А тут еще подул ветер. Так что зашумело в вершинах деревьев и захлопали крыльями, завопили разбуженные вороны.
Толпа растекалась ручьями через пути – некоторые к вокзалу, другие – по ту сторону путей.
Агенты Берии пошли к станционному зданию.
Егор увязался за ними. Он шел шагах в десяти и думал, что делать человеку, у которого нет денег. Совершенно нет, ни копейки. Водитель автобуса может его не пустить.
«Хорошо, в крайнем случае запомню номер автобуса и подожду рассвета.
Как-нибудь дозвонюсь до института – даже если милостыню придется просить».
Резкий женский голос командовал маневровыми паровозами, которые перевозили вагоны с путей на пути, формировали составы или занимались другими полезными делами.
Егор, уже подойдя к вокзалу, даже не сразу сообразил, что слова радиоголоса относятся к нему.
Впрочем, никто не обратил на эти слова внимания, потому что люди сочли – продолжается разговор между своими, станционными.
– Егора Чехонина просят пройти в комнату дежурной милиции. Повторяю, Чехонина Егора просят пройти в дежурную комнату милиции к лейтенанту Свечкину.
А когда Егор догадался, что призыв относится к нему, он замер от неожиданной радости.
Когда ты уже в отчаянии от одиночества и невозможности ничего сделать... И уже впору садиться и опускать руки...
И тут с неба доносится зов!
Уверенный женский голос приказывает тебе отыскать друга...
Егор кинулся было в милицию и тут же понял, что этого делать нельзя. Милиция и лично лейтенант Свечкин подождут, пока он не выяснит, куда направляются его враги.
Егор пошел за хохолком Лядова. Даже постарался приблизиться к ним – вряд ли они подозревают, что за ними следят. А хорошо бы подслушать, о чем они говорят.
Но воздух здесь, на Земле, куда как более густ – он полон шагов, дыхания, сдержанных голосов, шуршания подошв и шума ветра.
Пришлось подойти совсем близко, даже толкнуть кого-то – тот выругался, и Лядов оглянулся. Впервые встретился глазами с Егором. Пока еще он его не знает, но уже в следующий раз заметит.
Но пока не страшно.
Вот они идут в трех шагах впереди.
Он только сейчас увидел, что Майоранский лысый – он зачесывал волосы вперед так, что не сразу догадаешься.
А у Лядова узкие плечики.
– Вы помните, как ехать? – спросил Майоранский.
– Я скорее забуду, как маму звали, – засмеялся Лядов. – Я на этих поездах и автобусах тысячу раз катался. У меня телка была в Питере.
– Телка?
– Девушка по-вашему. Из Питера. Я раз в неделю к ней ездил, а жене говорил, что консультирую химический техникум.
На площади стояло несколько автобусов. Свет в них был зажжен.
Черные силуэты рассасывались по автобусам.
Лядов прошел к автобусу № 72.
Он был почти пустой.
Егор отстал. Он запомнил автобус и побежал назад к станции.
У дверей вокзала стоял милиционер.
– Где мне лейтенанта Свечкина найти? – спросил Егор.
– А вам на что? – спросил милиционер, сплюнул шелуху и забросил в рот еще одну семечку.
– Меня к нему по радио вызвали. Срочно.
– По радио? Что-то не слышал.
– Но у меня времени нет! Они уйдут.
– А кто уйдет?
Милиционеру было тоскливо, ему хотелось развлечений, но не хотелось двигаться.
Егор, чуть не толкнув его, вбежал в вокзал.
Милиционер медленно развернулся и спросил вслед:
– А тебе зачем?
Более глубокой мысли он родить не смог.
– Где милиция? – спросил Егор у мужчины в кожаной куртке.
– Вон там. – Мужчина показал в дальний угол зала.
Сзади топал милиционер.
– Нет, ты погоди! – заявил он. – Ты не спеши...
– Не приставайте, – сказал Егор.
На свету он увидел, какое розовое и гладкое лицо у этого молодого милиционера. Желтые брови были сурово сдвинуты.
Егор кинулся к милиции, а милиционер за его спиной – ну просто шкурой Егор почувствовал опасность – стал вытаскивать револьвер.
Только добежать до милиции.
«Не успею...»
Дверь под вывеской «МИЛИЦИЯ» резко распахнулась, и оттуда вылетел пьяный бомж. Он кричал:
– Я вам еще покажу!
Бомж не удержался на ногах: худенький поджарый безлобый лейтенант – ну просто макака – вышиб его из отделения и не услышал крика:
– Ложись!
Раздался оглушительный выстрел.
Кто-то завопил.
Егор не догадался упасть, а влетел в дверь милиции, сбив с ног лейтенанта. Они грохнулись на пол, а розовый милиционер снаружи кричал:
– Стой, стрелять буду!
Егор не спешил вставать, ему казалось, что соседство с лейтенантом может его спасти.
– Вставай, пристрелю! – кричал над головой милиционер, и ясно было, что ему очень хочется пристрелить Егора.
– Ты что? – Лейтенант быстро пришел в себя, но тоже не стал рисковать и подниматься на ноги.
– Взял его при попытке, – сказал милиционер. – Он на вас покушался.
– Вы лейтенант Свечкин? – спросил Егор.
Не поднимаясь, маленький лейтенант спросил:
– Егор Чехонин? У меня для вас пакет, ясно?
Он вытащил из кармана обычный почтовый конверт.
– Здесь две сотни, – сказал он. – По приказу из Москвы... да убери ты свою пушку долбаную! – Тут лейтенант перешел на крик. – Считай, что ты у нас больше не работаешь!
– Я до него все равно доберусь, – сказал милиционер.
– Я те доберусь! Сдавай оружие!
Изнутри вышли еще два милиционера. Один помог подняться лейтенанту.
Егор тоже встал.
– Мне можно идти? – спросил он.
– Исполняйте! – приказал ему лейтенант.
– Вы его отпускаете? – удивился розовый милиционер.
– А с тобой, козел, будем разбираться за нападение на начальника.
– Да вы что?
– Вот именно!
Егор быстро пошел прочь.
Сзади еще ссорились милиционеры.
«Ну вот, опять мог погибнуть. И что мне так не везет?» – подумал Егор.
На площади было куда меньше автобусов.
72-й как раз набирал скорость.
Егор бросился за ним. Впустую, только газа наглотался. Надо было бы вернуться в милицию и там выяснить, куда ушел 72-й.
Но идти в милицию не хотелось. Там опять захотят пристрелить.
Тут он увидел, как от вокзала отъезжает милицейский «газик», за рулем сидел розовощекий милиционер, а рядом лейтенант Свечкин.
Вот и потерял последнюю связь.
А он даже не спросил, от кого деньги. Конечно, от Гарика, но непонятно, как ему удалось их сюда перевести.
Если бы не глупый инцидент, он бы поговорил со Свечкиным, ему бы помогли...
Егор вошел в зал вокзала.
Там было пусто, если не считать изгнанного из милиции бомжа, который дремал на скамейке.
Егор сунулся было в милицию, но дверь туда была заперта.
Он кинулся к дежурному по станции. На двери была прикноплена бумажка: «Вышел по делу».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
