкина и Кожедуба. Тогда же была выпущена тоненькая брошюрка «Бить врага по-щировски».
В своей книге «Вижу противника!» в прошлом летчик-истребитель Н. Ф. Исаенко с особой теплотой вспоминает о Щирове: «Во время занятий, проводившихся на северной окраине аэродрома, к нам подошел невысокий черноглазый майор в новеньком кителе с воротничком, туго охватывающим загорелую, коротковатую шею. На кителе майора горели алой эмалью 4 боевых ордена, сверкала золотом Звезда Героя Советского Союза. Это был Сергей Сергеевич Щиров, инспектор по технике пилотирования 236-й истребительной авиационной дивизии, в состав которой в прошлом году входил и 267-й авиаполк… Выясняя причины потерь летного состава, майор Щиров неоднократно летал с группами “Яков” на боевые задания. Недостатки в подготовке молодых летчиков становились очевидней, и командование дивизии делало все возможное, чтобы эти недостатки ликвидировать.
Щиров привел десятки примеров успешного ведения боя с немецкими истребителями МЕ-109 и ФВ-190 на отечественных самолетах, причем категорически и очень горячо высказывался за принцип парного применения истребителей и сам вызвался провести на следующий день специальное занятие по этой теме. Свои мысли майор подкреплял впечатляющими примерами, часто – из боевой жизни нашего 611-го авиаполка».
– Не слушайте досужих болтунов, будто это вражеский принцип, – убеждал летный состав Щиров. – Идея парного применения истребителей принадлежит летчику русской авиации Нестерову, его сподвижнику Крутеню и их ученикам. Они осуществили эту идею еще в четырнадцатом году.
Даже будучи инспектором авиадивизии, Сергей Щиров регулярно вылетал на боевые задания. Для тех, кто далек от авиации, можно лишь подчеркнуть, что инспектор по технике пилотирования соединения не был обязан рисковать своей жизнью ежедневно. Его задача заключалась в проверке техники пилотирования летчиков, в обучении их правильной технике применительно для воздушного боя. Но, видимо, Сергей Сергеевич не считал для себя зазорным участвовать в самих воздушных боях, тем самым показывая пример молодым и неопытным: делай как я! Тем более что он был летчиком от Бога и техникой пилотирования владел безукоризненно.
В конце 1943 года Щиров, получив приказ срочно убыть в распоряжение Главного штаба ВВС, вылетел в Москву. Никто тогда даже и не предполагал, какая перед ним была поставлена задача. Долгое время это хранилось в строгой тайне… А в конце мая 1944-го он приземлился на советскую авиабазу в городе Бар на Адриатическом побережье Италии, в районе базирования 10-й штурмовой авиадивизии. Оттуда, в сложных метеоусловиях Балканских гор, Щиров должен был выйти на цель, осуществить посадку истребителя и вывезти из окружения маршала и вождя Югославии Иосипа Броз-Тито.
Один из исследователей биографии Щирова по этому поводу напишет следующее: «Нужно было виртуозное мастерство пилота, чтобы ночью при отсутствии наземных ориентиров осуществить посадку среди горного массива, на каком-то наспех приготовленном “пятачке”». Но Сергей не мог не выполнить задание правительства. По маршруту, проложенному Щировым, туда также вылетели еще три летчика.
В сентябре 1944 года маршал Тито присвоил Щирову звание Народного Героя Югославии, а от советской стороны он получил внеочередное воинское звание «подполковник». Есть утверждения, будто бы Сергея Сергеевича за это правительственное задание представили ко второй «Золотой Звезде». Но факт остается фактом: дважды Героем Советского Союза он так никогда и не стал.
Красота жены – несчастье мужа!
Осенью 1944 года Сергея Щирова вызвали с фронта в Москву и предложили должность инспектора в Главном штабе ВВС. В период пребывания в столице он познакомился со столичной красавицей Софьей Вольской: стройной, длинноногой, с большими черными выразительными глазами и с густыми ресницами. Герой влюбился в Софью с первого взгляда и сделал ей предложение. Свадьбу сыграли 7 ноября, а на третий день молодой муж с аэродрома Чкаловский улетел в командировку на фронт.
Вернулся Щиров немного раньше, через неделю. Уж очень спешил к своей любимой. Но Софьи дома не оказалось…
Спустя годы С. С. Щиров с болью поведает о том, что было дальше: «Жены дома не было. Восемь, десять, час ночи, два. Жены нет. Я волнуюсь. Около трех около дома остановилась машина. Вышла жена. От нее пахло вином. Она стала что-то путано объяснять, но я был убит – и это на десятый день после свадьбы! Утром она мне сказала: “Сергей, со мной произошло ужасное… На другой день после твоего отъезда ко мне зашла старая подруга Нина и пригласила погулять. Мы шли и болтали, как всегда. И вдруг около нас остановилась черная машина. Вышел человек в военной форме. Поздоровался с Ниной и пригласил нас к товарищу на юбилей. Я испугалась и ответила отказом. Нина сказала вдруг таким тоном, что нужно ехать обязательно, как я поняла, другого выхода нет. Мы въехали в какой-то двор, вошли в дом и вскоре, нет, ты не поверишь, но это так… Вышел сам Лаврентий Павлович Берия. Я едва не потеряла сознание. Он усадил нас за стол, угостил вином. На следующий день вновь на улице около меня остановилась та самая машина”. Я не знал, верить или нет рассказу жены. Думал: выкручивается. Но на следующий день, часов в двенадцать, в квартиру без разрешения вошел полковник и нагло спросил мою жену. Поверьте, я боевой летчик, но тут на меня нашел какой-то ступор. Не обращая на меня никакого внимания, полковник сказал, что пора ехать, и вышел. Жена, бледная, расстроенная, бросилась ко мне. Я сказал ей: “Езжай, ты попала в сети, но если через час тебя не будет, меня не увидишь никогда”. Через час она вернулась. Полковник больше не приходил, но звонки по телефону не прекращались. Я предложил жене развестись, но она умоляла не делать
