А. Проханов: — Ну, смотрите, как я порозовел.
М. Королёва: — Зачем оно нам?
А. Проханов: — Вот я даже не говорю, зачем. Я просто вижу, какая лютая ненависть идет по поводу этого явления. И видя, как демократическая ненависть заливает его, я даже пересматриваю свое к этому отношение. У меня было скептическое отношение. А увидев, как…
М. Королёва: — Подождите-подождите. Вот с этого места поподробнее. Скептическое отношение было? Вот давайте об этом.
А. Проханов: — Ну, я — скептик. Я же скептик, я отношусь ко всему скептически. Вы как писатель поймете меня, журналиста. Я отношусь скептически очень ко всему. Но когда я увидел, какую лютую ненависть вызывает это объявление в среде либералов, думаю: «Нет, Александр Андреевич, посмотри внимательней, что в этом есть». И я обнаружил…
Что я обнаружил? Я думаю, что вот этот так называемый рывок, который объявлен Путиным, связан с преодолением чудовищного отставания, прежде всего — в оборонно-промышленном комплексе. Этот рывок, конечно, требует человека труда. Нельзя быть шоуменом, дельцом, нельзя быть менеджером и строить новые самолеты, и создавать новые вооружения первоклассные, связанные с шестым укладом. Здесь должен быть новый, страстный подвижник, творец, умница и умелец. То есть человек труда опять возвращается в контекст нашей идеологии.
Ведь этого человека выкинули к чертовой матери после 1991 года. В центре стоял стяжатель, гедонист, бездельник, вор, бандит, Япончик, Тайванчик, дедушка… Как его звали-то, которого грохнули совсем недавно? Забыл.
М. Королёва: — Дед Хасан.
А. Проханов: — Вот вы знаете. Вот что значит — писательский ум. Дед Хасан. Грохнули его, а рабочих не было. И вдруг опять же возвращается рабочий. А рабочий требует поощрения деньгами, конечно. За пять тысяч рублей не построишь новый самолет пятого поколения. Это требует поощрения. Это сложнейшая система поощрений человека, это называется бихевиоризм. Это есть на всех конвейерах — Форды американские. И мы вернулись к этому.
М. Королёва: — Подождите, но разве с этого тогда уж надо начинать?
А. Проханов: — Они знают, с чего начинать, не нам с вами судить, с чего надо начинать. Надо начинать…
М. Королёва: — То есть ввести звание «Герой труда», а этот самый «Герой труда» пусть после рабочего дня за свои пять тысяч рублей отправляется в свою, не знаю, протекающую пятиэтажку, да?
А. Проханов: — Нет, ну, в бордель куда-нибудь или пить у лотка водку вы еще скажите. Потому что человек труда — это быдло, я же знаю, что это. Анчоусы, по-моему, да? Так мы их называем?
М. Королёва: — Не знаю. Вот этого я не знаю.
А. Проханов: — Ну, анчоусы-анчоусы, да. Это делается одновременно. Когда создают новые трудовые коллективы рабочие, в которые закачиваются деньги так же, как и в вооружения, и в технологии — это делается одновременно с деньгами, со званиями, с комфортом, с новыми станками, с новыми подходами к обучению рабочих. Но это звание «Героя труда» я вижу только в тех отраслях, которые занимаются государственными деяниями. Я не вижу «Героя труда», который работает, скажем, на предприятиях нефтяных Абрамовича, например, или Вексельберга.
М. Королёва: — Подождите. Но ведь никто не говорил про это. Во-первых, никто не говорил про деньги, во-вторых, никто не говорил про станки, в-третьих, никто не говорил про то, что это ограничивает какие-то отрасли.
А. Проханов: — Ну, никто, потому что вы не слышите. Вы слушаете какой-то гул, видимо, мухи гудят вокруг вас.
М. Королёва: — Ну подождите. Ну, просто есть указ…
А. Проханов: — Это я вам говорю.
М. Королёва: — …в любой отрасли.
А. Проханов: — Слушайте меня. Я вам говорю. Это делается в комбинации, это связано с необходимостью нового напряжения. Повышение производительности труда, создание новой гвардии рабочей. Так вот странно мне. Может ли рабочий человек, работающий на каких-то олигархических предприятиях быть героем труда?
М. Королёва: — Почему нет, если он хорошо работает?
А. Проханов: — Потому что он, хорошо работая, увеличивает мерзкое богатство олигарха, который перекачивает средства за границу. Он работает на другую цивилизацию.
М. Королёва: — Подождите. Богатство олигарха — это богатство страны в том числе.
А. Проханов: — Вы ошибаетесь.
М. Королёва: — Налоги.
А. Проханов: — Какие налоги?
М. Королёва: — Как это «какие налоги»?
А. Проханов — Во-первых, от налогов все укрываются. Потом все прибыли, все сверхприбыли ушли за границу. Это оффшорная экономика. Вы что, не знаете, что ли? Вы как писательница должны это знать.
М. Королёва: — Подождите-подождите…
А. Проханов: Я не хочу ждать. Я говорю, что оффшорная экономика — это экономика компрадорской буржуазии. Все русские деньги, заработанные на наших лесах, нефти, газе, женских волосах, в конце концов, все уходят за границу. И человек, который работает на эту мерзкую экономику оффшора, его награждать званием «Героя труда»? Это бессмысленно и отвратительно.
М. Королёва: — То есть «Герой труда» — это только для оборонки, например?
А. Проханов: — Это только для России, это только для родины. А у нас экономика делится на две части. Одна часть экономики сжирает Россию и переводит это богатство за границы — на Кипр или куда там, я не знаю. Вам лучше знать как писателю.
М. Королёва: — Подождите-подождите. Хорошо. Но если, например, человек работает и производит кастрюли, ему можно дать «Героя труда», если он прекрасно это делает?
А. Проханов: — Если эти кастрюли потом идут для того, чтобы из них ели люди Белого дома, ничего. Я бы эти кастрюли внутри помазал ядом. По существу, я за то, чтобы дать «Героя труда», чтобы ввести это звание «Героя труда».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
