ГЛАВА 18
В «Чашке кофе», как всегда по утрам, были заняты все столики. За выходящим на Мейн-стрит огромным окном-витриной бесшумно сновали официантки с тяжело нагруженными подносами. Дэн поставил «Бронко» на стоянку позади пикапа Игера. Машину Игер ставил так же, как одевался: старый «Форд» цвета засохшей грязи одним задним колесом залез на бордюр, а капотом упирался в пожарный кран. Бузер, свесивший голову из открытого окна, негромко гавкнул, когда Дэн проходил мимо него к входу в ресторан.
Стоило открыть дверь, как его оглушила мощная звуковая волна: гул разговоров, звяканье столовых приборов, стук отодвигаемых стульев, шкворчание гриля. А за звуками нахлынули запахи — жареного бекона, горячего кофе, булочек с корицей. Дэн взглядом поискал в толпе Игера, и тот, заметив, помахал ему из кабинета в глубине зала.
Сидевший за ближним столиком репортер из «Пайонир пресс» вскочил с места и сделал попытку пристроиться рядом с пробирающимся между столами и загнанными официантками Дэном.
— Шериф, нет ли у вас каких-либо…
— Без комментариев.
— А разгром в редакции местной газеты?.. Дэн глянул на него, и репортер, вздохнув, отстал. Дэн пошел дальше, но из кабинета слева, как шлагбаум, возникла чья-то рука. Он остановился, обернулся, хмуро поздоровался с Чарли Уайлдером и Байди Мастерсом, делившимися своими тревогами над горкой знаменитых блинчиков Филлис. На круглой физиономии Чарли расплывалась нервная улыбка.
— Есть новости, Дэн?
— Вам первому скажу, Чарли.
Байди нахмурился, отчего на его длинном, худом лице появились еще две глубокие морщины.
— Чем там все утро возмущается Гарт Шефер? Якобы младший Стюарт разгромил его мастерскую, а ты его даже не арестовал?
Дабы смягчить упрек, Чарли благодушно хохотнул, отчего его брюхо заколыхалось.
— От этих Стюартов одни неприятности. Что мамаша+
— Для ареста нужны улики, — отрезал Дэн, медленно закипая. Восьми часов утра нет, а уже никакого покоя. Он окинул отцов города таким взглядом, что те вжались в стулья. — Вы передайте Гарту: если он представит веские доказательства, я немедленно арестую любого, на кого он укажет.
Чарли выдавил смешок, побарабанил толстыми, как сардельки, пальцами по столу, рядом с тарелкой недоеденных блинчиков.
— Господи, Дэн, не надо принимать все так близко к сердцу…
Но Дэн уже шел дальше, не задерживаясь, чтобы выслушать порцию общих слов. Обогнув Рениту Хеннинг, у которой обе руки были заняты полными тарелками, он проскользнул в кабинет и опустился за столик напротив Игера.
— Вечно у них в это время не протолкнуться. Игер ухмыльнулся.
— Человеку, который так говорит, жизненно необходима чашка кофе. — Он поймал взгляд официантки и расплылся в добродушнейшей улыбке. — Ренита, солнышко, не могли бы вы послать нам сюда кого-нибудь с милой Улыбкой и горячим кофе?
Ренита улыбнулась в ответ:
— А то.
— Сегодня утром ты само гостеприимство, — протянул Йэн.
Игер энергично пожал плечами:
— Слушай, я влюбился. Жизнь прекрасна.
— Куда лучше. Убийцы на свободе разгуливают.
— Да ладно, с этим разберемся. Просто надо посмотреть на дело под другим углом. — Он глотнул апельсинового сока, умудрившись забрызгать им всю грудь своей мятой клетчатой рубахи.
— Боже, ну ты и неряха, — поморщился Дэн. — У тебя что, утюга нет?
— Не-а, — еще шире улыбнулся Игер. — Без складок и морщин жизнь скучна и однообразна. — Он откинулся на спинку стула. Миллисент Уитт поставила на столик дымящийся кофейник и налила чашку Дэну. — Милый мой, у тебя вид загнанного волка. Ты, может, утром встал не с той ноги?
Он подмигнул Миллисент, та ярко зарделась и, хихикая, ушла.
Дэн что-то пробурчал себе под нос, поднял чашку, вдохнул горячий пар, будто ароматическую соль. Сегодня утром он встал не с той постели, после бессонной ночи, проведенной в раздумьях об Элизабет и о том, как неловко они расстались накануне. Когда в последний раз он терял сон из-за женщины? Даже и не вспомнить… Это чертовски раздражало его, особенно теперь, когда нужно было работать головой и ни на что не отвлекаться. Главное, ему не в чем себя винить: она сама, причем дважды, позвала его к себе в постель и ни к каким обещаниям не вынуждала.
К столику подкралась Филлис с куском воздушного лимонного пирога для Игера и тарелкой яичницы с беконом для Дэна. Он протестующе поднял руку.
— Мне ничего, Филлис. Только кофе. Филлис неодобрительно поджала тонкие, накрашенные рубиновой помадой губы.
— По выражению твоего лица я вижу, что следовало принести овсянку с пюре из чернослива, — заявила она, ставя перед ним тарелку, поправила до блеска залитые лаком волосы, почесала в голове тупым концом карандаша и сморщенной лапкой похлопала Дэна по плечу. — На одном кофе и злости долго не протянешь. Ты не я. Ешь.
И так же бесшумно умчалась на своих толстых, как воздушные подушки, подошвах. Игер ухмыльнулся и углубился в пирог.
— Легконогая фея.
Дэн оттолкнул тарелку и с нескрываемым отвращением посмотрел на заказ агента криминального бюро. — Как ты можешь есть такое на завтрак? Игер ответил невинным взглядом. Вилка с ярко-желтым куском пирога застыла в воздухе, на квадратном подбородке, как эспаньолка, висел крем.
— Какая разница? Те же яйца.
— Ну у тебя и вкус, — буркнул Дэн, кладя на столик несколько долларовых бумажек. — Ладно, Шерлок, дожевывай. Пора за работу.
Они сели в «Бронко» и поехали к «Тихой заводи». Бу-зер положил морду на спинку водительского кресла и всю дорогу дышал псиной Дэну в ухо. Игер сосредоточенно оттирал с бежевого вязаного галстука виноградное желе.
— Ты говорил с Джолин?
— Говорил, — нахмурился Игер. — По ее словам, Кэннон в вечер убийства пришел к ней около половины девятого.
— А Рич сказал, около семи.
— Так или иначе, времени ему хватило бы. Мы не можем точно установить время смерти из-за тех антикоагулянтов, что принимал убитый. Кровь не сворачивалась. Джарвиса могли зарезать в любую минуту после того, как рабочие ушли со стройки. — Подняв голову, Игер рассеянно уставился в ветровое стекло, не видя ни полей, ни промелькнувшей мимо повозки. Все его мысли были о Джолин и обо всем том, что ей пришлось вытерпеть по милости ее бывшего мужа. Его черные глаза горели гневным огнем, хотя вообще он редко сердился. Милая, добрая Джолин заслуживала лучшей доли. — Этот тип — редкостный мерзавец. Надеюсь, что Джарвиса убил он, потому что тогда я выслежу его и дам еще хорошего пинка за сопротивление при аресте.
Дэн удивленно поднял бровь. Так вот откуда ветер дует! Что ж, Джолин повезло. Игер вообще-то мировой парень, если не обращать внимания на его неряшливость и вонючего пса.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
